Укротитель амазонок 2

Девушка посмотрела на меня и немного прищурилась. Потом она харкнула, сплюнув на траву. И лишь после длительной паузы, красотка тихо сказала:

— Сергеич? Чей-то тебя так поломало…

— Ага, Сергеич… а кто же еще? — с ужасом пролепетал я, и девушка опять отрубилась.

Выходит, этот шнырь следил за мной на помойке, а потом его затянуло сюда. С Михалычем мы были друзьями, какими бывают зэки, сидящие в одной камере. То есть, вроде общались, но хотели

друг друга прибить.

Кстати да, насчет камеры. Этот хрен моржовый реально сидел, по молодости, еще в девяностые. Теперь при первой возможности Михалыч об этом твердил, корча из себя местного блатаря.

Мне казалось, что крысеныш постоянно что-нибудь мутит. Он кидал меня на деньги и не возвращал долги, мог продать нерабочую микроволновку, и вообще портил кровь постоянно.

Но иногда мы все же общались, во время, так сказать, перемирий. И вообще, Михалыч был неплохой, хоть и редкий козел. Опять выходит «все сложно». Такой вот Инстаграмм получается.

С этим, примерно, понятно. Но как он сюда провалился? Может, произошла аномалия, например, меня затянуло, а этот гад рядом был? Но почему тогда сразу не объявился? И вообще, он же баба! Хорошо хоть меня так не жахнуло.

Пока я с офигевшим видом размышлял что почем, красотка снова очнулась. Она посмотрела на меня с диким ужасом и сказала:

— Нездоровая фигня тут творится! Сергеич… я члена не чувствую.

— Ааа, вообще-то, у тебя его нет, — отрешенно сказал в ответ.

Михалыч опустил голову, осмотрев два внушительных бугорка, торчащих пониже шеи, и снова брякнулся в обморок.

— Эээ, погоди! Куда, чтоб тебя! Сейчас сиськи тебе надеру, вот скотина!

С этими словами я начал трепать как бы друга с особым остервенением. Не зная как поступить, машинально полез ему под одежду. Тогда Михалыч перехватил мою руку и злобно процедил:

— Не прикасайся к болту, гомосек!

— Фух, наконец-то очнулся, — радостно выпалил я. — У тебя теперь, скорей гайка.

— Да что ты такое несе…

Михалыч опустил руку между ног, потом вмиг поднялся на ноги и стал бегать по лужайке как пес, которому хвост прищемили.

— Ой, твою мать, что за шляпа?! Якорь мне в сфинктер по глотку! Клитор мне… Мля, у меня же он и так теперь есть! Гребанная радиация, чертова. Все из-за тебя мудака.

Вопли несчастной… Михалыча могли привлечь стражниц. Без должной подготовки это нельзя допустить. Причем, на болтовню времени было мало. Да и как его успокоить?

Для недалёкого торгаша из девяностых другие миры — это мрак. Он книжек про попаданцев теперь не читал. Он вообще ничего не читал в этой жизни, кроме сборника рецептов самогона!

Понимая, что медлить нельзя, я использовал план перехват. Орущая блондинка была поймана при заходе на очередной круг, а ее рот был крепко заткнут.

В отличие от местных женщин,

Михалыч был весьма мал. Он сохранил габариты из прошлой жизни: низкий рост, худоба, тощие руки. Не хватало больших очков и седой щетины в придачу.

Получается «Белоснежка» копировала черты моего чертова кореша. Только телу приказать невозможно. Ощутив тепло женского тела я стал слегка возбуждаться. Пришлось отстраниться подальше, чтоб не случился конфуз.

— Михалыч, не ори, — строго процедил я, зажимая девичий рот. «Угу» пискнула в ответ дамочка.

— Смотри, баран, ты сейчас в другом мире, — Михалыч снова «угукнул».

— Здесь все совсем по-другому, хоть и очень похоже. Я подробно тебе объясню, если не будешь орать. Надо во всем разобраться, прежде чем выйдем из сада. И да, ты теперь баба. Смирись.

Не успел закончить, как маленькая женская коленка впилась мне точно в пах. Удар получился не сильным, но, так сказать, очень точным.

Я свалился на траву, испытав жуткую боль. Какое-то время, выл, словно раненный волк, потеряв связь с реальностью. Лишь потом слегка отпустило.

Михалыч, тем временем, поправил одежду и волосы. Он тщательно ощупал себя ниже пояса, стараясь найти, хотя б что-то. Но спустя несколько секунд чертыхнулся, с досадой махнув рукой.

— Нихрена, твою мать! Хоть бы шпундель какой-то оставили, — горько процедил он.

— Сука ты… старая падла. Будет тебе шпундель, козел! Здесь баб-то бить можно, не думай. Получишь по сиськам, уродка, если будешь выпендриваться, — простонал я, медленно поднимаясь.

— Получишь, получишь… Да я уже получил! И все из-за тебя упыря!

Несмотря на свою упоротость Михалыч знал, когда прикрыть жопу. Пораскинув мозгами, он понял, что все серьезно. Потому решил мне довериться, ведь других знакомых попросту не было.

Мне не особо хотелось помогать этому… этой… в общем, странному существу. Но как ни крути, Михалыч такой же, как я. Нас связывает нечто большее, чем ненависть или дружба. А насчёт того цветного металла можно просто забыть. Не кабелем медным жив человек.

Когда оба слегка успокоились, то я повел Михалыча дальней дорогой, чтоб к моменту прихода в гарем он стал похожим на местную бабу. Доносить истину было не очень легко. Этот гад то и дело перебивал, не верил, пытался поспорить.

Но факты были на моей стороне. Когда между ног растет женская писька, то крыть становится нечем. В итоге, он со всем согласился, отчего стал злым и понурым. А я, вспомнив, работу копирайтером, старался описать мир как можно подробнее.

Рассказал про особенности матриархата, про гарем, про местных «мужчин». А потом понял, что мало что знаю, ведь кроме общаги и сада ничего толком здесь не увидел. В тюрьме сидел, разве что, только опыта это все не прибавило.