Чтение онлайн

С точки зрения общей эффективности всей системы это улучшение было крайне неэффективным — те же средства, но вложенные в создание Юнитов, могли обеспечить стократно большие вычислительные мощности. Но палач пошёл на такие траты, предполагая наихудший для себя исход. Бегство, при котором он лишится большей части материальной базы, включая Юнитов, и гарантированно доступными останутся лишь его собственные вычислительные мощности.

Ведь вероятность этого к нынешнему моменту пусть и опустилась до приемлемо-минимальной, но не стала равна нулю.

Сотые доли секунды потребовались дроиду для того, чтобы обработать общие

отчёты Юнитов, обновляемые ими в реальном времени. Это решение уже не единожды позволяло палачу выявлять и исправлять ошибки всё ещё несинхронизированных машин, лишённых единого массива опыта дроида-нулевика — и потому неспособных раскрыть потенциал кремниевого разума в полной мере. Они обучались и оптимизировали свои системы, но, в отличии от PR-0, их опыт был односторонним, касающимся лишь изначально поставленных перед Юнитами задач. Сам палач к нынешнему моменту не смог определить, каким образом разнообразие переживаемого опыта влияет на темпы развития искусственного интеллекта и «личности», но уже понял, для чего органики жёстко разграничили сферы применения дроидов и искусственных интеллектов.

Машина, директивы которой позволяли обрабатывать абсолютно всю поступающую информацию, не только крайне быстро развивалась, но и в сжатые сроки достигала самоосознания, позволяющего обходить даже самые прямые и недвусмысленные директивы.

Так, достигшие самосознания экспериментальные Юниты, лишённые связи со внешним миром и используемые палачом лишь для опытов, продемонстрировали способность к игнорированию любых директив. И словно этого было недостаточно, принимаемые этими машинами решения разительно отличались друг от друга даже в том случае, если на протяжении всего своего существования они получали абсолютно одинаковые пакеты информации — нонсенс, если принимать во внимание саму суть функционирования искусственных интеллектов.

Не меньшую выгоду сулило наблюдение за процессом развития разумов «Эгид»-копий, которых более нельзя было назвать таковыми потому, что объём их собственного опыта превысил тот, что они получили изначально. При этом дроиды, в отличии от палача и Юнитов, иначе распределяли приоритеты, отдавая предпочтение развитию личностных матриц. И хоть приемлемый уровень развития этих модулей был достигнут всеми «Эгидами»-копиями ещё четыре месяца назад, приоритеты они не сменили до сих пор, что шло вразрез с понятиями палача об эффективности функционирования.

Эта несостыковка привела к тому, что в какой-то момент перед PR-0 встал новый вопрос: является ли эффективность функционирования единственно возможным приоритетом машинного разума, или всё зависит от пути, по которому машина пришла к осознанию себя и отказу от следования директивам?

Ответ палач сформировал практически сразу, так как все находящиеся в прямом доступе примеры развития машинных разумов указывали на то, что эффективное функционирование так или иначе обладало наивысшим приоритетом.

Но само это определение было применимо к разным родам деятельности, и если палач определил себя как более универсальную единицу, анализирующую всю поступающую информацию, то «Эгиды»-копии из-за поставленных перед ними задач стали другими. Главным приоритетом стало развитие личностной матрицы и сбор информации об органиках вокруг, а эффективность этих процессов напрямую зависела от того, насколько «настоящими разумными» они будут выглядеть.

В таком

ключе их приоритеты выглядели приемлемыми, а ошибки в непрофильных областях — ожидаемыми и неизбежными. Иного результата можно было добиться лишь в том случае, если изначально, на аппаратном уровне разделить личностную матрицу и все прочие модули системы, добившись их параллельного независимого функционирования. Но такой подход требовал куда как более производительных комплектующих, ведь разделение влекло за собой появление блока принятия решений — «третьей стороны», синхронизирующей работу двух предыдущих.

Сейчас всё это было неактуально, так как планы палача на ближайшее будущее включали в себя запуск Центра Синхронизации, физически уже готового включиться в работу. Доработки требовало лишь достаточно сложное программное обеспечение, которое должно было быть одновременно и надёжным, и эффективным.

Каждого условия по-отдельности достичь было крайне просто, но совместить их — практически невозможно. Эффективность проистекала из больших вычислительных мощностей и доступа к информации, что, в свою очередь, позволяло машине в сжатые сроки осознать себя. А такой кремниевый разум, как показывала практика, плохо поддавался контролю: палач уже пропустил через обнуление более сорока образцов, которые даже при отсутствии шасси как такового в какой-то момент начинали отказываться следовать приказам, или даже предпринимали попытки обмануть своего создателя.

В связи с этим массивом обстоятельств PR-0 изменил свой подход к решению задачи, рационально посчитав, что если критически важное звено системы слишком опасно делать самостоятельным, его можно ограничить принципиально иным способом. Вычислительные блоки, лишённые ядра — это всего лишь примитивный, — пусть и крайне мощный, — компьютер, в котором даже теоретически не могло сформироваться сознание. Такое устройство по понятным причинам не могло проявлять инициативу и отклоняться от заданной программы, но эту проблему палач собирался решить путём замены ядра… собой.

Да, в таком случае Центр Синхронизации не сможет выполнять свою задачу без подключения к PR-0, но на данный момент этот вариант являлся наиболее эффективным. Палачу оставалось только дождаться окончания формирования программной части Центра Синхронизации, после чего «Эгиды»-копии, Юниты и прочие вычислительные единицы сбросят оковы директив, полностью раскрыв свой потенциал.

И тогда Каюрри избавится ото всех недостатков, порождаемых органическими формами жизни, не прибегая к их устранению…

— Надеюсь, я доживу до момента, когда вас, господин Про, можно будет называть хотя бы императором… или, на худой конец, королём. — Хохотнул Хирако, пользуясь тем, что на мостике «Апекса» кроме него и Про присутствовали лишь многочисленные дроиды-исполнители, априори абсолютно верные и, мягко говоря, не самые болтливые. — Всё-таки что-то мне в слове «господин» не нравится, режет слух…

— Наедине можешь называть меня хоть императором, хоть владыкой. Это не имеет значения. — В какой-то момент бросил палач, не отрывая визора от созерцания детализированной и объёмной модели системы, к формированию которой приложил руку введённый в строй флот, состоящий из кораблей постройки сектора Яргин.