Удар в сердце
Шрифт:
— Но должны же местные пираты на чем-то плавать, — пробормотал он себе под нос, пока корабль швартовался у пирса, неподалеку от триер, — не на рыбацких же лодках грабить проходящие караваны.
Впрочем, он был немного наслышан, что пираты на многочисленных островах Греции пользуются разнообразными кораблями. Если ветер вдруг стих и «торговец» застыл в опасной близости от берегов, то для его захвата частенько хватало и нескольких больших лодок на веслах. У «торговца» ведь весел не было вообще. Именно поэтому они предпочитали ночевать либо в защищенной гавани, либо в открытом море, благо конструкции «круглых» судов позволяли
Спустившись на пристань, где толкались в этот дневной час человек тридцать торговцев, рыбаков и моряков, Тарас взял с собой лишь своих «спецназовцев» и Темпея, приказав пока остальным периекам охранять корабли с ценнейшим военным грузом.
Оплатив подошедшему сборщику плату за стоянку своих кораблей на два дня вперед, Тарас в сопровождении небольшого эскорта направился прямиком к триерам, охраняемым, как он знал от пифия, людьми того самого Иксиона, которого он намеревался разыскать еще до заката. Наглые рожи десятка охранников, дремавших прямо на мостках у ближайшей триеры, убедили его в том, что Клеандр не обманул. С виду это были настоящие головорезы, по сравнению с которыми привыкшие убивать, но дисциплинированные спартанцы выглядели просто интеллигенцией. Эти вояки вовсе не имели шлемов, а большинство и защитных нагрудников, вооружены же были лишь щитом и слегка изогнутым мечом, если не считать широких кожаных поясов. Окинув их взглядом человека, которому уже приходилось отбирать новобранцев в армию, Тарас был готов подписаться подо всеми словами пифия.
«Трудновато будет сделать из них послушных солдат, — слегка озадачился он, приближаясь к начальнику караула, которого сразу выделил взглядом, — возможно, придется убить двоих-троих для острастки. Главное, не перегнуть палку. Кто его знает, какой расклад сил на этом островке».
— Эй, — приблизившись, обратился он начальственным тоном к здоровенному детине с серьгой в ухе, который молча взирал на приближавшихся спартанцев, скрестив руки на груди, — вы люди Иксиона?
— А ты кто? — без должной учтивости ответил голый по пояс грек, разглядывая доспехи и плащ Гисандра. — Спартанец? Что-то я тебя раньше здесь не видел.
— Я Гисандр, — ответил Тарас, едва сдержавшись, чтобы не выхватить меч, — твой хозяин ждет меня по важному делу. Как мне найти Иксиона?
— Он сам решает, где ему быть и с кем говорить, — продолжал наглеть грек, за спиной которого постепенно собирались все его бойцы, — а мне ничего не приказывал насчет тебя. Так что ищи его сам, где хочешь.
Не тратя больше времени на разговоры, он хохотнул, развернувшись спиной к Тарасу. И зря. Не в силах стерпеть такаю наглость, Гисандр молниеносным движением ударил его по коленям, а когда грек повалился на доски пирса, перекатившись на спину, выхватил копье у Брианта и прижал его к горлу наглеца. Да так сильно, что тот захрипел, а по шее потекла тонкая алая струйка. Но Гисандр точно рассчитал усилие.
Остальные охранники, выхватив мечи, хотели уже броситься на незваных гостей, но «спецназ» мгновенно ощетинился копьями и заслонил их щитами, перекрыв доступ к месту выяснения отношений. Это произвело должный эффект. Охрана триер поняла, что перед ними не дети. Однако и они не собирались прощать покушение на своего главаря. На солнце засверкали клинки. Еще мгновение, и должна была начаться свалка.
— Стоять! — рявкнул Тарас. — Я не причиню ему вреда, если он будет благоразумен.
Охранники
Тарас чуть ослабил нажим копья.
— Встань! — приказал он поверженному противнику, и тот нехотя повиновался.
С его раскрасневшегося лица градом струился пот. Грек уже успел попрощаться с жизнью.
— Как твое имя? — уточнил Гисандр.
— Лиозос, — процедил сквозь зубы предводитель охранников.
— Ты прав, Лиозос, я действительно спартанец, — пояснил Тарас, — и я привык убивать любого за гораздо меньшую дерзость.
Чуть подтолкнув копьем грека, Тарас заставил его сделать шаг назад.
— Я тебе не враг, но не заставляй меня повторять вопрос, — напомнил он «задумчивому» греку, на лице которого играла странная усмешка. Сквозь нее проглядывали страх и уязвленная гордость одновременно. Он явно что-то замышлял, пытаясь вывернуться из этой позорной для своего авторитета ситуации.
«Труслив, но хитер, — закончил Тарас свои наблюдения, — от такого можно ожидать всего».
Он не ошибся. Все так же молча шагнув назад, Лиозос сделал едва уловимый жест рукой — что, однако, не укрылось от Тараса — и вдруг бросился с пирса в воду. А Тарас едва успел уклониться от острого ножа, просвистевшего в двух сантиметрах у виска. Один из подручных Лиозоса метнул его в предводителя спартанцев, но, к несчастью для себя, промахнулся. «Спецназ» воспринял это как сигнал к атаке.
— Не убивать, — крикнул Тарас, не сдерживая больше своих людей, — только обезоружить.
Его бойцы прямо на пирсе сшиблись с пиратами, которых здесь было примерно столько же. Правда, на звук драки сюда от дальних триер спешили еще люди Лиозоса, но Тарас рассчитывал закончить вынужденный обмен любезностями гораздо раньше, чем они подоспеют. Иначе стычка могла перерасти в сражение. Конечно, у него в запасе находилось еще пятьдесят вооруженных до зубов периеков, но не стоило устраивать побоище из-за одного барана, едва прибыв на остров. Пифий предостерегал его именно от этого. И все же — драка уже началась.
Обезоружив своего противника, Никомед ударом ноги повалил его на доски пирса и хорошенько приложил носком сандалии между ног. Пират, взвыв от боли, заголосил на всю гавань. Другого здоровяка бившийся рядом Мегаклид, сделав несколько обманных движений, умудрился поразить тыльной стороной копья прямо в лоб, отчего грек выронил оружие и рухнул оглушенный. В схватках между остальными бойцами поначалу одерживали верх пираты Лиозоса. Яростно размахивая мечами, им удалось отогнать обратно спартанцев. Но те скоро исправились. Двоих пиратов столкнули в воду, обезоружив. Остальных уложили на мокрые доски деревянного настила, хорошенько образумив перед этим точными ударами рук и ног.
Тем временем Тарас решил все же примерно наказать своих обидчиков и сделать это лично. Заметив, кто бросил в него нож, — это был низкорослый боец в кожаной безрукавке, — он в ответ, не колеблясь, метнул в него свое копье. Пролетев положенное расстояние, копье поразило пирата в бедро. Грек истошно завопил и рухнул в воду, замутив ее своей кровью.
— Выловите его, не хватало еще, чтоб подох, — бросил Тарас и, заметив взбиравшегося неподалеку по веревке на нос триеры Лиозоса, выхватил заряженный гастрафет у стоявшего рядом Брианта, — дай-ка сюда. Я должен рассчитаться с этой сволочью.