Чтение онлайн

Ему никогда не приходило в голову поинтересоваться точной величиной своей физической силы. В силе не было никакой необходимости. Все внимание концентрировалось на ловкости, особенно когда дело касалось точного и уверенного управления механическими руками. В аккуратном, эффективном и уверенном использовании мускулов Уолдо не находил себе равных. Ловкостью он обладал – обязан был обладать. Однако для силы не было практического применения.

У него имелось все необходимое для создания на скорую руку прибора, который показывал бы на своей шкале величину

силы в фунтах. Циферблат, соединенный с пружиной, да закрепа – вот все, что для этого требовалось. Уолдо медлил и смотрел на то, что смастерил.

Нужно только вынуть руку из вальдо, положить ее на рукоятку и нажать. А потом посмотреть, что получилось. Тем не менее он колебался.

Ему казалось странным брать в руку такой крупный предмет. Значит так. Проникнуть в Иной Мир и взять силу. Уолдо закрыл глаза и нажал. Затем взглянул на шкалу. Четырнадцать фунтов – меньше, чем обычно.

Однако он не очень постарался. Ему удалось представить ладонь Грампса Шнайдера на своей руке, ощутить теплое покалывание. Сила. Проникни и возьми.

Четырнадцать фунтов, пятнадцать, семнадцать, восемнадцать, двадцать, двадцать один. У него начало получаться!

Внезапно и сила, и бодрость оставили его. Стрелка вернулась к нулю. Нужно отдохнуть.

Действительно ли двадцать один фунт – исключительный результат – или для его нынешнего физического состояния такая сила вполне нормальна? Ведь здоровый энергичный мужчина обладает силой порядка ста пятидесяти фунтов.

Тем не менее результат в двадцать один фунт на шесть фунтов выше его давнего рекорда.

Попробуем еще раз. Десять, одиннадцать, двенадцать, тринадцать. Стрелка замерла на месте. Ничего, это только начало. Четырнадцать.

На четырнадцати стрелка окончательно встала и, как он ни пытался сконцентрировать волю, отказалась перейти этот рубеж. Постепенно сила давления ослабла.

В последующие дни высшее достижение снизилось до шестнадцати фунтов. Двадцать один фунт казался теперь счастливой случайностью первой попытки. Уолдо грызла досада.

Однако и этот небольшой прогресс в наращивании силы достался ему ценой больших усилий. Он упорно пытался припомнить все слова Шнайдера, почувствовать прикосновение рук старика. В нем появилась уверенность, что массаж Шнайдера и в самом деле придал ему сил. Лишь действие поля Земли помешало убедиться в этом наверняка. Попытки не прекращались.

В глубине сознания Уолдо постоянно присутствовала мысль о том, что в конце концов, если все усилия окажутся тщетными, придется отправиться к Грампсу Шнайдеру и просить о помощи. Ему очень не хотелось прибегать к этому средству не только из-за трудностей путешествия, которое необходимо будет совершить (одной этой причины в другое время оказалось бы более чем достаточно), но также и потому, что если Грампсу Шнайдеру не удастся что-нибудь сделать, то никакой надежды больше не останется. Уж лучше жить в печали и тревоге, чем лишиться последней надежды. Поэтому он не торопился принять решение.

Уолдо не придерживался земного времени. Ел и пил в удобное

для себя время. Мог соснуть, когда заблагорассудится. Тем не менее через определенные, достаточно регулярные промежутки времени он устраивал себе продолжительный сон. Не в постели, конечно.

Человек, который парит в воздухе, не нуждается в кровати. Однако перед тем как крепко уснуть на восемь часов, он обязательно закреплял себя с помощью тросов на одном месте. Таким образом, можно было не бояться, что случайный поток воздуха отнесет его тело в сторону и ударит о какую-нибудь панель управления.

С тех пор как Уолдо обуяло желание стать сильным, ему частенько приходилось принимать снотворное, чтобы уснуть…

Доктор Рамбо вернулся и охотился за ним. Рамбо – сумасшедший, переполненный ненавистью. Рамбо, обвиняющий Уолдо во всех своих несчастьях. «Вольная обитель» не могла служить надежным убежищем, поскольку сумасшедший физик нашел способ переходить из одного пространства в другое. Вот он появился из Иного Мира. Вернее, сначала появилась его голова.

«Сейчас я до тебя доберусь, Уолдо!» Исчез. Нет, неожиданно появился сзади. Тянет, тянет свои руки, которые вдруг оказались извивающимися антеннами. «Погоди, Уолдо!» Но и у Уолдо тоже руки – не руки, а громадные вальдо. Они хватают Рамбо…

Гигантские вальдо безвольно повисли.

Рамбо подлетает к нему, валит на спину, хватает за горло.

Грампс Шнайдер шепчет Уолдо на ухо спокойно и строго: «Тянись к силе, сынок. Ощути силу в своих ладонях». Уолдо хватается за пальцы, сжимающие горло, старается оторвать их от себя.

Хватка ослабла. Перевес на его стороне. Сейчас он засунет Рамбо обратно в Иной Мир и уже не пустит обратно. Сейчас! Одна рука оказалась свободной. Бальдр неистово лаял. Уолдо хотел приказать ему замолчать, укусить Рамбо, помочь…

Пес продолжал лаять.

Уолдо очнулся у себя дома, в своей большой комнате. Бальдр гавкнул еще раз.

– Тише! – приказал Уолдо и осмотрелся.

Перед сном он закрепил себя четырьмя легкими тросами, которые располагались друг относительно друга подобно осям тетраэдра. Два из них по-прежнему были прикреплены к его поясу. Тело Уолдо мерно покачивалось возле кольца управления. Что же касается двух других, то один оторвался в месте крепления к поясу и свободно парил на расстоянии в несколько футов. Четвертое крепление было порвано в двух местах: возле пояса и фута на четыре ниже. Оторванный кусок троса обвился вокруг шеи Уолдо.

Ситуация казалась невероятной. Как ни верти, а разорвать тросы он мог только сам, во время кошмарного сна. Пес явно непричастен, инструментов под рукой не было. Сомнений быть не может, это его работа. Конечно, разорвать крепления не так уж и трудно, они не слишком крепки, однако…

Для того чтобы заставить силомер работать на растяжение, а не давление, понадобилось всего несколько минут. Достаточно было переставить закрепу. Сделав это, Уолдо включил пару вальдо среднего размера, закрепил в приборе кусок троса и с помощью вальдо потянул.