Чтение онлайн

Через некоторое время стали видны огни главного входа. В такое время ворота должны быть закрыты, но посетители могут пройти во дворец через ворота для курьеров. Они расположены во внутреннем дворе, рядом с конюшнями. Сек имел право входить во дворец только этим путем. Как утративший доверие он был лишен многих привилегий, унижен и осмеян.

Понятны мотивы патриция. Он уже как труп. Состояние его семьи перейдет не потомкам, а в казну принцепса. Ради мщения он затеял всю авантюру, из личной ненависти готов разрушить Государство.

Гнев и возмущение Капереда не знало преграды.

Все знания древнего оказались пустышкой перед этой могучей волной. Мощь чудовища растаяла, столкнувшись с огромным пламенем, вырвавшимся из глубин.

Каперед набросился на Сека, принялся его бить, душить и оскорблять. Рабы не успели помочь хозяину. Пассажиры вывалились из паланкина, принялись кататься по земле, измазались в грязи. Рабы бросили носилки, но не знали, что предпринять. Разнять дерущихся они не успели.

Крики привлекли внимание телохранителей. На подходе ко дворцу располагалось несколько караульных помещений. В каждом находился десяток воинов-наемников. Не доверяя согражданам, принцепс нанимал варваров из Венавии. Этих рослых, бестолковых и незнающих языка варваров. Отличные воины и преданные телохранители. Эти большие дети слишком наивны, чтобы предать нанимателя.

Воины не стали разбираться, что случилось. Рабов патриция отогнали, а дерущихся разняли и потащили во внутренний двор. Каперед мельком увидел сияющий мрамором и золотом фасад главного входа.

Дворец был отстроен недавно, в прошлом на этом месте располагались жилые кварталы. Не самый богатый народ здесь проживал, но все были потомственные граждане. Многие патрицианские семьи владели здесь недвижимостью, сдавая ее в наем.

Освободить это место от стольких жилищ задача титаническая. Каперед не представлял, как принцепс мог справиться с ней. Его бы средств не хватило, чтобы организовать переселение тысяч людей. К тому же многие не согласятся покинуть родовые земли.

Зато теперь на месте древних многоэтажек располагался прекрасный дворец, похожий на храм. Фронтон украшен рельефом. К сожалению, Каперед не успел его рассмотреть. А он хотел бы поглазеть, пусть даже в темноте, на украшения. Ведь это последнее, что он увидит. Антаблемент опирался на четыре тонкие колонны с рельефными вершинами. Цоколь состоял из семи ступеней, создавая иллюзию словно это сооружение - храм.

Но гостей или уже пленников потащили во внутренний двор. Вскоре дворец скрылся за деревьями. Каперед видел только отдельные полуколонны да массивные мозаичные окна. Редкой красоты, наверное, сооружение, жаль не довелось его посмотреть.

Вокруг дворца располагалось множество хозяйственных построек. Собственно усадьба принцепса была небольшой, но множество сооружений вокруг были объединены в единый комплекс. Были здесь и казармы телохранителей, новый монетный двор, казна, множество складов, конюшен, псарни и тому подобное. Стен практически нигде нет. Воровать у принцепса рискуют только его вольноотпущенники да любимцы.

Капереда и Сека притащили к казармам, где располагался вход в подземелье. За казармами находилось деревянное сооружение, похожее на зрительские трибуны. Возможно, то был театр. Нынешний принцепс известен своей страстью к театральным

представлениям. Даже игры в амфитеатре не привлекают его, в отличие от театра.

Подземелье, как и предполагал Каперед, предназначалось для узников принцепса. Обитало здесь пять, может меньше людей. За что их бросили в застенки - не ясно, но это не имеет значения.

Новых пленников заперли в караульном помещении, с ними осталось несколько варваров. Каперед отметил, что вооружение они носили традиционное. Раньше принцепсы скрывали, что нанимают варваров, заставляли их носить броню, аналогичную той, что используют вспомогательные части легионов.

Теперь все иначе.

Каперед опечалился, силы покинули его. Пусть все идет своим чередом.

Частые смены настроения стали обычными для Капереда. Паразит постарался, чтобы ослабить защиту носителя.

Варвары не знали языка Обитаемых земель. Сек сидел молча и никак не проявлял неудовольствия. Теперь звание патриция ни на что не влияет, все - и плебеи, и патриции в равной степени зависимы от капризов тирана. Даже на пороге смерти Сек не откажется от своей нелепой веры в идеалы. И ладно бы эти идеалы были общими для граждан. Сек страдал из-за собственного унижения и только.

Через некоторое время в караулке появился заспанный раб. Он взглянул на пленников, а затем удалился. Правильно, этот раб должен был установить личность дебоширов. Сека он узнать должен был, а узнает ли Капереда? Время не пощадило лекаря принцепсов.

Прошел час, может больше. Каперед даже успел задремать. Он не хотел выпускать на волю паразита, но апатия и слабость оказались сильнее. Проснулся Каперед от того, что в караулке появились новые люди. То были воины преторианцы, формально они защищают принцепса. Но история знает много примеров их вероломства, ныне эти преторианцы являются всего лишь декорацией для принцепса.

Преторианцы язык, конечно, понимали, но разговаривать с пленниками они не собирались. Пригласив Сека и Капереда на выход, они повели пленников во дворец.

Час был предрассветный, наверняка принцепс спал до того, как ему сообщили о появлении наставника. Каким принцепс стал сейчас, Каперед не мог представить, но наверняка власть не улучшила его норова.

Юношей он обладал взрывным характером, склонностями к авантюрам, но не был лишен харизмы. Последнее, как считается, нужнее для правителя и полководца, нежели все знания мира. Главное - он был стойким человеком, не любил подчиняться. Поэтому Сек сейчас идет под конвоем преторианцев, как грабитель, пойманный на рынке.

Конечно, преторианцы не занимаются мелкими преступлениями. Они вообще ничем не занимаются, кроме как пьянствуют, развратничают и играют в кости. Каперед многим из этих людей помогал избавиться от любовных недугов и последствий бурных возлияний.

Лекарь не боялся, что его узнают. Прошло много лет, охрана принцепса постоянно сменяется. Рядовые преторианцы по году служат в Городе, а потом их отсылают в окрестные форты. И так проходит постоянная ротация. К тому же, если Каперед не ошибался, прошлую гвардию должны были отправить на пенсию. Срок в шестнадцать лет уже вышел.