Ups & Downs
Шрифт:
Мне вспоминаются его слова из прошлого. Внезапно, словно вспышка озарения.
Ты поймешь… совсем скоро поймешь, что наши отношения куда более глубокие, чем у любого из смертных…
Наша связь самая крепкая из всех возможных связей между двумя созданиями. Теперь я верю в это. Теперь я знаю это. Я это чувствую.
Я — свет. Я — пристанище. Я — душа. Я — жизнь.
Он говорит мне это. Он повторяет это, становясь на колени, пододвигая меня к самому краю, раздвигая мои ноги своими плечами. Мой взгляд остекленевший,
Я смотрю. Я просто не могу закрыть глаза, хотя все во мне просит отдаться только этому чувству. Чувству его языка на моей напряженной, распаленной плоти. Чувству его твердых губ, двигающихся в умелом ритме на моем пульсирующем от жажды лоне. Когда он поднимает свои глаза, когда он просто кидает на меня свой темный, одержимый взгляд исподлобья, я взрываюсь.
Я — жалобный стон. Я — требовательный крик.
Он отклоняется, давая своему горячему выдоху опалить нежную, распаленную кожицу. Я сжимаюсь. Ненавижу пустоту внутри себя. Ненавижу пустоту, что касается меня. Ненавижу все, что не имеет отношение к этому мужчине.
Он — буря. Он — шторм. Он — сама опасность, сама гибель, закованная в тело мужчины. И я вновь хочу ощутить его. Хочу ощутить власть над ним. Хочу его боли, хочу его раскаяния, его наслаждения и страсти.
Он переворачивает меня, ставит на колени. Его руки поднимают мои бедра, а я готова рыдать от облегчения. Моя спина призывно выгибается, я могу лишь тихо постанывать, подаваясь вперед, слушая его сдавленное животное рычание позади себя. Я жду, я жадно жду его обжигающего прикосновения, которое заставит меня чувствовать себя живой. Живущей больше, чем когда-либо.
Я — сама жизнь. Я — алый рассвет этой жизни.
Он прикасается. Наконец. Мой стон полон счастья и восхищения. Все мое тело восторженно встречает его прикосновение, которое доводит меня до очередного оргазма. Я подаюсь навстречу, но он просто скользит по мне, невероятно твердый и такой восхитительно большой. Не проникает, а просто касается, намекая на вожделенное проникновение.
Он говорит со мной, доводя до той грани, когда я не смогу терпеть. Он хочет довести меня до того предела, когда я не смогу дышать без него глубоко внутри меня. Он хочет услышать свое имя в моей мольбе, в моем умоляющем требовательном шепоте. И только после этого он заполнит меня. Резко, быстро, полностью. Так как я этого хочу.
Я — предвкушение. Я — ожидание.
Я чувствую его поцелуи на своих плечах. Его нежнейшие укусы на позвонках. Его язык скользит от шеи вниз. В его действиях проглядывает обожание, граничащее с одержимостью.
Я умираю от нужды. Я уже давно потеряла счет своим оргазмам, но знаю, что не получи еще одного, и я превращусь в ничто. Он должен спасти меня. Просто прикоснуться ко мне там.
Я знаю, что он может сделать это одним верным прикосновением. Мужчина знает мое тело лучше
Ему нужны мои слова. А я кусаю губы, пытаясь сдержаться.
Зачем? — шепчет все во мне. — Есть желание. Есть тот, кто исполнит желание. Кто его удовлетворит собой. Возьми. Требуй.
Он — раскаянье. Он — вина. И я думаю, что этот голос — месть, которая наслаждается его одержимостью, его желанием, его болью и раскаянием.
Я настойчиво сдерживаю слова. Лишь стоны и дыхание. Я знаю, что первым сдастся он. Что он сам не сможет держать себя вдали от меня. Что он проиграет в этой битве.
Так и получается, и все во мне торжествует, упиваясь желанием мужчины.
Я — его слабость, то, в чем он не может себе отказать.
Я падаю на локти, мое тело невероятно слабое от наслаждения. Но мужские ладони крепко удерживают меня возле его бедер. Он погружается в меня медленно, почти лениво, заставляя с жаждой принимать в себя каждый дюйм его, большого и горячего.
Он замирает. Его твердые руки не дают мне пошевелиться, хотя я уже яростно толкаюсь навстречу, умоляя всем своим видом о движении.
Слова. Он ждет слов. Он хочет услышать степень моего желания, моей одержимости и страсти.
Мои ладони лихорадочно сжимают простыни. Я хочу ощутить его под своими руками. И потому думаю над тем, что обязательно окажусь сверху. И тогда уже он будет умолять меня о большем.
Но пока что главенствующее положение занимает мужчина. Он ждет. Его руки скользят по моей спине, он запускает пальцы в мои волосы, он обхватывает мои плечи, пока я неистово трусь об него, пытаясь достигнуть пика.
Он смеется. Тихо, удовлетворенно, чисто по-мужски. Он в восторге от моего очевидного желания. Он упивается видом моего страдающего от неразрешимости тела. Он наслаждается мыслью, что это облегчение может дать мне лишь он.
— Скажи, девочка. Скажи. — Я дрожу от звука его голоса. По моему лону словно скользят горячие пальцы, когда он говорит эти слова.
Ему нужно лишь одно слово, которое объяснит все мои требования.
— Аарон. — Выдыхаю я.
Да, этого хватает, чтобы получить желаемое.
Его движения мощные, резкие. Он пронзает меня жестоко и быстро, твердо удерживая рядом с собой.
Звуки нашего неистового секса, мои стоны, его тяжелое дыхание, слова, тихое, глухое рычание — все это сводит с ума, заставляя меня желать большего. Мне кажется, что есть это большее. И что Он должен показать мне это. Должен научить.
Я выгибаюсь, придвигаясь к нему. Я двигаюсь ему навстречу, пока мужские руки лихорадочно исследуют мое тело. Он сжимает мою талию, он гладит спину.
Мой крик громкий, жалобный, когда его ладони сжимают мою напряженную до боли грудь. Я взрываюсь в оргазме, когда его пальцы касаются затвердевших сосков. Мое тело невероятно чувствительное под его руками. Меня может подвести к краю простое дыхание, которое коснется волосков на шее.