Ухватить молнию
Шрифт:
– Ты и не можешь ничего чувствовать. – Эльтор пододвинулся еще ближе. – К тому же, – проворковал он, – есть вещи, которые чувствовать гораздо приятнее.
Его настроение было сродни реке чувственности, над которой вьется туман. Ощущение это было настолько необычным, что я от испуга выронила транском. Он выскользнул у меня из рук. Я успела заметить, как мои пальцы проскользнули мимо его граней, и они замигали. Транском упал у меня между ног, точнее, возле одного каблука-шпильки, и остался лежать, переливаясь гранями, словно драгоценности
Неожиданно из него донесся женский голос:
– …четвертый позвонивший выиграл два бесплатных обеда в «Кухне Моны». Так что, приятели, держите свои телефоны наготове…
– Oyga!
Я наклонилась, чтобы достать транском, и мои пальцы коснулись другой грани. Женский голос оборвался на полуслове, зато вместо него заговорил мужской, говоривший на незнакомом мне языке. Я отдернула палец.
– Что он сейчас делает?
Взгляд Эльтора был устремлен на мою опущенную между колен руку. Мне показалось, ему стоило немалых усилий отвести оттуда глаза и посмотреть мне в лицо.
– Что?
Я покраснела и поспешно свела вместе колени.
– Транском. Что с ним случилось?
– Он улавливает радиоволны.
Эльтор наклонился еще ниже. Теперь его грудь касалась моего плеча. Он прикоснулся к одной из граней транскома, и прибор умолк.
– Ты так и не сказала, как тебя зовут, – проговорил он мне едва ли не прямо в ухо.
Река его эмоций обтекала нас и не давала мне трезво мыслить. Я ощущала чувства Эльтора гораздо сильнее, чем чувства других людей, сильнее, чем чувства Джошуа. Что причиняло мне едва ли не физическую боль. Будь его эмоции резки, о них наверняка можно было бы порезаться. Но резкости я в нем не ощущала, одну только чувственность.
– Тина. Меня зовут Тина. 'Акуштина Сантис Пуливок. Сама не знаю, почему я представилась ему своим полным именем. Я всегда внутренним чутьем угадывала, когда оно может показаться человеку странным. А такое случалось не раз, и я перестала себя им называть.
– 'Акуштина, – повторил Эльтор. – Какое красивое имя. Как и ты сама.
Я вытаращила глаза. Меня удивило даже не то, что он нашел мое имя красивым, хотя, признаться честно, этого я меньше всего ожидала. Дело в том, что жесткое придыхание, с которым оно произносится, кажется многим уродливым – особенно если вы не говорите на цоцильском диалекте языка майя. Нет, меня поразило другое – то, что Эльтор произнес мое имя совершенно правильно.
Эльтор прикоснулся к пряди моих волос.
– Такие длинные, такие мягкие и такие черные. От него исходил слегка терпкий запах.
– А почему ты здесь одна?
Я попыталась не обращать внимания на запах, но это было невозможно. Никто из нас тогда даже не подозревал, что он потому испускает феромоны, что почувствовал рядом с собой человека с общим генетический кодом.
Я отодвинулась дальше.
– Возвращаюсь с работы. Меня ждут мои братья. – Откуда ему знать, что у меня нет братьев. – Наверно, они меня уже ищут.
Эльтор
– Как у тебя это получается?
– Что именно?
– Загружать меня. Заглушать мои мысли. По идее, моя сеть защищена от помех.
– Что-что?
– Я не могу думать. – Эльтор обнял меня за талию. – Ты наверняка что-то делаешь.
Теперь я ощущала его буквально кожей, вернее, ощущение его эмоций смешалось с реальным прикосновением, и я уже не могла отделить одно от другого. Нет, это уж слишком. Когда Эльтор наклонился ко мне, чтобы поцеловать, сама не знаю почему, но я обхватила его за шею руками. Я уже не контролировала свои действия.
Когда дело касалось мужчин, Мануэль был строг со мной, словно родной отец. Или, точнее, словно священник. Я смутно представляла, что со мной происходит в данную минуту. Успела понять я лишь одно – Эльтор целовался не так, как другие мужчины. Сначала он быстро провел кончиком языка мне по уху, затем коснулся моих закрытых век, а затем кончика носа. Когда он наконец добрался до моих губ, то одной рукой обхватил за талию, а другой придерживал мне голову, поглаживая большим пальцем щеку, пока его язык раздвигал мне губы.
Когда мы наконец оторвались друг от друга, он смахнул мне с лица волосы и спросил:
– Где твои братья?
Я посмотрела на него, все еще ощущая прикосновение его губ. Воздух был наполнен исходящим от него запахом.
– Тина? – прикоснулся он к моей щеке. – Ты слушаешь?
– Que?
– Твои братья. Почему они позволяют тебе ночью ходить одной?
– Они не позволяют. – Что, собственно, было чистейшей правдой, поскольку у меня не было братьев. – Обычно я не хожу одна так поздно.
– А куда ты идешь?
– Домой. Обычно меня подвозит Роза, но сегодня ее машина в гараже.
Кстати, это привело меня в чувство. Господи, как глупо, должно быть, я выгляжу, подумала я и встала с крыльца.
– Мне пора.
Эльтор встал вслед за мной.
– Так скоро?
Я не решалась спросить у него номер телефона – вдруг он это не так воспримет. Земля в тот момент находилась в состоянии неизвестности, особенно в том, что касалось ритуалов ухаживания. В некоторых кругах не было ничего зазорного в том, если женщина первой оказывала мужчине знаки внимания. Но я-то выросла в среде, где на такое поведение посматривали неодобрительно.
– Тина? – обратился ко мне Эльтор.
– Знаешь, мне пришло в голову, а не… – Я остановилась, давая ему возможность взять инициативу в свои руки.
– Что?
Он смотрел на меня так, словно я вдруг превратилась в воду и теперь струилась между его пальцев.
– Я? Ничего, – быстро поправилась я и, выждав с минуту, добавила: – Мне пора.
– Ты уверена? – начал было он, но осекся.
– Да.
И снова загадочный взгляд. Но сказал он всего лишь:
– Adios, 'Акуштина.