Чтение онлайн

Но ведь не было картошки. Не было курицы. Их я и заказал. Всё остальное было.

Рассказываю рецепт:

Варить можно вообще без мяса. Оно даже и полезнее - если вы много по жизни поедаете форм жизни. Но, в данном случае, курицу варим. Ага, ртов много. То есть, я, Влас, Дро, может заехать Ованес, могут и бабы нагрянуть. Кастрюля алюминевая, 7 литров. Картошки - на одну четвертую. На глаз. И варите. И потом, как закипит, через 10 минут кладёте капусту. Лучше делать смесь. Свежая + маринованная. И всё. Остается сделать зажарку.

Не вкусно ж тут когда? Когда

мало свёклы, мало моркови, мало лука. При чем, дерут немного масла подсолнечного. Разогревают, кладут туда ложку жира. А уже потом жарят. А в конце жарки надо еще залить зажарку томатным соком. Но лучше, конечно, томатная паста и немного помидоров. Ну, один свежий, допустим. Или - один свежий, один маринованый. Мелко порезали. Отправляем зажарку в борщ. Доводим до кипения. Проверяем соль. Едим.

Жалко, змею не покормил. Да хотя она, скорее всего, питается от ЛЭП.

45. Машона

Мы и вечером едва не сели на сухую. Нет, всё жы была пара бутылок обычной русской водки. Клинских пришел в умате.

– Простите, - сказал он.

– Будешь борщ?
– спросил я.

– Буду.

Мы даже не спрашивали, где он был, где мог набраться. Он кот. Но какие у него друзья? Может, он употреблял вместе с чертями?

Мы сели за стол. Шёл "Арсенал-Спартак". Дро был какой-то уставший. Клинских, оказывается, украл в аптеке валерьянку и ужрался. Но борщ - великий обед (ужин, завтрак). Уж его начинало отпускать.

– Помнишь, ты обещал рассказать про Машону, - сказал я.

– Да, - Дро закурил, - не могу. Лопну.

– Точно. Нельзя оторваться, - подтвердил Клинских, - ты гений, Влас.

Решили немного постоять, чтобы потом еще съесть борща. Вышли покурить.

– История темная, - сказал Дро, - Машона - это тип. То есть, кем она была до этого, я не знаю. Но, видимо, дело было очень важное, раз в 1936 год она отправилась с прикрытием по внешним параметрам. Я всё же предположу, что и в жизни она - девушка.

– А она вернулась?
– спросил я.

– Нет.

– Что-то случилось?

– По правилам, еще не вышел срок. А как выйдет - вряд ли пошлют поисковую группу. Потому что достаточно отправить дроид.

– И он ничего не найдет? А вдруг - надо было раньше посылать?

– Я не знаю. Я ж не лезу в такие тонкости. Словом, история такая. Машона, как и мы, выжидала. Ей требовался Орех. Но Орех может быть и не в виде человека. Попробуй ты разбери, какой он. И ты лишь сидишь, слушаешь ветер. И всё. Машона вышла замуж. И в один момент она поняла - пришел муж, но он - кто-то еще. Может быть, Орех и есть. Чтобы сильно не заморачиваться, она решила еще немного за ним проследить и, если что, ликвидировать.

Но помыслы скрыть не то, чтобы сложно. Их можно раскрыть. И вот, в тот день, когда она была готова, неожиданно что-то прилетело и выпустило по дому пару ракет. Да, именно тогда. Машона скрылась. После чего, для того, чтобы замести следы, она переехала в Нью-Йорк и занялась кокаином. То есть, продажей. Здесь её след и теряется. Известно лишь, что она вновь вышла замуж, и это был какой-то пожилой джазовый музыкант.

– Совсем след теряется?

–

Говорю тебе.

– Я думал, что я один умею так хорошо заметать следы, - проговорил Клинских.

– Так у тебя хвост. У меня ж нет хвоста, и заметить не чем.

– Веником заметай.

– Да это всё фигуры речи, дорогой кот. Скажи по существу.

– Все рано или поздно находится, - сказал он, - максимальное стирание - это глобальное форматирование вселенной, которое случается один раз в 25 миллиардов лет, и то, - он поднял свою лапу, - это теория, так же как и Зачищающая Машина. Сведения о ней есть, и, скорее всего, это не брехня. Но за руку ее никто не ловил.

– Хороший у тебя вариант, - заметил Дро, - брехня - не брехня.

– Ты ж знаешь, - ответил Клинских, - чрезмерная тонкокожесть уничтожает душу. Если брехня, то и брехня она и есть. Не надо никаких дополнений.

– Я тоже за это, - сказал я, - но мы не решили ничего по Машоне. Ты все же знал ее лично? Если да, это меняет дело.

– Это ничего не меняет, - проговорил Дро, - совершенно ничего.

– А вы еще говорили о щекотливых вопросах, - муркнул Клинских, - слово "щекотливый" подразумевает под собой щекотку, щекотание. Ну и, если хотите, почесывания.

– Если бы у человека было бы столько же шерсти, он мог бы понять, - сказал я.

– Да. Но у кого преимущества?

– Все зависит от миров, - сказал я, - теоретически есть полные миры котов, а неких абстрактных вселенных. На практике, мы только предполагаем.

– Как легко вы перескакиваете с темы на тему, - сказал Дро

– Да. Но борщ, да?

– Да?

– Лучший борщ, - подтвердил Клинских.

46. Письмо от Александра

Послушай, Влас, какие у нас хорошие модели самолётов? Сам я всегда летаю на маленьких электрических аппаратах, редко сажусь в большие, да и вообще, я большой любитель всего персонального, личностного, массовость - это что-то вроде песка, где много отдельных элементов, и всякий из них теряет индивидуальные черты.

Скажи еще - сейчас на авиалайнерах совсем скучняк. Лучше плыть на корабле, посещать всяческие бары. Модель летающего корабля с такими всяческими барами до сих пор почему-то не введена в эксплуатацию, но вот на дальней точке, я обнаружил уникальный коммунистический мир под названием ОэССр. Я даже не стал вдаваться, как это расшифровывается, потому что русский язык там довольно сильно отличался от нашего русского, и если когда за меня говорил аппарат, я все равно не совсем понимал. Это отличие, может быть, даже чем между русским и украинским, но нужна привычка. Ты знаешь эту идею - теория коммунистической материи. Исходя их этого, существует идеологический кэш, который состоит из отдельных фигур, где большие фигуры - это матрицы жизни, малые фигуры - лица лидеров, и если материя попадает в некий мир, она пытается ожить, а лидеры-заготовки воплощаются в конкретных лидеров, которые и производят мировые изменения. Ну а теперь, краткое воспоминание о том, как я прокатился на местном гигантском самолете: