Шрифт:
Предисловие
«Удочери меня, Англия!» – отправляла я мысленный запрос во Вселенную. Одиночество, тоска и ощущение того, что я здесь чужая, не проходили который месяц. Хотя со стороны могло показаться, что жизнь удалась: в дорогом лондонском ресторане сидела яркая, ухоженная леди и водила в задумчивости наманикюренным пальчиком по краю изящного бокала с красным вином. А внутри росло чувство неприкаянности и пустоты. Могла ли я тогда представить, что совсем скоро не Англия удочерит меня, а я удочерю Англию? Что моё сердце перестанет быть одиноким, наполнится любовью и вместит в себя новых людей? Что эти люди, обретённые в Англии, станут мне
Слава Богу, всё в моей жизни сложилось так, как я мечтала, и даже лучше. Но…обо всём по порядку!
Глава 1
Одиночество вдвоём
В Англию я приехала по туристической визе к первому мужу.
До этого мы уже долгое время были женаты и жили в Москве.
Я работала флористом, а муж занимал высокую должность в дорогом ресторане. И был человеком целеустремлённым.
Он долго не говорил мне о зародившейся идее, думал и всё взвешивал. Но спустя какое-то время принял окончательное решение и сказал:
– Я хочу попробовать свои силы заграницей. И думаю, что это будет в Лондоне. Поеду первым и постараюсь устроиться там. А тебя вызову, как только улажу вопрос с жильём.
Расстроившись в глубине души, что он принял такое решение без меня, я вновь почувствовала холодное одиночество. Дело в том, что наши отношения плавно зашли в тупик – слишком разными людьми мы были. Он «горел» переездом в Англию, а я не понимала, зачем мне это нужно.
Ехать мне совсем не хотелось.
В голове никогда не было мысли об эмиграции. Мы много путешествовали с мужем, мне нравилось бывать в других странах. Но переехать… – об этом даже не думала.
Я родилась и жила всю жизнь в России, любила всё, что было связано с моей страной. Настолько сильно ощущала себя сопричастной ко всему, что окружало меня на Родине, что просто не могла представить себя где-то в другом месте. Мысли о переезде за рубеж казались мне чем-то фантастическим и уж точно никогда не были моей мечтой.
Я не знала про Англию ничего. Даже никогда не учила английский язык – в школе и в институте выбрала французский. Просто не могла представить, как смогу оставить любимые места, родной сердцу Плёс и расстаться навсегда с другими провинциальными городами, которые обожала – лишиться тишины, храмов и монастырей, речушек и тоненьких берёз. Даже зачастую хмурые лица соотечественников казались мне родными. Одним словом, я просто отлично ощущала нутром весь уклад российской жизни, и менталитет людей был мне близок и понятен. Всё было дорого сердцу в России.
Но мой принцип в браке был: «Жёны, повинуйтесь своим мужьям». Поэтому вопрос, ехать или нет, передо мной не стоял.
Вещи были собраны, все дела улажены и куплен билет в один конец. С тяжёлым сердцем я проводила супруга в аэропорт и стала ждать, когда он сделает мне вызов.
Прошло около трёх месяцев. И вот муж сказал, что я могу приехать. К тому времени он уже немного освоился. Нашел работу и жильё – занял одну маленькую комнатку в квартире в центре Лондона.
И я засобиралась в Туманный Альбион. Сделала визу, собрала чемодан и отправилась в путь.
Приехала в Англию в начале весны. Постоянно шёл дождь, вокруг всё было серым и унылым, как и в моей душе.
Теперь мы с мужем были вместе, но я ощущала себя одинокой, как и прежде. Все дни проводила дома, ведь он много работал.
Мне же на работу ходить было не нужно – муж зарабатывал хорошо. Я не могла объяснить, что происходило со мной. Внутри была ледяная пустота. У меня было ощущение, что живу чьей-то чужой,
Мы жили скромно, но супруг стремился к высокому уровню. Комната наша была маленькой, но в дорогом районе, с хорошей мебелью и с прекрасными хозяевами. Готовила я сама, но продукты покупали с доставкой из дорогого магазина. Мы ходили в хорошие рестораны. Но именно в этих ресторанах особенно остро я ощущала одиночество. Казалось, что в этом пространстве и времени нет меня, и что я превратилась в какую-то тень.
Глава 2
Дорога к храму
Однажды в интернете я узнала, что в получасе езды от нашей квартиры есть русская церковь.
Всю жизнь я ходила в храм. Каждое воскресенье с мамой, папой и младшим братом мы ездили в церковь в центре города. Там состоялось моё первое знакомство с понятиями «коллектив» и «община», моя первая исповедь. С детства, благодаря воспитанию в Боге, в мою душу были заложены прочные понятия чести, нравственности, сострадания, желание служить благородным делам и целям. Удивительно, но когда мне было лет семь, я всерьёз представляла, как вырасту, стану взрослой и удочерю или усыновлю малыша. Каждой клеточкой я чувствовала, что такой шаг поможет превратить несчастного ребёнка в очень счастливого, а это значит, что радости и света в мире будет больше!
Я не представляла своей жизни вне церкви и всегда горячо верила в Бога.
В нашей семье главным был папа. Мама всегда культивировала это ощущение, подчёркивала важность роли отца как главы семьи. Мы знали с братом, что последнее слово за папой, и никогда не спорили.
И, конечно, в нас с детства была заложена мысль, что брак – один раз и на всю жизнь.
Мама смогла сохранить семью, несмотря ни на что. Были разные времена – как и в любой семье. Но во все сложные жизненные периоды я видела маму склонившейся перед большой иконой Спасителя в деревянном окладе. Эта икона всегда стояла на кухне. Я знала, что она досталась нам от моей прабабушки, которая сберегла её во времена голода и войны. Она спрятала её в период гонений на церковь. Икона была сильно повреждена, и лик Спасителя потемнел от времени. Но какая-то невидимая благодать исходила от этого образа.
Я была верующей с детства. Хотя, конечно, моя личная, глубокая встреча с Богом была ещё впереди, церковь всегда была для меня единственным пристанищем в моменты бури на душе.
Именно поэтому я открыла интернет и решительно забила в Гугл: «Русская православная церковь в Лондоне».
Оказалось, что возле нашего дома находится Лондонский Успенский кафедральный собор, который принадлежал Сурожской епархии, куда я и отправилась. Был дождь, но я быстро нашла церковь.
Когда впервые увидела этот храм, то очень удивилась. Он не был похож на наши русские церкви. Не было куполов-луковок и привычной архитектуры. Собор выглядел как англиканская церковь, строгая и простая. Но, приближаясь к храму, я ощущала, что именно здесь и именно сейчас мне нужно было оказаться.
Помню то утро. Шла литургия на русском языке. Внутри храма всё было так же привычно, как в русских церквях: много икон, красивый алтарь и богатые росписями стены.
Во время службы я рассматривала людей. Какими родными были эти лица! Хоть никого здесь не знала, но казалось, что они мне знакомы – так привычны были их черты. Прислушалась: кто-то тихо переговаривался, я узнала родную речь.
Мне очень захотелось остаться среди тех, кто говорит на одном со мной языке, они выглядят просто и по-домашнему привычно.