Чтение онлайн

– Да. Он пытался проникнуть в замок. Солнце не взойдет в тот день, когда я поверю хоть одному из лживых слов, вылетающих изо рта этой жалкой пародии на мужчину.

Нервничая из-за того, что Деймиан идет за ней следом, Эйтин обогнула стол и едва удостоила взглядом лорда Шеллона, когда тот вошел и сел в кресло хозяйки, а затем откинулся назад и положил ноги на край стола. Эйтин нахмурилась, глядя на мужа Тамлин. Он не обратил на нее внимания, тогда Эйтин подошла и сбросила его ноги со стола. Она увидела, что Сент-Джайлз прикрыл рот ладонью и усмехнулся,

она осмелилась бранить самого Черного Дракона.

– Сомневаюсь, что Тамлин позволяет такое поведение в Гленроа, лорд Дракон.

– Вы питаете какие-то чувства к Кэмпбеллу? – сурово нахмурился Рейвенхок, вновь обращая ее внимание на себя. В ответ Эйтин не сдержала неподобающего леди фырканья:

– Антипатию, ненависть, презрение, отвращение, омерзение, тошноту…

– Достаточно. Я понял, что вы весьма низкого мнения об этом человеке. В этом мы с вами единодушны. Питает ли он какие-то чувства к вам?

Эйтин прошла мимо его кузена, стараясь оставаться впереди Сент-Джайлза, вне досягаемости. Несносный Деймиан буквально преследовал ее.

– О да, алчность к Лайонглену, алчность к Койнлер-Вуду. Этот поросячий выродок бахвалился, что украдет меня, сделает мне ребенка и будет хозяином этих владений. Да я скорее перережу себе горло, чем позволю этой мерзкой твари дотронуться до меня.

Пронизывающий взгляд Деймиана сузился.

– Возможно, до него не доходит, что вы предпочитаете мужчин старше… гораздо старше.

Эйтин тяжело сглотнула, потом пожала плечами, словно не поняла значения его слов.

– Что ж, у них по крайней мере более уравновешенный характер.

Их перепалка прекратилась, когда тройняшки ворвались в холл в типичной для них манере. Сент-Джайлз понаблюдал за шутовскими выходками пихающихся и толкающихся братьев, потом повернулся и гневно воззрился на Эйтин:

– Они всегда такие?

Она услышала укор в его вопросе, и спина в ответ одеревенела. Эйтин старалась, правда, старалась. Но братья все равно ведут себя как душе угодно, и ее замечания о том, как положено вести себя молодым людям, отскакивают от них как от стенки горох.

– Почти.

Он нахмурился.

– Они слабаки. Почему их не обучают военному искусству?

– Как вы смеете…

Высокомерный нахал снова прервал ее, рявкнув на тройняшек, все еще дерущихся из-за мест за столом:

– Хватит! Сядьте!

Эйтин поразилась, когда все трое немедленно исполнили приказ.

Деймиан вновь обратил внимание на нее, и его проницательные глаза сверлили Эйтин с такой напряженностью, которая заставила ее отвести взгляд.

– Скажите мне, бабушка, есть еще что-нибудь, что мне следует знать об этом Кэмпбелле? Известно ли ему, что мой дед – ваш супруг – мертв? – То, как он выделял слова, давало понять, что он не принимает ее ложь за чистую монету.

– Нет. – Она вздохнула. – Однако недоумок, возможно, подозревает это. Он был крайне настойчив в своих попытках добиться доступа в крепость. Быть может, он понял и хочет захватить феод, пока Эдуард не передал

его какому-нибудь преданному вельможе.

Она подошла к Шеллону, надеясь использовать его присутствие как щит. Только Рейвенхок протянул руку через кузена и схватил ее за руку. Эйтин потянула руку, но его хватка была крепкой.

– Ну же, принцесса…

– Отпустите меня, лорд Рейвенхок. – Она прибегла к гневному голосу, но обнаружила, что он не оказывает на Деймиана никакого действия. Даже ее братья это заметили, хихикая и подталкивая друг друга локтями. Она зыркнула на них, тихонько посмеивающихся над ее затруднительным положением.

Деймиан развернул Эйтин лицом к себе, и от напряженности его взгляда у нее перехватило дыхание.

– Не смейте даже думать, что можете мне приказывать, принцесса. Вы будете делать все в точности, как я скажу, и только так. Я справлюсь с этим алчным Кэмпбеллом по-своему и так, как считаю нужным. Имейте в виду, я не потерплю никакого вмешательства с вашей стороны. Вы будете следовать моим подсказкам и не заговорите до тех пор, пока я не дам разрешения, и все время будете оставаться рядом со мной. Это понятно?

Она открыла было рот, чтобы возмутиться, но слова не давались ей. Никто не осмеливался так разговаривать с ней. Никогда.

Деймиан дернул ее на себя так, что они оказались почти нос к носу.

– Вам… понятно?

Мускул на щеке Эйтин задергался, когда она силилась удержать за зубами поток слов. Иметь дело с Деймианом достаточно трудно и без того, чтобы злить его по мелочам.

– Да, милорд.

– Почему это у меня такое чувство, что вы говорите «да», но уступчивость – последнее, что у вас на уме? Предупреждаю вас, – бабушка, – если обманете меня или каким-то образом подорвете мой авторитет перед Кэмпбеллом, то пожалеете о том, что родились на свет, – пригрозил он.

Она задрожала от его силы, но отказалась пасовать.

– Я жалею об этом с тех пор, как увидела вас, милорд.

– Слишком поздно, миледи, вы ввязались в непростое дело и теперь должны… – Он замолчал, внимательно вглядываясь в ее лицо, словно внезапно ища ответ.

Головокружение вновь накатило на Эйтин, и она снова испугалась, что зелье и колдовство не сделали свое дело или что сила, которую она ощущала в нем, оказывала слишком мощное сопротивление.

Эйнар отвлек ее, объявив:

– Они идут, милорд.

Рейвенхок подтолкнул Эйтин в сторону от хозяйского кресла и положил ее правую руку на высокую спинку. Передумав, отпустил эту руку и вместо нее приложил левую к амулету.

– Вот так. Не двигайтесь.

Он едва успел плюхнуться в кресло и развалиться, придав лицу скучающее выражение, когда Динсмор в сопровождении своих людей вошел в зал. Деймиан небрежно взял Эйтин за запястье.

Она застыла, когда бледно-голубые глаза Динсмора окинули Деймиана в хозяйском кресле и ее, стоящую с ним рядом. Кэмпбелл резко остановился, его взгляд задержался на Драконе Шеллоне, сидящем рядом со своим кузеном.