Утечка мозгов
Шрифт:
– Ну, что я могу сказать, – протянул Стас. – У меня слишком мало информации, чтобы допустить вас, что называется, в святая святых… Боюсь, что не смогу вам помочь, Алекс…
– Боюсь, что вы меня не вполне поняли, Стас, – вздохнул Алекс. – Пройти на следующую ступень вниз я смогу и без вас. Вы же знаете возможности визитера или ныряльщика. Мне нужна совсем другая помощь…
– Вот как? – вскинул брови Стас. – Чем же еще я могу помочь пришельцу из другого мира?
– Я уже говорил, что совершенно неслучайно нашел вас. Потому что
– Вы знаете, – доверительно произнес Стас, – мне всегда так казалось. А может, мы и есть этот самый Изначальный Мир, а?
– Зря иронизируете, Стас. Вы, конечно, далеко не Изначальный Мир. Но от этого не менее важный. Вы находитесь как раз посередине между Изначальным Миром и его противоположностью – Миром Финальным…
– Финальный Мир… Звучит не очень приятно…
– Да. Пожалуй.
– И как же это выражается – то, что мы находимся именно посередке всего этого мозгового безумия?
– Очень просто. Из мира, лежащего на один уровень выше вашего, путь «вниз» ведет только через сознание одного-единственного человека, того, через которого ведет эта самая «ниточка». Прочие пути заканчиваются тупикам…
– Вот как… И поэтому вы не называете мне его имени?
– Да. Я и так наполовину уже проговорился. Понимаете, вся эта гирлянда миров напоминает чем-то песочные часы, где тысячи песчинок просыпаются в маленькое отверстие шириной всего в одну-единственную песчинку. Достаточно небольшого усилия, чтобы переломить это хрупкое устройство пополам… Знаете, мне очень нравится эта аналогия с песочными часами. Наш медиум тоже считает ее очень удачной…
– Слушая вас, трудно поверить, что вы и вправду ребенок…
– А вам и не надо в это верить. Для вас имеет значение только одно знание. Вы – это Срединный Мир. И так как я спускаюсь вниз – один-одинешенек, совершенно безобидный для вас и вашей Конторы, так оттуда, снизу, поднимаются сюда многие и многие. И этих многих безобидными назвать уже язык не поворачивается…
– Поднимаются?! Каким образом? Зачем?
– Затем, чтобы владеть Срединным Миром, воротами между началом и концом…
Когда Никита взглянул на судно снизу, то всякие сомнения отпали. Это был настоящий боевой корабль, не один год бороздивший соленые воды каких-нибудь Средиземных или Карибских морей. Его потемневший корпус был изъеден жучком, полипами и, наверное, какими-нибудь отвратительными морскими червями, облеплен высохшими водорослями. Местами виднелись следы починки после пробоин от камней и пушечных ядер. Если это была мистификация или просто макет, то весьма мастерская, отчего непонятными становились цели такого рода художеств.
И вновь в его сознании всплыл странный образ кэпа Хантера – в старинном наряде, под мачтами пиратского парусника. Черт возьми,
Впрочем, поразмыслить над этими вещами Никита не успел. Его подтолкнули к длинному трапу, похожему на накренившийся висячий мост. Пока он шел по этому шаткому мостку, в голову лезло множество ненужных мыслей, включая прогулки за борт по доске, протаскивание под килем, привязывание к пушкам, разрывание ядрами и прочие глупости. Разум говорил, что все это здесь ни при чем. Но глаза утверждали обратное.
Вот под ногами заскрипела палуба, щеки коснулся какой-то растрепанный канат. Но насладиться аттракционом Никита не успел. Он оказался перед живописной надстройкой на баке. Заскрипела тяжелая дверь и его втолкнули в достаточно обширное и темное помещение.
Здесь царил легкий запах незнакомых пряностей, прелых тряпок и спиртного. Освещено помещение было несколькими свечами на большом канделябре и тусклым светом, пробивающимся через занавешенные окна.
Все остальное было вполне ожидаемым.
За массивным столом сидел сам кэп Хантер. На этот раз – в переливающемся атласном халате поверх одежды. Рядом, что не стало для Никиты сюрпризом, была Лиза собственной персоной. Одета она тоже была иначе – теперь на ней было просторное платье с тонким и сложным узором. Надо полагать, весьма модное в веке эдак восемнадцатом.
– Это он? – мельком взглянув на Никиту, спросил кэп у Лизы.
– Да. То, что и заказывали, – ответила Лиза. – Конечно, я не могу показать вам оригинал. Сами понимаете, он там…
– Что ж, я тебе доверяю, ты меня никогда не подводила…
– Как я бы посмела, мой повелитель…
Лиза весьма правдоподобно, хотя и с легкой улыбкой, изобразила покорность, чем, наверное, порадовала бандита, что приобнял ее, подтянул поближе, опереточно раздул ноздри и пробормотал, зарывшись носом в ее волосы:
– Моя колдунья…
– Я вам не мешаю? – невинным голосом произнес Никита.
Если бы он только мог ускориться! Бородка у кого-то стала бы гораздо реже, а голос – намного тоньше! Но почему-то способностей ныряльщика теперь он лишен. А потому придется вырабатывать в себе дипломатичность, выдержку и хитрость.
Кэп встал и, скрипя все теми же ботинками, подошел к Никите. Осмотрел его.
«Словно лошадь на продажу», – подумалось Никите.
Он посмотрел на Лизу, пытаясь поймать ее взгляд. Но та будто нарочно принялась любоваться своими ногтями.
«Сучка!» – подумал Никита.
– Знаешь, зачем ты здесь? – поинтересовался кэп Хантер.
– Конечно, – ответил Никита. – Вы хотите высосать мой мозг.
Лиза вздрогнула и с удивлением взглянула на Никиту. Удивление – не совсем то чувство, которое тот хотел бы видеть в этих глазах. Но ни стыда, ни раскаяния, ни сочувствия там не было. Поэтому оставалось довольствоваться удивлением.
Демон Власти
Документальная литература:
публицистика
рейтинг книги
