Чтение онлайн

17

17. …семизвездный треугольник… — По-видимому, Астуриас имеет в виду созвездие Волопаса.

18

18. …все это там, где сходятся параллельные линии, то есть нигде. — Астуриас (словами Мида) выстраивает образ-символ «дьявольской ловушки», предстающей в виде пространственных прямоугольников, составляющих основу бытия рабов Компании. Это и прямоугольные плантации и прямоугольные дома — человек привыкает

к параллельным линиям, остающимся на постоянно равном расстоянии между собой.

«Мы несем в себе эту невозможность слиться с самим собой», — говорит один из героев, — «…человек… реально или в воображении — продолжает видеть параллельные линии, они идут все дальше… в бесконечность и никогда не сходятся… мы… постоянно стремимся к чему-то, что никогда не сбудется…» Эту дьявольскую геометрию изобрел Зеленый Папа. Лишь ураган, считает Астуриас, способен разрушить эту безысходную параллельность, ураган, сметающий все линии, переворачивающий и соединяющий, казалось бы, — невозможное.

Подобный образ-символ с успехом был использован Андреем Белым в романе «Петербург». «Мокрый, скользкий проспект пересекся мокрым проспектом под прямым, девяностоградусным углом; в точке пересечения стоял городовой…

И такие же точно возвышались дома, и такие же серые проходили там токи людские, и такой же стоял там зеленожелтый туман.

Но параллельно с бегущим проспектом был бегущий проспект с тем же рядом коробок, с тою же нумерацией, с теми же облаками.

Есть бесконечность бегущих проспектов с бесконечностью бегущих пресекающих призраков».

И совсем как Зеленый Папа рассуждает реакционер сенатор Аблеухов, мечтающий «проткнуть проспектными стрелами» фабричное население, а еще лучше, чтобы «вся, проспектами притиснутая земля, в линейном космическом беге пересекла бы необъятность прямолинейным законом; чтобы сеть параллельных проспектов, пересеченная сетью проспектов, в мировые бы ширилась бездны плоскостями квадратов и кубов: по квадрату на обывателя…» И у Астуриаса: «Представь себе наши плантации, прямоугольные, две стороны длинные, две короткие, приделать только с четырех сторон решетки, и вот мы — звери в клетках… все клетки, клетки, клетки… до самого моря», — говорит один из героев. «Клетки, звери и укротители».

«Опять проклятые параллельные линии! Страшно! Страшно!» — с отчаянием восклицает один из обитателей «клетки».

19

19. Чичигуо — это имя здесь скорее ироническое прозвище, так как чичигуа — название дерева, в тени которого может укрыться большое число людей, кроме того, чичи, чичигуа (исп.) — кормилица.

20

20. Чоло — здесь сын европейца и индеанки. Чоло также называют индейцев, перенявших городскую культуру.

21

21. Сарахобальду исколотили… — Сарахобальда, по описанию Астуриаса, напоминает ночных птиц, издревле считавшихся плохим предзнаменованием.

22

22.

Тамаль — одно из самых традиционных блюд в Гватемале. Кусок мяса заворачивается в крутую массу из вареного маиса, все это обертывается банановым листом, затем жестким листом одного из местных растений и приобретает вид конверта.

23

23. …одну похлебку из улиток, и на завтрак, и на обед, и на ужин… — Имеется в виду суп из пресноводных черных улиток, которых в Гватемале чрезвычайно много. Они считаются пищей бедняков.

24

24. …птицы с клювами, похожими на огромные ложки…Речь идет об аистах-челиоклювах. Древние майя считали, что челиоклюв помогает душам выбираться из преисподней.

25

25. Самбо — люди индейско-негритянского происхождения.

26

26. Да, Рито Перрах может дать хороший совет. Рито Перрах — особый персонаж в галерее образов «банановой трилогии». Он — «Чама». Название «Чама» восходит, очевидно, к одному из древнейших титулов представителей знати — Чаам, известному по материалам иероглифических текстов.

Способность Рито Перраха «видеть» одновременно все четыре стороны света подразумевает исключительную жреческую возможность общения со всеми богами вселенной, которая, по представлениям майя, была ориентирована по странам света. На каждой из четырех сторон находились «цветные» мировые деревья и «цветные» боги. Красный цвет ассоциировался с востоком, белый — с севером, черный — с западом и желтый — с югом. При необходимости Рито Перрах мог становиться имперсонатором (то есть воплотителем) того или иного бога.

27

27. От дыхания колдуна все конкретное становилось абстрактным. Участники ритуалов должны были находиться, как правило, в экстатическом состоянии, сопровождавшемся изменением частоты пульса и дыхания. Для создания такого состояния нередко принимались наркотические средства. Важным компонентом всякого обряда и театрализованного зрелища был ритм, изменение которого влекло за собой и изменение общего настроя участников.

28

28. Стихи в переводе Н. Трауберг.

29

29. …комочек абстрактной плоти, еще не принявшей таинства крещения…Процесс «лечения» души Лино находился в прямой связи с древними индейскими представлениями майя о душе и ее возрождении. Пройдя процесс очищения, душа («комочек плоти») доставлялась из преисподней к определенной женщине для последующего возрождения. Рито Перрах, по Астуриасу, как бы возвращает душу Лино в чистое состояние, и она вновь приходит к тому в доме родителей.