Улыбка королевы

Марк Гордеев

УЛЫБКА КОРОЛЕВЫ

В школе пропала шапка. Лежала на подоконнике в учительской и исчезла. Пострадавшая - молодая учительница - позвонила в милицию.

Кражи, независимо от размеров, хотя и составляют "будни милиции", нередко оказываются более трудным орешком, чем иные убийства. Ведь они всегда совершаются тайно. Вор надеется на свою ловкость, хитрость, опыт, неуловимость...

Направляясь в школу, оперативный уполномоченный уголовного розыска Глеб Горин настраивался на трудный поиск. Он шагал по засыпанной февральским

снегом улице, нахлобучив до самых глаз меховую черную шапку с козырьком. Ветер швырял в лицо хлопья колючего снега и заставлял время от времени поворачиваться спиной и переводить дух. В один из таких моментов Глеб столкнулся с какой-то девушкой. Лицо ее было закрыто воротником почти до глаз. Глеб извинился и пошел быстрее.

В учительской Глеб застал двух женщин: молодую и пожилую. Глаза у молодой были красные. Она чувствовала себя виноватой: и потому, что оставила свою дорогую шапку без присмотра, и потому, что вызвала милицию. Она была расстроена не только пропажей шапки, но и явным неудовольствием маленькой женщины со злым лицом - завуча школы, как узнал вскоре Глеб.

– Шапку могли украсть только наши ученики, - резким, визгливым голосом сказала завуч.
– Теперь такие дети пошли, просто ужас, - добавила она.

– Вполне возможно, - согласился Глеб.
– Когда она пропала?

– На втором уроке, - ответила пострадавшая.
– Я уходила - шапка лежала на подоконнике. Пришла с урока - ее уже не было... Сперва подумала, что кто-то пошутил, но... Наталья Степановна, - учительница наклонила голову в сторону завуча, - сказала, что зашла в учительскую перед звонком, шапки уже не было... Так жалко! Только купила за четыреста рублей!
– еле сдерживая слезы, добавила учительница.

Пока Горин расспрашивал учительницу о приметах шапки и возможных ее похитителях, завуч вышла. Вскоре она вернулась, ведя за руку длинноногую девочку лет тринадцати.

– Зина Лукашова из седьмого "а". Ходила на втором уроке в учительскую. Произнеся эти слова, завуч усмехнулась, как бы говоря: "Ну что? Разве я не права? Разве в школе нужна милиция? В школе я, завуч, всё, в том числе и милиция!"

Девочка стояла возле двери и теребила рукой конец черного передника.

Подойдя вплотную к Горину, завуч тихо сказала:

– Девчонка из плохой семьи и уже замечалась в краже... Горин внимательно посмотрел на девочку, испуганно жавшуюся к косяку, и спросил:

– Зина, ты была в учительской на втором уроке?

– Да... Меня Анна Андреевна посылала за указкой...

– Кто был в учительской?

– Никого не было.

– А... шапку ты видела?

– Нет...
– Зина посмотрела на учительницу математики, новую шапку которой хорошо знали все девочки, и только тут поняла, зачем ее привели. Краска залила лицо девочки.

– Лукашова, не ври, говори следователю правду, пока тебя не увезли в милицию, - повысила голос завуч. При этом она оперлась руками о стол, прищурилась и, почти сладострастно растягивая слова, в упор глядя на девочку, добавила: -

Признавайся. Отдай шапку, пока не поздно. Отдай по-хорошему!

Девочка зарыдала.

Горин подошел к ней, обнял за плечи и вышел вместе с Зиной в коридор.

– Ладно, не брала так не брала. Перестань реветь, вытри слезы. Смотри, какая сразу стала некрасивая... Скажи мне лучше, ты ходила за указкой сразу, как начался урок?

– Нет... Нас спрашивали, а потом учительница меня послала.

– Ладно. Успокойся и жди меня здесь. В учительской Глеб застал высокую блондинку, известную всему городу Екатерину Федоровну, директора школы.

– Я не верю, что шапку украли наши ученики. Этого не может быть. И Зина Лукашова, которую вы подозреваете, шапку не брала, - твердо сказала Екатерина Федоровна, обращаясь к Глебу.

– Я никого не подозреваю. Девочка была в учительской. Кроме того, говорят, что она замечалась в кражах...

Директриса метнула сердитый взгляд на завуча. Та съежилась, отвела глаза в сторону, пробормотала:

– И зачем приходить в школу в норковой шапке и бросать ее где попало...

– Лукашова унесла чужой новогодний подарок. И все. Девочка из трудной семьи, соблазнилась сладким... Она не воровка... Дежурный ученик видел сегодня в школе постороннюю женщину. Вы говорили с ним?

– Нет. Я только начал работу. Где этот ученик?

– Пойдемте ко мне. Я его приглашу.

Девятиклассник, дежуривший в вестибюле школы, растерянно смотрел то на Глеба, то на Екатерину Федоровну.

– Кто чужой был сегодня в школе?
– спросил Горин.

– Заходила какая-то молодая женщина. Я думал, что она по делу. Вошла. Ничего не спрашивала, сразу поднялась по лестнице.

– Как она была одета?

– Вроде в зимнем пальто и шапке... Не обратил внимания.

– А как выглядела? Какого роста, сложения?

– Да так, обыкновенная... Я книгу читал. Только взглянул на нее и все... Молодая, кажется.

– Узнать ее сможешь?

– Не... Лица не разглядел, не запомнил.

– Не густо... Ладно, позови девочку, Лукашову Зину. Она стоит напротив учительской в коридоре, - пояснил Глеб.

Зина вошла, чуть сутулясь. Она прятала глаза и кусала губы, чтобы не разреветься.

– Зина, когда ты входила в учительскую, тебе не попадалась посторонняя женщина?

Зина подняла голову. В ее глазах появился блеск робкой надежды. Она наморщила лоб, припоминая.

– Одна девушка заходила в продленку.

– Куда?

– В класс продленного дня. Это рядом с учительской. Там утром дети со второй смены занимаются, - пояснила Екатерина Федоровна. Она сидела за своим столом и делала вид, что читает.

– Ты рассмотрела девушку?

– Нет... Она отвернулась от меня. В зимнем пальто и шапке - это заметила, а лицо не видела...

– В руках у нее было что-нибудь?

– Не заметила...

– Похожа на старшеклассницу?

– Не... Вроде как вожатая. Я даже подумала, что, может, вожатая новая или кто...