Улей Хеллстрома
Шрифт:
«Какой же я дурак, что выбрал этот путь! – подумал он мрачно. – В чем же состояла ошибка Портера?»
Чувство полного изнеможения охватило его. Неожиданная мужеподобная сила этих полуобнаженных молодых женщин, постоянное раздражительное гудение из сарая-студии, невысказанные вслух предупреждения на инструктаже Мерривейла и отчеты, пустынная долина на фоне дальнего движения коров (почему они находятся так далеко?) – все призывало его дождаться наступления темноты. Он лежал почти час, наблюдая и переживая свои предчувствия.
День угасал. У края горизонта, на западе, пурпурный
Еще одно упущение в отчете.
Депо провел руками вокруг себя, убедился, что выбрался из кустов, потом встал на ноги. Спина заныла от боли. Депо полез в рюкзак, достал сандвич, завернутый в бумагу, развернул ее и стал есть, восстанавливая ориентировку. Сияние Фостервилля помогло ему. Сандвич подкрепил его. Сделав долгий глоток воды, он приготовился в обратный путь.
Однако чувство опасности не проходило.
Нелогичность его он понимал умом, но Депо привык доверять этому чувству. Опасностью пропахло все, что он узнал об этом месте, что видел, слышал – скорее даже то, чего не видел и не слышал. И вместе с теми упущениями в отчетах все внутри него кричало: опасность.
«Убирайся, черт возьми, отсюда!» – сказал он самому себе.
Он повернул браслет часов и посмотрел на светящийся циферблат с компасом, установил нужное направление и двинулся вперед через поле. Когда он вышел из-под деревьев, видимость немного улучшилась, и он ощутил, что движется по длинному склону, поросшему сухой травой, как и утром.
Земля под травой была неровной, и Депо часто спотыкался, неизбежно взбивая вверх пыль, и несколько раз даже останавливался, чтобы сдержать желание чихнуть. Его движение в траве казалось ему неестественно громким в этой ночной тишине, но появился слабый ветерок, а когда он остановился, Депо расслышал, как колышутся впереди деревья. Замедлив шаг, он попытался использовать сходство между этими двумя звуками. Он набрал еще сухих травинок, которые царапали кожу. Да и медленное движение выводило его из себя. Депо обнаружил, что неосознанно ускоряет шаг. Что-то внутри него призывало: «торопись».
Однако светящийся циферблат компаса и сияющий небосвод позволяли ему ориентироваться. Он уже различал встречающиеся на пути деревья и легко обходил их. Впереди вырисовывалась темная линия крупных деревьев, которые он однажды уже проходил. Там должна быть тропа животных. Он предполагал выйти на эту тропу задолго до того, как его ноги ступили на твердую поверхности, на которой не было травы. Депо нагнулся, руками ощупал эту поверхность и почти стертые следы копыт в грязи. Давно уже ни один олень не проходил тут. Это были старые следы, он их заметил еще утром, и сейчас они лишь дополнили картину общего впечатления от этой долины.
Депо выпрямился и пошел вдоль тропы, когда расслышал далекий слабый
Вскоре он достиг линии деревьев, где мадронии росли вперемежку с соснами. Деревья закрыли слабый свет звезд, и Депо был вынужден перейти на шаг. Несколько раз он сходил с тропы, после чего находил ее ногами на ощупь. Ему очень хотелось вынуть фонарик из рюкзака, но странный звук все усиливался за его спиной. Теперь это определенно был свист. Шум множества нижних юбок с фижмами, если бы их тащили сквозь траву, не был бы столь металлическим. Видение этих юбок на мгновение позабавило его, однако лишь до тех пор, пока он не вспомнил о полуобнаженных молодых амазонках на ферме. И почему-то эта воображаемая картина отнюдь не показалась ему забавной.
Депо спрятал свой велосипед в кустах, где тропа пересекала узкую грязную дорогу. Эта дорога огибала невысокий холм и тянулась дальше вниз по длинному склону к проселочной дороге, где Депо припарковал автофургон. На руле у велосипеда имелся фонарь, и он пообещал себе включить свет и гнать, словно за ним гонятся черти.
Но стал ли звук за его спиной громче? Что же, черт возьми, может быть его источником? Может, на самом деле это что-то естественное? Может, птицы? Шепот, достигнув травы, раздавался уже по обе стороны от него, словно его обходили фаланги наступающей армии. Депо казалось, что множество существ, расположившись широким веером, окружают его. Он попытался увеличить скорость, но мешала темнота, и он натыкался на деревья.
Так что же это за звук?
Тело Депо заливал пот, а страх сдавил грудь.
Он снова попытался ускорить шаг, споткнулся и растянулся во весь рост. Шепот погони смолк. Несколько секунд Депо полежал спокойно, вслушиваясь. Ничего. Какого черта! Тишина так же пугала его, как и сам этот звук. Он медленно встал и тут же снова раздался этот звук, но теперь он доносился с обеих сторон и сзади. Наполненный ужасом, Депо кинулся вперед, спотыкаясь, проламываясь сквозь заросли, падая, иногда даже сходя с тропы.
Где же эта проклятая дорога, на которой он спрятал велосипед?
Этот оглушительный шум раздавался вокруг всего его: и спереди, и сзади, и по бокам. Депо, тяжело дыша и спотыкаясь, на ходу попытался нащупать фонарик в рюкзаке. Почему он не взял с собой оружие? Хотя бы автоматический пистолет? Что-нибудь небольшое, вроде того, что у Тимьены. Проклятье! Что же это за шум? Хватит ли у него смелости включить фонарик и описать лучом круг. Он не мог взять с собой даже маленький пистолет! Нет! Его легенда любителя птиц не позволяла ему этого! И вот теперь он задыхается и тяжело дышит. И болят ноги.