Сон. Это был всего лишь страшный сон. Вика испуганно шарила рукой по стене в поисках выключателя. Лампа осветила спутанное одеяло и стакан из-под йогурта на тумбочке рядом с кроватью. Девушка резко села и посмотрела в окно. Там виднелось темное небо,
смазанное внизу ярко-алым, как будто после пролитой гуаши. Занимался рассвет. Комната выглядела совершенно обычно, похоже, это был просто кошмар. Девушка повернулась на другой бок и вдруг почувствовала что-то сырое и липкое: отдернув одеяло, она увидела кровь. Вся кровать была в ней; постельное белье из голубого стало цвета красного кирпича. «Что со мной? Это не менструальная кровь, что же тогда?» – подумала она.
По телу волной разливалась паника, затопляя рассудок. Вика глубоко вздохнула и набрала номер скорой помощи. Помощь уже в пути, все будет хорошо, повторяла она, снимая окровавленную простынь с кровати. Небо за окном светлело. Девушка позвонила мужу и матери, но услышала в трубке только длинные гудки. Вика похолодела еще больше и от приближающегося ужаса покрывалась холодным липким потом. Она разозлилась, что муж на очередной ночной смене именно тогда, когда он так ей нужен. Нужен, чтобы обнять, успокоить, и сказать, что все в порядке. На кухне резко зашумел холодильник, и Вика замерла, прислушиваясь. Никого. Огромная четырехкомнатная квартира пуста, как тарелка после медовика. Артем как всегда на работе, мать в очередной командировке.
Вся жизнь матери состояла из деловых поездок и командировок. Она вообще была властной женщиной, зацикленной на своей карьере. Потеряв мужа в 40 лет, она стала больше сил отдавать любимой работе бухгалтером в крупном частном банке. Вику на всем периоде ее взросления преследовало чувство одиночества; устававшая от работы мать не читала дочери сказок и не покупала вкусностей. Сначала девочка получала любовь от бабушки, дедушки и отца, но они покинули этот мир один за другим, когда Вика была еще ребенком. Она тянулась к маме, старалась всеми силами угодить ей: получала пятерки, танцевала лучше всех в местном кружке, носила ей подарки и цветы без повода. Но в ответ получала лишь недоуменные взгляды и презрительное ворчание. К своим тридцати трем годам Вика была полна злости и раздражения к матери, с которой жила вместе. Точнее сказать: у которой жила, так как муж не хотел брать ипотеку, и Вика понимала его позицию. Теща часто пропадала на встречах с друзьями и рабочих совещаниях, и большая квартира пустовала. Мать Вику интересовало только ее собственная жизнь, до других ей дела не было. Поэтому девушка часто оставалась в квартире одна. По ночам на нее всегда давила оглушающая тишина, как будто мира за пределами квартиры не существовало. Тишина. И вдруг резко раздался пронзительный дверной звонок.
