Утопия

Annotation

Пусть мои вирши на фиг никому не нужны, витрину надо заполнить до конца.

Карелин Алексей Валерьевич

Карелин Алексей Валерьевич

Утопия

Стена. Как рассказывали. Рокс знал. Знал, но

надеялся, что всё это выдумки. Значит, ему не выбраться. Так и помрёт среди камня и стекла, смога и мусора. Жизнь - боль. Жизнь Рокса вдобавок и серая тянучка. Каждый день одно и то же, весь день одно и то же. Будто машина, крутишься среди станков. Машина по заколачиванию баллов. Работаешь, стиснув зубы в ненависти, тешишь себя мыслью о выходном. Выходной настаёт, и ты просто забиваешься в угол. Не троньте. Уйдите. Отдыхаю.

Рокс хотел смыться. Куда угодно. Он готов пополнять счёт, как угодно: мыть посуду, автомобили, тротуары, - только б изменить жизнь, вдохнуть хоть немного свежего воздуха. Однако жизнь - боль. Смыться некуда. Все федеральные дороги ведут в тупик: упираются в Стену. В чёрный неприступный монолит, построенный роботами, чтобы защитить полис и окружные поселения от песчаных бурь: горячих, рвущих плоть, радиационных. Рокс как-то поднимался на крышу Башни Финансистов - самый высокий небоскрёб полиса. За Стеной, в выжженном небе, лениво дрейфовали корабли - ветрогоны. Они не подпускали к полису радиационные облака. Эти и другие машины спасли квадр. Остальной мир сгорел в ядерной войне, потонул в разлившемся океане. Ледники на полюсах растаяли, ввергнув Землю в вечную жару. В вечный ад.

***

Жёлтые глаза с вертикальным зрачком неотрывно следили за каждым движением Рокса и его младшего брата Тайла. Чешуя дракона переливалась в свете неоновой рекламы всеми цветами радуги. Из огромной крокодильей пасти то и дело показывалась трепещущая раздвоенная лента языка. Массивный, как ствол столетнего дуба, хвост покачивался из стороны в сторону, точно у сердитого кота. Дракон не двигался. Не двигались и братья.

Тайл медленно запрокинул руку за спину, к двуручнику, лезвие которого превосходило по ширине хрупкого мальчишку. От прикосновения меч мягко засиял.

– На счёт три?
– спросил Тайл с азартной улыбкой.

Рокс скептически оглядел дракона, качнул головой

– Три!
– весело крикнул Тайл и прыгнул на стену небоскрёба.

– Эй!
– возмутился Рокс, но его голос потонул в не менее возмущённом рёве дракона.

Рокс побежал по дуге, открыв огонь из револьверов, больше напоминавших минипулемёты. Прыткий братец уже оседлал дракона и активно дубасил того по загривку. Рептилия яростно замотала мордой, затопала, вспарывая серповидными когтями асфальт. Это было последним, что увидел Рокс прежде, чем в него въехал поезд.

Рокс снял визуализатор, перевёл дух. Конечно, Рокса убил не поезд. Откуда ему взяться? Наверное, дракон размазал хвостом.

Братец ещё дёргался. Слабый и кроткий, в играх Тайл становился богом войны.

Дерси - третий и самый младший братишка - смотрел передачу о первой высадке людей на Марсе. Астронавты, наверное, и не

знают, как Земля изменилась со времени их отлёта. Впрочем, столько лет прошло... Экипаж скорее всего уже вернулся и погиб где-нибудь в радиационной пустыне. Или умер от старости среди марсианских кратеров.

Телевидение крутило в основном старые фильмы и передачи. Данный полис искусными режиссёрами никогда не славился.

Рокс ступил на марсианский грунт и сел рядом с Дерси. Кожа покрылась мурашками. Рокс передёрнул плечами и заметил:

– Холодно тут у тебя.

Дерси зашипел на брата и ткнул вверх, в незримые динамики, откуда лился ровный голос диктора. Рокс усмехнулся и взлохматил густую шевелюру брата. Дерси интересовало всё. Вот бы он замучил вопросами, коли мог бы говорить.

– Уф...
– донеслось сзади, Тайл закончил игру.

– Кто кого?
– поинтересовался Рокс, чем заслужил тычок в плечо от Дерси.
– Понял, понял, дружище. Не буду мешать.

После долгого пребывания в киберпространстве у Тайла всегда разыгрывался зверский аппетит. Вот и сейчас он сидел на кухне и уминал мясо со вкусом свинины. Когда-то оно было экскрементами Тайла, но логический ум братца плевать хотел на форму. Суть же состояла в том, что переработанное дерьмо куда натуральнее и полезнее соевого или напечатанного биопринтером. Синтетическое мясо из пробирки росло сравнимо долго, а потому расхватывалось по завышенным ценам горожанами с достатком.

– Ты в последнее время не в форме, Рокс.

– Достало всё.

– Проблемы на работе?

– Тошнит от жизни. От этой жизни. Я изъездил весь квадр. Весь! Мы в клетке, брат.

Руки Рокса безвольно повисли, парень понуро опустился на стул.

– Добровольно, Рокс. За Стеной мы погибнем, сам знаешь, - пожал плечами Тайл.
– На следующей неделе я привезу "Сафари". Развлечёшься.

– Виртуал - не жизнь, брат.

– Да, но с ним жизнь приобретает новые цвета.

– Как и с тирэксом.

– А эта дрянь тут причём? Ты меня ещё наркошей обзови.

– Слушай, война гремела ещё при наших прадедах. Быть может, за Стеной уже безопасно?

– Ядерная война - это тебе не в лифте пукнуть. Нам ещё долго сидеть взаперти. Нам, нашим детям, внукам.

– Но разве мозги роботов не закипают при высокой радиации?

– Думаю, наши старатели сторонятся особо опасных мест. Да и кто знает, какие защиты наши предки навешали на машины. Не так уж много литературы сохранилось, чтобы сделаться экспертом. Но когда-нибудь я соберу собственного робота.

Рокс печально хмыкнул.

– Да, Тайл, ты - голова. У тебя всё получится.

– Брось хандрить. Ну, хочешь, камеру прицепим к челноку? Когда он прилетает? Через три дня?

Рокс вскинулся, глаза загорелись надеждой. Парень выпалил:

– А ты можешь? Я бы всё отдал, чтобы увидеть, что там, за Стеной.

Тайл отставил пустую тарелку, поскрёб затылок жирным пальцем, задумчиво произнёс:

– Ну-у... надо обмозговать. Думаю, выполнимо. Главное, время подгадать и траекторию полёта корабля. Он старается нагрянуть неожиданно, однако, по-моему, всё же придерживается определённого алгоритма. Если мои расчёты верны, то...