Чтение онлайн

софского вопроса современности (из

учебной программы студента-философа

2-ого курса МГУ им. М.В. Ломоносова).

Неожиданная встреча с сослуживцем

Было 10 часов утра. Монзиков в спортивном костюме, кото-

рый бел ему велик размера на 4, а может и больше того, сидел под

навесом у стойки бара, расположенного у моря. Всего в Султан Бич

отеле два бара – один у бассейна и другой у моря. Бассейн был без

воды. Арабы

с раннего утра делали ремонт. Работа кипела. Человек

50 черных как смоль маленьких мужичков шныряла из стороны в

сторону. Все что-то делали, что-то тихонько обсуждали. Разговари-

вали и работали медленно, как это делают обычно рабы, но без

единого перекура. Забегая вперед замечу, что уже на третий день

весь мусор был убран, плитка в бассейне была заново выложена, а

спустя еще день отдыхающие плескались в новеньком бассейне, где

не осталось и следов принудительного купания верблюда Феди.

Монзиков пил холодное пиво, добавляя туда немного водки,

когда к нему подошёл тщедушный на вид мужичок со стаканом

персикового сока и двумя круассонами на маленькой тарелочке. В

стакане был лед и соломка, через которую с нескрываемым удо-

вольствием почмокивал сок мужичок с обгорелыми плечами и лы-

синой на голове.

402

Монзиков внимательно посмотрел на мужика в плавках и

обомлел. Перед ним сидел никто иной, как Кефиров Владимир Ни-

колаевич – старший инспектор отдела кадров РУВД, майор мили-

ции, с которым судьба несколько лет тому назад свела милиционе-

ра Монзикова.

– Здорово, ментяра! – Монзиков напрочь забыл фамилию и

имя своего бывшего сослуживца, но он прекрасно помнил, как ра-

нее вместе с ним служил в одном РУВД.

– Здравствуйте, Александр Васильевич! А я Вас сразу узнал…,

– Кефиров соврал, хотя и правильно назвал Монзикова по имени-

отчеству. Память у него была отменная на лица, имена и фамилии.

– Владимир Николаевич, Кефиров, если помните?! – сказал и про-

тянул свою маленькую ручку Монзикову, который смотрел на сво-

его старого знакомого слегка мутными от ерша глазами. Монзиков

уже выпил четыре бокала пива с водкой и заканчивал пятый.

– Ну, как оно там, а? – спросил адвокат и одним махом осушил

оставшуюся треть своего пол-литрового бокала. Ты ещё это или

уже давно, а? Понимаешь мою мысль, а? – Монзиков спросил и за-

тем рыгнул с таким рыком, что сидевшие за соседними столиками

немцы даже подскочили от неожиданности.

– Да я уже как год на пенсии. Вот, решил отдохнуть немного.

Мы

с женой в Египте впервые, а Вы? – Кефиров говорил вкрадчи-

вым голосом, склонив немного набок вправо свою голову.

– А, понятно… Ну, что, может быть мы – это? А? – спросил

Монзиков и взглядом показал на свой пустой бокал.
– Догнал, а?

– По пиву, да? – спросил Кефиров, но тут же взгрустнул.

– Ты чего, Николаевич? Жены боишься, да? – Монзиков встал

из-за стола и направился к стойке бара за бокалами пива и стаканом

водки.

У всех отдыхающих на египетских курортах по программе

"всё включено" на правой руке должен быть маленький пластико-

вый браслет, по которому и происходит обслуживание. У Монзико-

ва браслета не было, зато его не раз видели с русской мафией, а

внешний вид адвоката свидетельствовал о его близости, если не

сказать более, к уголовно-криминальным кругам. Именно поэтому

никто не спорил и ни в чем не отказывал Монзикову. Окружающие

403

также обращали внимание на странного русского, ходившего по

пляжу с непокрытой, наголо обритой головой, с недельной щети-

ной, в висевшем и безобразно болтавшемся на уродливой фигуре

спортивном костюме. Те, кто говорил по-русски, окрестили Монзи-

кова паханом, поскольку питерская братва обращалась с ним при-

лично и с элементами уважения.

– Так, ладно, давай жахнем с тобой за встречу, а там – это!

Понимаешь мою мысль, а? – уверенно выпалил Монзиков Кефиро-

ву и долил в бокал бывшего милиционера грамм 100 местной вод-

ки.

– Ой, а что это? – спросил Владимир Николаевич у Монзикова,

уже готового залпом осушить такой же бокал ядерной смеси пива с

водкой, называемой в простонародье ершом.

– Не бзди! Тебе понравится! Давай! – сказал Монзиков и зал-

пом осушил пол-литровый бокал.

Кефиров последовал примеру адвоката. За 15 минут они два-

жды повторили эту процедуру, после чего с большим трудом вста-

ли и пошли к вещам Кефирова, где была замечательная рукопись и

… жена.

– А я теперь пишу не только стихи, но и прозу, - не без гордо-

сти заметил Кефиров. – А ты? Ты пишешь что-нибудь, а? Или ты –

это, того? – Кефиров хихикнул и несколько раз громко икнул.

– Не, у меня – это! Я ведь здесь сейчас, - Монзиков остановил-

ся, положил правую руку на плечо тщедушного Кефирова, а левый

указательный палец поднес к губам и прошипел. – Понимаешь, а?