Улитка

Мaна взялась за нижнюю резинку худи, на мгновение замерла и начала перебирать ее пальцами, чуть оттягивая вниз.

Сегодня ее особенно привлекал пол.

Не то, чтобы что-то в нем сильно изменилось с момента ее прошлого визита. Такая же обшарпанная плитка, когда-то голубого цвета, теперь покрытая где-то трещинами, где-то не идентифицируемого цвета разводами, которые сумрачно переливались, если лампы начинали моргать.

Просто – вот то пятно, интересно, она не обращала на него внимания раньше. Похоже на обкуренную улитку – решила

Мана. И у этой улитки точно хреновый приход, мажет ее сильно, она даже пошевелиться боится. Вся сжалась, удочки глаз, или как там это называется, разной длины, никак не решат, вываливаться им по полной или втянуться внутрь, чтобы ничего этого не видеть…

– Ну, чего замерла? Не первый раз, – Слизняк ободряюще помахал ей ладонями, будто подгребая к себе снег. Или песок. Наверное, все-таки, снег, зачем грести песок? Мысли у Маны торопливо скакали, нагромождаясь одна на другую, пытаясь заслонить от нее реальность. – Давай, раз-два, осмотр. Покажи Мускулу сиськи. Или что там у тебя вместо них?

Слизняк довольно рассмеялся. Он всегда называл себя Мистером Мускулом, но Мана дала ему другое прозвище. Мускулов у него было не очень много, а было – нависающая гора жира, вульгарного недоюмора и неприкрытой похоти. Настоящий Слизняк.

Мана чуть свела плечи, еще сильнее оттягивая худи вниз. Потом, наконец, поборов в себе вздох, не отрывая глаз от пола, медленно стащила одежду через голову.

Про сиськи Слизняк не придумывал – лифчик Мана не носила, как и многие девчонки из ее окружения. Денег на такую непонятную ерунду никогда не было. Поэтому она еще чуть сильнее свела плечи, будто надеясь прикрыть ими свою наготу.

Слизняк поперхнулся очередным сальным комментарием и несколько секунд просто таращился на нее.

Мана не смотрела в ответ, просто чувствовала его неотрывающийся взгляд. И ждала, упорно рассматривая почерневший угол, в котором пожелтевшие стены встречались со щербатой напольной плиткой.

Интересно, под чем же улитка? Что ей впарил нервный дилер, не замолкавший ни на секунду, отчаянно приукрашивая свой товар?

– Это что за хрень у тебя?

Мана держала худи руками на уровне пряжки ремня, но сейчас, от пожатия плечами, ее кисти невольно дернулись вверх, самовольно решив прикрыть обнаженный торс.

– Ну-ка повернись.

Мана с облегчением встала спиной к Слизняку.

– Док! – после небольшой паузы заговорил тот. Наверное, в телефон, Мана не хотела оборачиваться. – Иди-ка взгляни. Может, твое дело?

Слизняк засопел в наступившей тишине.

– Ну и дрянь. Все зрелище мне испортила, такую голую девку и видеть-то неохота. У тебя по всему телу так?

Мана молча кивнула несколько раз. Три, зачем-то посчитала она.

– Хрена, чума какая. Штаны оставь на себе, ну на фиг, потом сниться будет.

Идея сниться Слизняку в кошмарах показалась Мане довольно привлекательной. Голая, покрытая огромными, несколько сантиметров в диаметре, воспаленными зелено-черными прыщами, Мана оседлала бы улитку,

и они бы медленно, но неотвратимо загнали Слизняка в угол. Улитка ошалело размахивает щупальцами глаз, неистово тараща каждый из них попеременно… Да, наверняка это называется щупальца. Она не понимает, как переместилась из одного кошмара в другой и почему вдруг ей захотелось все начать хватать глазами. И что такое хватать? Откуда бы улитке знать это слово?

– Так, так… – Мана услышала за спиной сначала знакомые шаги, потом так раздражавший ее высокий голос. Слишком высокий для мужчины, которому он принадлежал.

Как его звали, Мана не знала, в клинике было несколько врачей и каждого Слизняк звал просто «Док». Из-за них Мана и начала награждать весь персонал прозвищами. Очередность их пребывания в клинике и специализацию Мана так и не поняла. Впрочем, и клиникой это только называлось.

Этого звали Кастрат. Да, незатейливо, но ничего другого придумать было просто невозможно.

– И давно это у тебя? – он подошел близко, наклонился, разглядывая ее спину.

– Дня два…

– Два дня? – недоверчиво переспросил Кастрат, отдаляя голову. – А точнее? Так, ты у нас когда была?

– В пятницу, – Мана говорила чуть более торопливо, чем он задавал вопросы. Наверное, чтобы точно успеть ответить до следующего. – Честно, только позавчера обратила на них внимание. Они еще маленькие были, просто синие такие, странные…

– Насколько маленькие? Пойдем со мной, – Кастрат подождал, пока она повернется. Его взгляд быстро мазнул Ману по груди, животу и чуть задержался на ее ладонях, все еще крепко сжимавших худи. Уголок рта Кастрата чуть дернулся, то ли в полуусмешке, то ли в недоделанном пренебрежении, Мана не поняла. Он посмотрел ей в глаза. – Идешь?

Мана кивнула.

Они вышли в коридор, и Кастрат повел ее в одну из знакомых процедурных.

Дорогу Мана знала хорошо.

– Так какого были размера? – он не повернулся, но переспросил довольно громко.

Мана подняла к лицу правый кулак и выставила вверх мизинец.

– Ну, вот с ноготь.

Кастрат не обернулся. Видимо, особая точность его не интересовала. Но Мана еще несколько шагов шла, выставив вверх палец. Ей понравилось, она даже улыбнулась. Воспользовавшись тем, что в коридоре больше никого не было, поменяла мизинец на средний палец, быстро высунув кончик языка и сморщив лицо. Потом опять подхватила худи обеими руками.

– Встань спиной ко мне, – Кастрат подошел к столу и ткнул пальцем в пол около себя. Не глядя на Ману, принялся выуживать из ящика стола перчатки.

Просто так стоять спиной и ждать, что там начнет делать с ней этот недоучка, Мана не собиралась.

Подойдя, она продолжала упорно следить за его руками.

Кастрат потянулся к лазерному скальпелю, потом передумал и отошел к ближайшему шкафчику. Створки его были непрозрачными, и Мана не могла разглядеть, что он там перебирает. В нос ударил резкий запах спирта.