Чтение онлайн

Вильтур долго молчал, нахмурив брови, и рассматривал врача. И вдруг как-то расслабился.

– - Согласен, -- воскликнул он.
– - Вы открыли передо мною новые горизонты, даже если не верите в половину того, что наговорили. Вы дали мне пищу для размышлений. Постараюсь учесть ваши советы. Из вас вышел бы хороший психушник...

В его устах слова звучали комплиментом. Де Кеер улыбнулся. Он был доволен своим маленьким спичем.

– - Не думаю. Отбор происходит по слишком строгим критериям. К тому же сочетание "хороший психушник" коробит... На этих людей возложена огромная ответственность, они должны быть исключительно

осторожными, а потому их побаиваются и не ценят по-настоящему... Но не думаю, что наш вернул бы вас на правильную стезю быстрее меня...
– - Он встал и протянул руку вскочившему на ноги Вильтуру.
– - И все же видите себя поосторожней и приходите ко мне, если у вас возникнет желание подискутировать на эту тему. С удовольствием поболтаю с вами.

– - Спасибо, доктор. Не премину воспользоваться приглашением. Но надеюсь, необходимости не возникнет, во всяком случае, в ближайшем будущем...

"Это произойдет у тебя быстрее, чем ты считаешь", -подумал де Кеер, включая интерфон, чтобы доложить командиру о результатах обследования. В момент, когда Вильтур закрывал за собою дверь, в его голове мелькнула одна мысль. Он отключил интерфон.

– - Кстати, -- крикнул он, -- вы не сказали, какие книги коллекционируете. Любые или определенного жанра?

Вильтур сунул голову в щель. Глаза его блестели, как всегда, когда ему доводилось говорить о своих сокровищах.

– - Определенный жанр. Устаревший несколько веков назад. Не думаю, что вы слыхали о нем. Когда-то его называли научной фантастикой...

...снопы искр вылетали из множества отверстий, в бешенном темпе вспыхивали и гасли сотни ламп, километры магнитных лент крутились в разные стороны, и все это сопровождалось стрекотом работающих самих по себе клавиатур и прочими шумами сошедшего с ума электробиллиарда...

Он соскочил с последней ступеньки и вляпался прямо в лужу черной грязи, походившей на свежий асфальт. Лужа была вязкой, и он, с трудом выдергивая ноги и едва не падая, выбрался на твердую почву. И как пилота угораздило посадить машину именно на таком болоте. Затянутый в скафандр и стесненный в движении большой силой тяжести, он сделал несколько шагов и огляделся -вокруг до горизонта тянулась унылая скалистая пустыня со странными черными болотцами вдалеке. Над пустыней висело фиолетовое небо с пятном почти остывшего фиолетового солнца. Ледяная атмосфера, ни следа растительной и животной жизни. Короче говоря, веселое местечко.

Он был признателен командиру, который поставил его -наверняка по совету врача -- во главе крохотной команды, получившей задание провести церемониал присоединения к Земле. Доверие придало ему сил для работы и вселило некие надежды. Но сейчас он изводил себя вопросом, а не лучше ли было остаться на борту и предаваться своим мечтам. Этот безрадостный контакт с действительностью поверг его в пучину пессимизма и неверия в возможность скорых приключений.

– - Эй, Ден, помоги, я никак не выберусь!

Он обернулся. Человек, который спустился вслед за ним, стоял в вязкой луже на карачках и мешал другим. Ден помог ему подняться и очистить скафандр, заляпанный темными, липкими потеками, затем проверил связь с остальными. Команда немного удалилась от звездолета, развернула и воткнула в землю знамя. После укладки памятной плиты Вильтур скороговоркой выпалил ритуальные слова. Он спешил заглянуть за гребень холмика, закрывавшего горизонт.

Ему все же хотелось открыть что-нибудь, и он удивился неожиданному воскрешению надежды... Он с трудом вскарабкался на возвышение. Товарищи не последовали за ним, не желая заниматься бессмысленной акробатикой.

И пока он лез наверх, его, против всякой логики, охватила полная уверенность в том, что, как только он окажется на вершине, ему доведется увидеть единственное в своем роде зрелище. Пыхтя, как морж, он преодолел последние метры... и застыл.

– - Идите! Идите скорей!
– - закричал он, переведя дыхание и обретя способность мыслить.
– - Невероятно, потрясающе, скорее ко мне!

– - Что случилось, Ден? Не двигайся с места, мы идем...

Когда опытный астронавт начинает выкрикивать несвязные вещи, следует готовиться к худшему. Они ускорили шаг, проклиная склон, черные лужи, непривычную силу тяжести и саму планету.

– - Скорее, -- продолжал Вильтур.
– - Какой изумительный пляж, какой песок... И мы едва не упустили это! Это... это... Поторопитесь! Я спускаюсь.

Он замолчал не в силах описать прозрачный бирюзовый океан, по поверхности которого пробегали оранжево-красные сполохи от света фантастической двойной звезды, сверкавшей в спокойном светло-изумрудном небе. Не слушая звучащих в наушниках восклицаний "Подожди нас! Не будь дураком!", он буквально скатился по склону, поднимая тучи белого тончайшего песка, и побежал навстречу величественно плывущему над берегом существу.

Оно походило на радужный шар, за которым тянулись грациозно шевелящиеся длинные паутинки. Ему вдруг стало ясно, что существо пытается вступить в контакт с ним, напряг внимание и услышал обеспокоенные голоса. Он хотел было отключить радио, но потом сообразил, что ему мешает тяжелый неудобный комбинезон. Он знал, что воздух пригоден для дыхания, и откинул шлем.

...у лысой девушки была светло-зеленая кожа. На высоком лбу топорщились тонкие дрожащие усики. Она держала у лица четырехпалые перепончатые руки и била по ногам длинным гибким хвостом. Она была великолепно сложена, ведь ее тело не прикрывало ничего, что хотя бы отдаленно напоминало одежду...

Де Кеер был буквально убит. Когда в его кабинет приволокли полумертвого Вильтура, задохнувшегося и посиневшего от холода, понадобилась вся мощь медблока, чтобы вернуть мичмана к жизни. Погруженный в искусственный сон, он бредил, а устроившийся в его изголовье психушник записывал слова больного. Психушник был в ярости. Он рвал и метал, когда командир и де Кеер, сообразив, что не могут скрывать от него исповедь больного -- иначе не выработать курса лечения, -- сообщили ему о своих действиях. Он прошипел, что несчастного случая не произошло бы, отправь они мичмана к нему. Оба чувствовали себя виноватыми. Вильтура откачали, но его карьере, похоже, пришел конец. А ведь при своевременном вмешательстве Вильтура можно было бы с легкостью излечить от детских заблуждений. Психушник считал их виновными в преступном легкомыслии. Командир и врач выглядели расстроенными. Поглаживая лысый череп, психушник подозрительно смотрел на них и сказал, что их неверие в него не укладывается ни в какие границы. Потом добавил, что ждет их с утра у себя в кабинете для проведения курса лечения... Его крохотные глазки под густыми бровями буравили виновную парочку, а орлиный нос хищно трепетал, когда он произносил эти слова.