Умри, чтобы жить

Последняя война унесла жизни большей части человечества. Планета стонала и корчилась, расплавляясь в радиационном аду. Судорожно выворачивая раскаленное нутро, кипела кровавыми реками лавы. И вдруг наступила тишина… Земля, ощерившись провалами и трещинами, скалилась жуткой застывшей усмешкой. Над ней, ворочаясь и набухая тучами, тяжелело задымленное небо. И вот природа, вмиг опьянев от грянувших с небес потоков влаги, стала стремительно оживать.

Прошел час, как Джарг сошел со старой

заброшенной дороги. Лес, подступив вплотную к ее краям, полностью разворотил ограждения. Огромные бетонные плиты, взломанные мощными корнями, вздымались застывшими волнами. Был тот самый краткий предрассветный миг, когда утомленная бурной ночной деятельностью, природа ненадолго затихает, готовясь к рождению нового дня. Пробираясь сквозь густые заросли папоротника, путник ловко уклонялся от липких лиан. Плотоядное растение чуть подрагивало лохматыми петлями, чувствуя рядом добычу. Подножие дерева, приютившего этого монстра, было усеяно мелкими костями. Убить большого зверя лиана не могла, но жалила ощутимо.

Тревога, крохотной искоркой мерцавшая в глубине сознания, вдруг вспыхнула, и Джарг, решительно шагнув в чащу, притаился, прильнув к шероховатому стволу. Впереди раздался хриплый тревожный всхрап. Что-то массивное грузно вскочило и ринулось прочь, с треском разрывая переплетения ползучих корней. Яростно взвыл зверь, упустивший добычу. С севера ему ответил короткий злой рык, перешедший в визгливое тявканье. Шум свирепой драки, не успев разгореться, затих, и Джарг, облегченно вздохнув, отлепился от ствола.

– Шакли!

Голодным воем твари разогнали все живое на милю вокруг, и все же он продолжал напряженно прислушиваться… Солнце всходило. Лучи слегка золотили верхушки деревьев, но внизу все еще царил полумрак. Скользя неслышной тенью, Джарг осторожно приближался к наметившемуся впереди просвету. Ему не нравилась лесная прогалина. Настораживал выбор именно этого места для совершения сделки! На окраинах города достаточно укромных уголков, но продавец карты был непреклонен. Согласиться с ним заставило только упоминание о знаке паука! А если это тот самый паук?!

Менее чем за год до страшной катастрофы Джарг оказался в числе особой группы, перевозившей национальные ценности. Их спрятали глубоко под землей, в сердце лабиринта, на самом дне! Тогда, совершенно случайно, он и увидел кусок карты в виде жирно вычерченного паука с большим крестом на брюхе.

Воспоминания внезапно вызвали из глубин памяти давно утраченное имя – Дарк! Вторую неделю капитан Дарк Ричардс сопровождал маленького упитанного агента. Плотно затянутый в полевую форму, из-под которой во все стороны перли пухлые складочки, коротышка казался карикатурной пародией. На фоне подтянутых мрачных офицеров он выглядел раскормленным мопсом, случайно затесавшимся в стаю поджарых доберманов. Дарк мотался с ним по стране, совмещая роль личного пилота и телохранителя. Капитан не переставал удивляться, как, черт возьми, при такой работе агент умудрялся выглядеть безмятежно-добродушным?

В предпоследний день сумасшедших метаний, глубокой ночью они приземлились на скалистом плато. Двухместный флаер мгновенно накрыли маскировочной сетью. Осветив лица прибывших потайными фонарями и тщательно проверив документы, их сразу отправили дальше. Маскировка была абсолютной. Дарк мог только догадываться по лязгу металла и шороху колес о том, что вокруг кипит бурная,

скрытая ночной темнотой деятельность. Топот сапог и приглушенные ругательства подтверждали его предположения. Минут двадцать наглухо задраенный вездеход мчался по дну узкого, извилистого ущелья. Наконец машина остановилась у тщательно замаскированной шахты. Словно насмехаясь над усилиями людей, на небо выкатилась огромная яркая луна, залив все вокруг бледно-желтым светом. Следуя за провожатым, гости подошли к темной горловине провала. Небольшая капсула, рассчитанная на двоих, была похожа на зеркальную каплю. Прилипнув к тускло отсвечивающему в свете луны рельсу, она невесомо парила над бездной. Дарк, мысленно перекрестившись, ступил на металлическую площадку и заглянул внутрь. Кресел не было, только два глубоких желоба, довольно мягких на ощупь. Едва он встал в один из них, как грудь плотно охватил страховочный обруч. На миг капитан почувствовал себя совершенно беспомощным. Жуткое ощущение! Стоять над бездной, понимая, что от вечности тебя отделяет лишь пластина стеклопластика под ногами! Хрупкий вид изделия не давал уверенности в благополучном исходе! Зеркальный колпак беззвучно встал на место, отрезая пассажиров от шорохов и звуков ночи.

Темнота давила! Рядом слышалось тихое сосредоточенное сопение толстяка. Дарк, перехватив легкую усмешку провожавшего офицера, был уверен, что такая задержка – часть местной шутки. Сопение соседа перешло в легкое похрюкивание. Надеясь, что кабина прослушивается, Дарк, лениво растягивая слова, произнес:

– Шеф, это забавно. Все равно что застрять в кабине лифта. Жаль, хозяева не предусмотрели сервис в виде чашечки кофе при… мм… задержках. Уверен, в скорости этот ящик даже проигрыва-а-а…

Отвесное падение длилось несколько секунд. Сердце ухнуло и на мгновение остановилось. Дарк скрипнул зубами и мысленно выругался.

– Кажется, немного перестарались… мать их…

Затем криво ухмыльнулся и произнес:

– Здесь налажено прямое сообщение с преисподней. Приготовьтесь, шеф. Где-то на подходе рогатый оркестр!

Толстяк хрюкнул особенно отчетливо, и Дарк почувствовал, как он заерзал, ожидая, что обруч ослабит хватку. Вместо этого последовал рывок, и стремительно нараставшее мощное ускорение вдавило тела в обивку. В голове упорно ворочалась только одна, придавленная тяжестью мысль:

– Если выживу, шутник умрет! Если выживу…

Желудок резко дернулся и… встал на место. Слегка качнувшись, капсула замерла в огромном, ярко освещенном зале, изрезанном многочисленными проходами. Из них то и дело вылетали тяжело груженные вагонетки. Толстяк, ворочая покрасневшими глазами, медленно приходил в себя.

Дарк помог ему выбраться из желоба. Повиснув на локте помощника, агент прохрипел:

– Кап…питан, как вы себя чувствовали?

От неожиданности Дарк, забыв про субординацию, ляпнул первое, что пришло ему в голову:

– Как Белоснежка в гробу! Мечтал о поцелуе!

– Э-э-э… думаю, с принцами здесь напряженка! Эти эээ… больше похожи на гоблинов.

– Они-то мне и нужны!

– Кап…питан, вы извращенец! Кхе… кхе…

– Я? Шеф!!! Да я жажду одолжить их волшебный молот, чтобы расколотить этот зеркальный гроб! А вообще… мм… у меня нормальная ориентация!

Лицо Дарка налилось жаром, а босс, хрюкая, согнулся пополам. Разгибать его пришлось с помощью подбежавшего офицера, недоуменно моргавшего и дергающего рукой и в панике решавшего, как отдать честь содрогавшемуся от хохота начальству.