Шрифт:
I
Жил да поживал на свете веселый столяр. Так его и соседи называли «веселый столяр», потому что работал он всегда с песнями. Работает и поет.
– Хорошо ему петь, когда у него все есть, – говорили соседи с завистью. – И своя избушка, и коровка, и лошадка, и огород, и куры, и… даже козел.
Действительно,
– Слава богу, все у меня есть…
Завистливые соседи не хотели видеть одного, – именно, что веселый столяр все свое добро наживал сам, своим трудом, постоянно работая, да еще помогала ему жена. Он стругает и пилит свои доски, а жена всякую домашнюю работу справляет: и обед приготовит, и починит, и сошьет, и с огородом управится, и за скотиной присмотрит. Одним словом, жили хорошо, и дом был полной чашей. А где живут хозяева хорошо, там и всем остальным хорошо. Лошадь сытая, корова – тоже, на крыше избушки ворковали голуби, под крышей весело чиликали воробьи, по двору расхаживал осанистый петух со своими курами; даже жившие под полом мыши и те были сыты. Бывало, жена столяра заворчит:
– И что это мышей у нас столько развелось? Овес воруют у кур, хлеб тащат…
– Ну что же, и пусть их тащат! – успокаивал жену столяр. – Где же им взять? У хлеба не без крох… Жалованья они не получают, работать не умеют, а жить надо. У них тоже есть и своя семьишка, и свои детишки, – надо чем-нибудь кормиться. Ничего, нас с тобой не съедят… Наконец, у нас есть кот Васька.
Кот сидел обыкновенно на печке и делал вид, что ничего не слышит. Он не любил пустых разговоров. Скажите пожалуйста, с какой стати он будет ловить мышей, когда сыт до отвала? Иногда он отправлялся в амбар, ловил какого-нибудь несчастного мышонка, но не ел его, а приносил показать хозяйке.
– Ай да Вася, молодец! – хвалила его жена столяра и давала коту молока.
Кот напивался молока и дремал где-нибудь в теплом уголке. Мышей он ловил только для собственного развлечения. Покажется скучно, ну, и сходит на охоту. Вообще серьезный был кот Васька, и хозяйка очень его любила. Больше всего он гордился тем, что живет в избе вместе с хозяевами и на двор выходил только погулять. Ни с кем не ссорился, не дрался и относился к другим свысока. Например, петух и козел вечно ссорились, корили друг друга и даже вступали в драку.
– Разве так можно, господа? – ворчал кот. – Вы совсем не умеете себя держать… Впрочем, что же я говорю с вами: все равно ничего не поймете!
– Знаем мы тебя, старого плута, – ругался петух. – Только и знаешь, что лежать на солнышке… Скажите пожалуйста, какой важный барин: лапку боится замочить. Одним словом, дрянь!
Кот ничего не отвечал, а только презрительно щурил свои зеленые глаза да поводил усами.
Козел и петух часто ссорились. Просто возьмут и поссорятся ни из-за чего.
– Эй
– Тоже расхвастался, работник! – сердился козел. – Только горло свое петушиное дерешь да никому спать не даешь… Вот и вся твоя работа!
– Я не работник? А кто хозяина по утрам будит? Я!.. А кто за курами смотрит, чтобы не разбежались по чужим дворам? Все я же!.. Везде я и обо всех должен позаботиться! А ты только даром чужое сено ешь, старый упрямый козел…
– Чужое сено ем? Ах ты, разбойник!.. Да я тебя в мелкие крошки, хвастуна, расшибу!
Козел наклонял голову, закрывал глаза и стремглав бросался на петуха…
– Ой, убили! Батюшки, петуха убили!.. – неистово орал петух, удирая от рассвирепевшего козла. – Караул!.. Живого петуха проклятый козел убил!
Всех поднимал на ноги горланивший петух. Кудахтали перепуганные куры, трещали воробьи, лаял дворовый пес Шарик, принимавший горячее участие в драке. Шарик гнался зараз и за козлом и за петухом и старался ухватить которого-нибудь зубами. Столяр хохотал до слез, глядя на эту суматоху. Обыкновенно дело кончалось тем, что петух взлетал на забор, хлопал крыльями и орал во все горло:
– Наша взяла, урра!.. Что, взял, проклятый козел? Где тебе драться со мной!.. Погоди, вот я тебе твои глупые глаза выцарапаю. Да, со мной, брат, шутки плохие!..
Старый упрямый козел обыкновенно чувствовал себя в такие минуты очень скверно. Упрется рогами в забор и старается его повалить… Тоже ведь совестно, что петух так срамит на всю улицу. Шарик из усердия лаял, как сумасшедший, и тоже бросался на забор.
– Ах, козел, козел, как тебе не стыдно, – смеялся столяр. – Нехорошо, брат, драться, да еще с птицей… Ах, козел, козел, как тебе не стыдно!
– А ежели он хвастается? – угрюмо отвечал козел. – Я вот ему задам.
Подзадоренный козел отходил от забора на средину двора, разбегался и со всего разбега – хлоп! – прямо лбом в забор, – только рога трещат. Это было уж совсем смешно, так что хихикали даже воробьи, прыгая по крыше. Степенно смеялись голуби, качала головой лошадь, а петух хохотал во все горло.
– Ну еще раз, козел!.. Ха-ха!.. Пожалей забор-то, глупая голова!.. Он не виноват, что ты глуп.
– В самом деле, пожалей забор, – смеялся столяр. – Да лоб еще самому может пригодиться… Ах, какой ты старый упрямый козел!..
Козел после такой драки долго не мог успокоиться. Он вообще сердился подолгу: рассердится утром и весь день сердится, ляжет спать – тоже сердится, проснется ночью – еще немножко посердится. Такой уж сердитый уродился… Раз, чтобы досадить петуху, он, как будто не нарочно, наступил на его любимую курицу. Вышел целый скандал, и петух побежал жаловаться на козла хозяину.
– Помилуйте, хозяин, этак козел всех моих кур изуродует.
– Ну это, брат, не мое дело, – отвечал столяр. – Пусть вас хозяйка рассудит, как знает…