Чтение онлайн

— Но от всего все равно не убережешься, — сказал я.

— Конечно. Я понимаю. Но почти всегда всему виной — чье-то невнимание. Чья-то глупость и чье-то невнимание, дающие всем бедам зеленый свет.

— Ты и Билл… — я замер на полуслове, не уверенный, стоит ли спрашивать.

— Он не хотел детей. Он их ненавидел. И еще не хотел, чтоб я растолстела.

— Славный парень, — пробормотал я.

— Я хотела детей, — сказала она. — И, как бы он не противился, я забеременела. Но совершила ошибку — сама ему все рассказала. Не понимала еще тогда… и потом,

я думала, он обрадуется. Дура. Просто дело-то в том, что это был бы его ребенок. Не от кого-нибудь постороннего. И у тебя бы не было причин ненавидеть его за то, что он шумный или надоедливый, ты бы любил его, потому что он — твой. Вот так я думала. Я — но не Билл.

— Он заставил тебя избавиться от ребенка? — спросил я.

— Он сам от него избавился. Сделал мне аборт.

— Твой муж… тебе?

— В нашем же доме. В нашей постели. Он подмешал что-то в мой… то была ночь пятницы, и я сделала ему суп из морепродуктов. Его любимый. Но он подмешал снотворное в мою тарелку, и я отключилась. Потом отнес меня наверх, уложил в кровать, и… пока я была без сознания, он это сделал. Щипцами… или чем-то еще. Когда я очнулась, все уже было кончено. Вся кровать была в крови. Похоже, ей всегда суждено быть в крови.

— Боже, — прошептал я.

— Он сказал мне, что смыл ребенка в унитаз.

— Грязный ублюдок…

— Но я-то — та тупая сучка, что выскочила за него. Я — тупая сучка, терпевшая его выходки. Я — тупая сучка, спустившая ему с рук убийство собственного ребенка. Вот как вышло, что я — такой спец по тупым сучкам.

Она еле-еле успела закончить тираду прежде, чем разрыдалась.

— Давай поведу, — предложил я.

По-настоящему мне сейчас хотелось лишь обнять Кэт покрепче. Сделать так, чтобы все горести покинули ее. Но, сидя в смятении на пассажирском сиденье, я имел смелость лишь предложить повести.

Кэт тряхнула головой.

— Я в порядке, — выдавила она сквозь слезы.

— Ты хотя бы видишь, куда мы едем?

— Нормально я все вижу. — Она потерла один глаз, потом другой.

— Четырнадцатая близко. Нам лучше свернуть.

Она без проблем вывела автомобиль на Четырнадцатую дорогу, несмотря на все еще стоящие в глазах слезы. Прошло еще какое-то время, прежде чем ей удалось с ними окончательно совладать.

— Ух, — вырвалось у нее. — Прости.

— Не за что извиняться.

— Не знаю, что на меня нашло.

— Выговориться захотелось, вот и все.

— Может быть. — Посмотрев на меня, она горько усмехнулась. — Хорошо хоть, что я не додумалась бросить руль.

— Да, вот это нам повезло.

— Я никогда не думала, что… никому никогда не рассказывала обо всем этом… об аборте.

— Ты шутишь.

Кэт покачала головой.

— Никому-никому?

— А кому я могла?..

Я обдумал ее вопрос. Даже родителям не всегда хочется выкладывать такие вещи. Даже самым близким друзьям. Любой в здравом уме, кто узнал бы обо всем, что сделал Билл, отвернулся

бы от подонка навсегда.

— Полиции? — предположил я.

— Нет уж, спасибо.

Мы катили сквозь залитую лунным светом ночь. Я ощущал некую торжественность момента — все же меня посвятили в ужасную тайну.

Прошло время, прежде чем я сказал:

— То, что он с тобой сделал… он нарушил кучу законов, Кэт. Аборт против воли? Опоение? Незаконная хирургия? Не говоря уже об убийстве ребенка. Его могли заточить в тюрьму на долгие годы.

— Я не хотела, чтобы его посадили, — сказала Кэт. — Я хотела его смерти.

Меня пробрало.

— Боже, — прошептал я.

— Он убил моего ребенка, — тихо произнесла она.

— Он… больше… ничего не?..

— Что ты имеешь в виду?

— Он не… — Я не знал, как получше сформулировать вопрос. Наконец, решился:

— Ты еще можешь иметь детей?

— А, ты об этом. — Она кивнула. — Да. Могу.

— Слава Богу, — сказал я, чувствуя облегчение. Ведь было совершенно ясно, как сильно она хотела ребенка. А у меня ведь еще оставались некоторые надежды — пусть даже скрытые в тумане грядущего, — стать этому ребенку отцом.

— Я прошла комиссию через неделю, чтобы убедиться, что все в порядке. Не хотела, чтобы Билл узнал об этом, потому сама доехала до Сан-Бернардино, зарегистрировалась под выдуманным именем, заплатила наличными… Только потом он проверил счетчик миль на машине и заставил меня рассказать.

— Заставил тебя?

— Всегда заставлял. Я выложила все. Он смеялся.

— Смеялся?!

— Он сказал, что счел бы себя чокнутым, если бы сотворил такое со мной. Сказал, что ждет не дождется, когда сможет вырвать из меня еще одного ребенка. По-моему, он конкретно поставил себе такую цель.

У меня не получалось сейчас и слова сказать — я лишь смотрел и с трудом верил собственным ушам. С самого своего появления у моих дверей Кэт стравливала мне одну ужасную историю за другой, и переварить их все было довольно трудно.

По крайней мере, вот так вот сходу.

И, коль скоро вампир Эллиот оказался всамделишным, есть ли у меня причины не верить ей сейчас?

— Он что, так и сказал? Что хочет это повторить?

— Не хочешь ли ты сказать, что я выдумываю?

— Нет, но… какой же должна быть больной его голова, чтоб в нее такие мысли приходили?

— Какой же больной, выражаясь твоими словами, должна быть голова, чтобы дать волю рукам на подпой жены и аборт?

Я только и мог, что плечами пожать.

— Так или иначе, — продолжала Кэт, — тогда я и решила убить его. Думала об этом и раньше. Когда только-только очнулась, и он рассказал мне, что сделал. Вот почему я ничего никому не рассказывала. Пусть все думают, что мы счастливы вместе. Я решила поддерживать эту иллюзию столько, сколько получится — чтобы потом никто не нашел мотив, когда Билл… случайно умрет. Но, сам понимаешь… это была мечта, фантазия. Я бы не решилась. Но когда он рассмеялся мне в лицо и сказал, что захочет сделать мне еще одного ребенка на убой… это стало чем-то большим.