Чтение онлайн

Второй съемочной группе Хелльстрома понадобилось почти шесть часов, чтобы снять в лаборатории эпизод с мышами и осами. И даже тогда Хелльстром не был удовлетворен результатом. Он стал очень чувствителен к художественным достоинствам своих работ. Он надеялся, что торопливость не слишком скажется на этом фильме. Требования к качеству, которые он предъявлял, проистекали не только от прибыли, которую мог принести хорошо отснятый фильм. Ему хотелось качества ради качества, так же, как то же он желал видеть в любом элементе Улья.

Качество специалистов, качество жизни, качество созданий – все это было взаимосвязано.

После съемок Хелльстром поднялся

в клети наверх, стараясь на время скрыть свою обеспокоенность последними сообщениями о ночном прочесывании. Поскольку он был занят работой над фильмом, он не мог уйти со съемочной площадки в наиболее важные моменты прочесывания. До рассвета было еще далеко, а проблема пока не была решена: женщина, сопровождавшая Чужака, до сих пор на свободе.

Одной из главных и постоянных забот Улья было производство работников, способных «представлять» его во Внешнем мире, которых нельзя было подкупить и которые никогда, даже случайно не выдали бы то, что находится под Неприступной долиной и окружающими холмами. Хелльстром подумал, а могли ли они пропустить какой-то дефект в бридинге, который и проявился в персонале во время поисков. Мужчину быстро захватили за пределами деревьев на западном лугу. Почти сразу же после этого окружили стоянку с фургоном, но женщине каким-то образом удалось уйти. Это казалось невозможным, но никто из поисковой группы не напал на ее след.

На командном посту, когда туда вошел Хелльстром, находилось много работников Службы Безопасности. Они заметили его приход, но продолжали заниматься своими делами. Хелльстром быстро осмотрел тускло освещенную комнату с аркой экранов, небольшую группу работников, обсуждающих возникшую проблему. Здесь же был и Салдо, темнокожий, как и его родительница Фэнси, но с резкими ястребиными чертами лица, унаследованными им от его отца-Чужака (это Фэнси умела делать, напомнил себе Хелльстром. Она спаривалась во Внешнем мире при первой же возможности, одаривая Улей новыми генами). Место Старого Харви за консолью занял молодой парень из линии Фэнси. Во Внешнем мире он имел имя Тимоти Ханнсен. Он был выбран в силу своей притягательной внешности, неотразимо действовавшей на девушек во Внешнем мире. У него также был острый проницательный ум, что делало его еще более ценным в кризисных ситуациях. То же относилось ко многим из линии Фэнси, но особенно это проявилось у Салдо. Хелльстром связывал с ним большие надежды еще и потому, что его взял под свою опеку Старый Харви.

Хелльстром подождал в дверях, пытаясь ощутить царящую здесь атмосферу. Следует ли ему взять на себя руководство? Они охотно подчинились бы ему при малейшем проявлении им такого желания. Решение праматери Тровы никогда не оспаривалось. Они всегда чувствовали, насколько сильными были его обязательства по отношению к Улью, насколько эффективнее его решения. Иногда они могли не соглашаться, иногда даже оказывались правыми, но даже голосуя против него на Совете, они выказывали почтительное отношение. И когда, как это часто случалось, его точка зрения оказывалась верной, его влияние еще более усиливалось. Но это не очень нравилось Хелльстрому.

«Ни один работник не совершенен, – напоминал он себе. – Улей сам должен стать совершенством во всем».

Старый Харви стоял, согнув руки, слева от Хелльстрома, освещенный идущим от экрана сиянием, делающим его похожим на изваяние из зеленого камня. Однако глаза его двигались. Старый Харви критически наблюдал за работой тех, кто был в комнате. Хелльстром направился в его сторону, бросив короткий взгляд

на старика, а потом на консоль.

– Есть ли какие-нибудь ее следы?

– Нет.

– Разве мы не держали ее под постоянным инфранаблюдением?

– Как и под радарным.

– Были ли у нее инструменты для обнаружения нас?

– Она пыталась воспользоваться радио, но мы его заглушали.

– Это обеспокоило ее?

– Наверное, – Харви выглядел уставшим и недовольным.

– А другие приборы?

– В машине имелось небольшое устройство предупреждения радарного типа. Думаю, им-то она и обнаружила слежку за собой.

– Но как ей удалось ускользнуть от группы прочесывания?

– Сейчас они просматривают снова пленки. Есть мнение, что она отправилась искать своего напарника и затерялась в результате обычного смешения сигналов на наших приборах.

– Ее все равно должны были схватить.

Харви развернулся и посмотрел ему в лицо.

– То же я сказал и им.

– Но они не согласились с тобой?

Старый Харви кивнул.

– Что, по их мнению, произошло?

– Она пошла на осознанный риск и отправилась прямо в гущу наших искателей.

– Но ее сразу бы выдал запах!

– Я им это и сказал, и они согласились. После чего предположили, что она ушла от машины на север, используя ее как экран. Они считают, что она действовала тихо, чтобы скрыть свои движения в фоновом поле. Была временная брешь между наступлением темноты и временем, когда прочесывание достигло места ее нахождения. Она могла воспользоваться этим. У нее была альтернатива: убираться прочь или же тихо проскользнуть наверх мимо нас в другом направлении. Они думают, что она скрывается где-то поблизости.

– А ты не согласен с этим? – спросил Хелльстром.

– Да.

– Почему?

– Она не могла пробраться незаметно сюда.

– Но почему?

– Мы воздействовали на нее низкими частотами в жестком режиме. Она дергалась и нервничала весь день, слишком нервничала, чтобы идти сюда.

– Откуда тебе известны резервы ее смелости?

– Я этого не знаю. Я лишь наблюдал за ней.

– Она вроде не в твоем вкусе, Харви.

– Можешь шутить, Нильс. Я наблюдал за ней почти весь день.

– То есть это только твоя точка зрения, основанная на личном наблюдении?

– Да.

– Почему же ты не настаивал на ней?

– Я настаивал.

– Если бы решения принимал ты, что бы ты предпринял?

– Ты действительно хочешь это знать?

– Да, иначе я бы не спрашивал.

– Во-первых, я думаю, она проскользнула вниз на северо-восток, к пасущимся там коровам. Выскажу предположение, что она умеет с ними обращаться. Есть в ней что-то такое… – Старый Харви облизнул губы языком. – А в таком случае у нее не должно возникнуть проблем при передвижении с ними. Коровы должны скрыть ее запах – они дадут ей любое прикрытие, в котором она нуждается.

– С тобой так никто и не согласился?

– Они сказали, что ее запах испугал бы коров. А мы бы обнаружили это.

– И каков был твой ответ?

– Испуг главным образом зависит от того, почувствует ли корова твой страх. Мы знаем это. Если она не боится их и движется тихо… что ж, нам нельзя закрывать глаза на эту возможность.

– Однако они не желают искать ее среди коров?

– Они обеспокоены возможными осложнениями при прочесывании там, внизу. Если мы пошлем туда работников, они могут потерять над собой контроль и убить нескольких коров. И тогда у нас возникнут проблемы с местными властями, как это бывает каждый раз в таких случаях.