Чтение онлайн

Центральная идея романа — пробуждение крестьянства к политической деятельности и воспитание компартией из темных забитых людей смелых, сознательных борцов за коренное переустройство общества — делает его произведением актуальным, направленным на преодоление пережитков феодализма в сознании тружеников китайской деревни.

Роман «Ураган» выгодно отличается от других китайских произведений, посвященных аграрной реформе, широтой и богатством затронутых в нем тем.

Автор показывает и непосильный труд бедняков, и праздность, которая царит в помещичьих домах. Он повествует о том, как крестьяне, покончив со своим злейшим врагом Хань Лао-лю, грудью становятся

на защиту родной деревни, когда с гор спускается гоминдановская банда. Он изображает, наконец, новую счастливую жизнь, расцветающую на освобожденной земле.

Попутно автор поднимает и такие актуальнейшие темы, как перевоспитание нетрудовых элементов, как тяга крестьян к коллективным методам работы, раскрепощение женщины и привлечение ее к общественной деятельности.

На страницах романа Чжоу Ли-бо вывел целую галерею типов китайской деревни. Многих из них автор сознательно наделяет чертами шолоховских героев. Самый яркий пример — возчик Сунь, образ которого настолько полюбился Чжоу Ли-бо, что он пронес его через все свое произведение. Этот хитрец и веселый балагур — родной брат деда Щукаря из Гремячего Лога.

Помещик Хань Лао-лю некоторыми чертами своего характера напоминает кулака Лапшинова. Он также не брезговал ничем, стяжая себе состояние, предусмотрительно припрятывал ценности, надеясь, что ураган пронесется мимо него.

Отдельные черты шолоховских героев проявляются в характерах и других персонажей романа, но все-таки ни о каком копировании или механическом заимствовании говорить здесь, разумеется, нельзя. Образы романа «Ураган» так же глубоко самобытны и оригинальны, как самобытна и неподражаема породившая их среда.

Чжоу Ли-бо хорошо знал и обстоятельно изучил людей, которых он сделал героями своего произведения.

Особенно удался автору образ главного героя — начальника бригады Сяо Сяна. Это — простой, обаятельный человек, преданный партии и народу коммунист, всегда спокойный и сдержанный. У него железная воля, широкий ум государственного человека, беспощадная требовательность к самому себе и ясное понимание своей ответственности перед родиной. Целиком отдавший себя борьбе за освобождение и счастье своего народа, Сяо Сян — воплощение мудрости и совести партии.

С большой теплотой и искренностью очерчены автором руководители крестьянского союза. Павший смертью героя первый председатель союза Чжао Юй-линь надолго запомнится читателям, как образ народного вожака, человека большой любви к своему народу и ненависти к угнетателям. Последовательно, с чувством горячей симпатии создает Чжоу Ли-бо образ бывшего батрака Го Цюань-хая, вкладывая в него лучшие национальные черты китайского народа — упорство, самоотверженность, трудолюбие и глубокую житейскую мудрость. Автор наделяет этого человека чертами нового, желая видеть в нем будущего деятеля свободного и независимого Китая. Мастерски изображены в романе колоритные фигуры Бай Юй-шаня и Дасаоцзы. Но автор не ограничивается только этим. Одновременно он дает типичную для современного Китая картину становления и идейного роста передовых людей китайской деревни. Судьба Бай Юй-шаня и Дасаоцзы, превратившихся из обездоленных батраков в руководителей крестьянской бедноты, — таков сейчас путь многих деятелей Народной республики Китая.

Нельзя не пожалеть о том, что Чжоу Ли-бо не имел возможности уделить работе над романом достаточно времени. Над первой книгой он трудился урывками, так как был в то время перегружен работой по проведению земельной реформы. За вторую ему удалось взяться лишь через год, который он провел в армии. Это, естественно,

привело к отдельным недостаткам, придало роману некоторую растянутость и рыхлость композиции.

Наряду с законченными и живыми образами в романе встречаются персонажи, которые хотя и отнесены к определенной классовой группе, но лишены индивидуальных черт. Таков, например, помещик Тан Загребала. О нем известно лишь то, что он горестно вздыхает и поклоняется изображению хорька. Почему же в таком случае крестьяне ненавидели его? Помещик Добряк Ду, который хотя и хранил у себя оружие и составлял, подобно Якову Лукичу из «Поднятой целины», списки деревенских активистов, в романе почти не показан как угнетатель и эксплуататор.

Однако все эти недостатки ни в какой степени не могут снизить той идейной ценности и того познавательного значения, которые делают этот роман выдающимся произведением современной литературы великого китайского народа.

Вл. Рудман.

Было раннее июльское утро. Солнце только что всходило, окрашивая стебли кукурузы и гаоляна в золотистый цвет. Роса на листьях соевых бобов и симаньгу сверкала ослепительными серебряными бусами. Над глинобитными лачугами курился сероватый дымок. Готовили утренний завтрак.

Пастух в остроконечной соломенной шляпе, верхом на неоседланном коне, гнал скотину на пастбище.

На шоссе показалась большая телега. Грохот колес и крики возчика привлекли внимание пастуха. Он позабыл о своем стаде и не заметил, как бык, углубившись в посевы, стал обгладывать кукурузу.

— Смотри! Смотри! — закричали люди в телеге. — Жрет кукурузу!

Пастух спрыгнул с коня, подбежал к быку и сильно хлестнул его бичом.

Телега, запряженная четверкой, которую местный пастух встретил в июльское утро 1946 года на шоссе юго-восточнее Харбина, направлялась из уездного города в деревню Юаньмаотунь.

Когда телега миновала мост, возчик с такой силой принялся щелкать кнутом, что, казалось, палили из винтовок. Испугавшиеся лошади понеслись вскачь, обрызгивая грязью придорожную полынь, листья кукурузы, телеграфные столбы. Но вскоре коренная покрылась испариной, зафыркала и стала замедлять бег.

— Что, устала? — ворчал возчик. — Проголодалась, что ли? Просяной соломы не желаешь? На соевый жмых да гаолян поглядываешь, а работать не хочешь! Смотри у меня! Если не отстегаю тебя как следует, не быть мне, старику Суню, лучшим на деревне возчиком.