Чтение онлайн

Утро не принесло никаких изменений - все такие же узкие, усыпанные валунами берега. Гребцы, не получившие новой команды, продолжали хрипеть похабную песню, иногда звучавшую громче. Это означало, что заступила новая смена. Атаман утром был неразговорчив, предпочел уйти на мостик и провел там почти весь день.

Олаф и Люсьен отчаянно скучали. Стас время от времени навещал друзей, но среди джетов чувствовал себя более своим, да и развлечь их ничем не мог.

–  А ему нравится быть джетом, - заметил Люсьен.
– Восьмилапых боится. Может, оставить его

здесь?

–  Я обещал когда-нибудь вернуть парня на остров, - пожал плечами Олаф.
– Правда, не всерьез… Пусть сам решит. Думаю, что Сильда будет очень рада.

Каменка казалась бесконечной. Заскучали даже пауки, чье терпение было, казалось, бесконечным.

"Я не смог бы двигаться по этому берегу быстрее," - признался Зижда.
– "Но мне было бы приятнее."

–  Там валуны, - напомнил сотник.
– Ты бы рисковал переломать лапы.

"Мне было бы приятнее идти самому на четырех лапах, чем сидеть здесь и чувствовать вокруг воду."

Но всему приходит конец - к вечеру ладья достигла места, где Каменка разбивалась на несколько питающих ее ручьев. Ладья причалила, пауки с наслаждением попрыгали на камни.

–  Ты будешь старшим, - сказал атаман Вику.
– Бросьте якорь на середине речки и чтобы ни один не сходил. Когда появлюсь, причаливай не сразу, я посигналю по-нашему. Присматривай за Люсьеном… И за Стасом.

–  Как прикажешь, господин атаман!
– пообещал Вик.
– Я думал, с тобой поеду.

–  Молод еще, - вздохнул Сайка, поправляя ремень.
– Жди пять дней. Потом возвращайтесь и собирайте Совет.

Олаф уже забрался на спину Зижды, Мешш согнул лапы, приглашая занять место и атамана. Тот впервые в жизни дотронулся до паука, заполз в седло.

–  Просто держись покрепче, вот и вся наука, - посоветовал сотник.
– Устанешь - ложись. Будет трясти, потому что дорога уж очень неровная.

Обычно паук, снабженный восемью лапами, бежит удивительно плавно. Но на валунах такой возможности не было даже у них, спины восьмилапых постоянно раскачивались. Сотник оглянулся последний раз, помахал стоявшему на палубе Люсьену, и путь к Чивья начался.

Олаф не зря предупреждал атамана: его трижды стошнило, и старый вояка был очень рад, что свидетелем такого позора не стал Вик. Но по мере продвижения вверх по течению валуны исчезали, и вскоре Мешш побежал так ровно, что изможденный Сайка, сам того не заметив, задремал. Сотник с опаской поглядывал назад, но Зижда его успокоил.

"Мешш чувствует перемещение веса человека. Как только он начнет сползать, младший остановится."

Смертоносцы излучали на редкость положительные эмоции - вода и долгая вынужденная неподвижность были для них тюрьмой. Вновь обретенная свобода придала им такое расположение духа, что люди на их месте распевали бы во все горло.

Сайка проснулся только на рассвете и с изумлением понял, что пауки бежали всю ночь. Утром наступила спокойная, безветренная погода и далеко впереди можно было различить поднимающиеся к небу дымки, это готовили еду в южном городе.

–

 Я думаю, нам надо остановиться и поохотиться, - смилостивился над атаманом сотник.
– Нехорошо, если мы привезем Повелителю голодного посла.

"Впереди есть скорпион," - тут же сообщил Зижда.
– "Я не стану его прогонять и убью."

–  Завтрак почти готов, - передал Олаф атаману.
– Осталось только зажарить.

–  Это пустяки, - осторожно заметил мало что понявший атаман.
– А мясо где?

Мясо появилось перед ними за поворотом. Крупный черный скорпион пришел к водопою и осторожно окунал жвалы в ручей. Услышав топот, он подскочил, развернулся к врагу и угрожающе пошевелил клешнями.

"Слезайте, разведите костер," - предложил Зижда.

Пока Олаф и оглядывающийся на скорпиона атаман собирали хворост, бой завершился. Скорпион - опасный противник даже для паука, но два смертоносца били его сознание импульсами опасности с разных сторон, пока он полностью не запутался. Тогда Зижда прыгнул и укусил хищника в основание ядовитого хвоста.

–  Я уже забыл: это не опасно? Есть мясо, которое отравлено ядом паука?
– шепотом спросил Сайка.

–  Их яд исчезнет, если прожарить мясо, - успокоил его сотник.
– Правда, я ел и не прожаренное… Никогда не задумывался, в чем там дело. Вельша опаснее, верно?

–  Не без того, - признал Сайка.
– А я вот не знаю, почему у нас все озеро еще от нее не отравилось.

Запылал костер. Атаман взялся отрезать клешни с самым вкусным мясом, и остановился в нерешительности - пауки начали есть. На лице Сайки отразилось омерзение.

"Он плохо думает о нас," - тут же пожаловался Зижда.
– "Джеты - наши враги."

–  Давай я тебе помогу, - Олаф быстро подошел, на всякий случай забрал меч у атамана.
– Ты давно не видел, как едят смертоносцы?

Пауки уже вспрыснули под расколотый панцирь смертоносца пищеварительный фермент и теперь с хлюпаньем втягивали кашеобразную массу. Сайка вспомнил, как съели когда-то в Темьене его отца, аппетит пропал.

–  Все меняется, - Олаф закончил с клешнями и грудью оттеснил Сайку к костру.
– Сядь спиной и послушай меня. У каждого из нас есть свои слабости. Пауки любят человеческое мясо. А если бы любили есть восьмилапых?

–  Я пробовал, мне не понравилось, - пробурчал атаман, помогая вырезать мясо из клешней.
– Даже шатровики вкуснее.

–  Ну, если бы?.. Уверен, восьмилапые бы отдавали нам пленных, приговоренных к смерти и мертвых. Остальное запрещено Договором, понимаешь?

–  Понимаю, - вздохнул Сайка.
– Только пока они хлюпать не перестанут, я есть не смогу. Ох, и ты думаешь, ваш Повелитель прочтет все мои мысли, все воспоминания? Он же сразу убьет меня!

–  Нет, Повелитель обещал твою безопасность, сколько можно повторять? Иначе я бы не оставил заложников, - сотник поскорее нанизал кусочки мяса на палочку и сунул ее в огонь, чтобы Сайка почувствовал запах.
– Сейчас принесу соль и перец из сумок.