Чтение онлайн

Обе собеседницы были насельницами Алексеевского монастыря. Этот православный монастырь стоял в Угличе у Каменного ручья на горе Огнева. Его основал в 1371 году инок Адриан по инициативе митрополита Алексия с согласия московского князя Дмитрия Донского. А сейчас монастырские своды стали приютом для многих женщин, ушедших от беспокойного, и подчас жестокого мира в тишину единства с Богом.

– Не может быть!
– Фотия схватилась за сердце.

– Я сама удивилась - всплеснула Ольга руками.

Ольга была высокой голубоглазой девушкой с длинными светлыми

волосами. Десять лет назад Фотия подобрала ее на городском рынке, где девочка побиралась на бутылку водки для пьяницы-матери. Мать легко отказалась от дочери, а сама Ольга попала в приют при монастыре.

Сейчас девушка поступила в медицинский вуз Углича, окончила уже третий курс и собиралась стать врачом-хирургом. А пока же она жила в монастыре, помогая в лечении питомцев детского приюта.

Вот и сегодня поутру Ольга поехала в город за продуктами, а также забрать собранную для детей гуманитарную помощь. И принесла невероятные и страшные новости.

Углич в момент Переноса пострадал сильнее остальных городов - так, если в Ярославле, а также в Рыбинске были разрушено только несколько старых зданий, то Угличу пришлось куда хуже - вся современная часть города осталась в Старом мире, а старинная территория города вместе с портом оказалась перенесена на берега большого моря...

Мы выехали из нашего Алексеевского монастыря рано утром. Я вела старенький 'жигуленок', а рядом сидела моя подружка Ксения. Ксения - тоже из наших, приютских. А попала она к нам так - однажды зимой попросилась в монастырь на ночлег больная цыганка с младенцем. Женщина вскоре умерла, а ее дочка попала к нам. Ксения приняла монашество, а я пока думаю. Спору нет, сестры у нас добрые, помогают ребятам, если бы не они - покатилась бы я по кривой дорожке. А сейчас на педиатра учусь - буду детским врачом.

Едва наш автомобиль выехал к повороту на шоссе, как я от неожиданности затормозила. Сестра Ксения начала креститься и читать молитву от морока, а я недоумевающе хлопала глазами - теперь вместо лесопарка перед нами... расстилалось море, а на берег накатывались волны. У берега на волнах покачивался милицейский катер, а два полицейских растерянно расхаживали по дороге. Заметив нашу машину, они подошли к нам.

– Сержант Изюмов - представился высокий, молодцеватый мужчина лет двадцати пяти, поднеся ладонь к козырьку фуражки.

– Сестра Ксения - сказала моя подруга.

– Ольга, студентка медвуза...
– улыбнулась я.
– А что тут такое произошло? Авария на плотине?

– Никто ничего не понимает, - сказал полицейский, - А мэр города похоже остался ТАМ, вместе с новой частью Углича.

– Где там?
– растерянно спросила я.

– Хм...
– полицейский, очевидно, хотел выругаться, но посмотрев на монашеское облачение Ксении, передумал - Вы ведь странное сияние в небе ночью видели?

– Нет...
– удивленно протянули мы.

–

Я лейтенант Михайлов. Похоже, нынешняя фигня, которая в городе происходит, - вмешался другой, толстый полицейский, по-волжски окая, - дело рук ученых. Я еще вчера в новостях слышал, что они эксперимент с коллайдером затеяли...

– Чего-чего?
– не поняла Ксения.

– Еще бы - усмехнулся Михайлов - У вас, монахинь, наверное, телевизор совсем не смотрят, чтоб мирские соблазны молитвам вашим за нас, грешных, не мешали. Короче, ученые на своем коллайдере молекулы всякие гоняли, а затем что-то у них случилось. И вот наш Углич здесь, на берегу моря!

– А может это вообще океан какой?
– ляпнула я.

Полицейский нахмурился.

– Типун тебе на язык, девка! Надеюсь, мы не на побережье какой-нибудь Англии или Франции!

У сержанта на поясе зазвенела рация. Он взял ее, приложил к уху.

– Сержант Изюмов слушает. Что? Какие, на хрен, орки?!? Что, удалось наладить связь с Рыбинском? Побережье? Да-да, обследуем, пока никого из чужаков не встретили. Только пара монашек на автомобиле. Одна, кстати, студентка медвуза. Да-да, конечно!

Изюмов повернулся к нам.

– Передали, что нужны медики. Вы раны перевязывать умеете?

– Да - кивнула я.

– Сказали, чтобы вы ехали к Четвертой больнице. Там собирают раненых. В городе серьезные разрушения, врачи не справляются. И неплохо бы вам посодействовать в эвакуации детей в монастырский приют.

Я и Ксения переглянулись.

– Поедем - решительно сказала она.

Страшно пострадал Углич в тот ужасный день - погибло около пятисот человек - задавленные обломками разрушенных домов, попавшие под удар цунами - к счастью, волна была слабой и разнесла только прибрежные здания и сам порт. А находившиеся в порту корабли и баржи оказались выкинуты на берег.

Наша машина медленно ехала по опустевшим улицам. Большинство угличан сидело по домам или толпились у подъездов своих жилищ, обсуждая шокирующую новость.

Около одного дома мы остановились, с изумлением рассматривая его - здесь прошла линия переноса.

Странная, скорее демоническая, чем божественная, сила аккуратно разрезала дом на две половины. Одна осталась где-то там, в иных мирах, а вторая продолжала стоять. Хорошо было видно обстановку квартир. Напротив дома на горе руин работали спасатели и добровольцы - этот старый дом, в отличие от соседа, не вынес Переноса и развалился в пыль.

А дальше, за метровым валом свежего чернозема мы увидели чистое поле.

– Нашли! Нашли!
– спасатели достали из-под руин человека, подбежали врачи, шустро положили раненого на носилки. 'Скорая', завывая и мигая синим огнем, умчалась.

Мужчина в форме спасателя поднимался по длинной лестнице на второй этаж. Он исчез в доме и вскоре появился с орущим младенцем на руках. Собравшийся народ облегченно выдохнул. Рядом с домом стояла девочка лет десяти и всхлипывала.