Чтение онлайн

— Послушай, брат, в вашей бригаде особый отдел есть? — как бы между прочим спросил Грязев.

Подполковник запахнул бушлат, наброшенный на плечи, поежился, обронил, даже не взглянув в его сторону:

— Где-то есть…

— А поконкретнее? — он обогнал артиллериста и стал.

— Ну зачем тебе отдел? Да еще и особый? — с внутренним злым смешком поинтересовался подполковник, печально взглянув на Грязева, одетого в цивильный потрепанный и грязный плащ.

—

Да кое-что хотел спросить, — улыбнулся Саня.

— Знаешь, я эту публику… не уважаю!

— А мне до фонаря, уважаешь или нет. Ты только подскажи, где ее разыскать.

Из кузова грузовика, остановившегося возле эшелона, на платформу полетела бутылка, ударилась о башню самоходки — в лицо брызнуло водкой.

— Пей, урус! — загоготали чеченцы, потрясая автоматами. — Дорога веселей будет! Артиллерии хотел яйца резать — домой отпускаем! Иди и пей!

Подполковник не сразу отер лицо рукавом, стиснув зубы, потянул автомат из-под бушлата. Солдаты на платформе стояли не шелохнувшись, словно слепые и глухие. КАМАЗ затрясся вдоль насыпи, вдоль вагонов, выстроившихся в степи, как на параде.

— Ничего, терпи, брат, — проронил Грязев. — Утерся и терпи.

Артиллерист сверкнул глазами.

— Чего тебе? Чего тебе надо?

— Контрразведку!

— Вали отсюда!

— Ладно, не переживай. — Саня хлопнул его по плечу и подался мимо вагонов, вслед за чеченским грузовиком, принимающим «парад». Через минуту подполковник догнал его, без всяких прелюдий указал в хвост состава.

— Там твоя контрразведка, в пассажирском вагоне.

— Спасибо, брат, — тихо сказал Саня. — Береги нервы, царица полей, гляди весело!

Вагон особого отдела охранялся со всех сторон, спецназовцы в полном боевом облачении стояли на подножках, сидели на крыше, маячили за стеклами зарешеченных окон — как позже выяснилось, контрразведчики вместе со своим имуществом вывозили из Чечни назначенное Москвой правительство и часть собственной агентуры. Грязев подошел к вагону, и закованный в панцирь детина упер ему в живот автоматный ствол, из прорези маски глядели холодные, настороженные глаза.

— Давай, парень, дергай отсюда!

— А ты бы позвал мне кого-нибудь из оперов, — мирно попросил он.

— Я все сказал! — Охранник щелкнул предохранителем, и стало ясно, что настаивать не только бесполезно, но и опасно. Саня сел перед ним на землю, заложил руки за голову.

— Не горячись, браток, позови. Мне пошептаться надо. Он почувствовал еще один ствол у затылка. Руки невидимого человека профессионально ощупали одежду.

— Оружие есть?

— Безоружный, мужики…

— Кто такой?

—

Ну вот, все тебе и скажи! — усмехнулся Грязев. Спецназовцы посовещались и все-таки позвали из вагона заспанного молодого человека в камуфляже без знаков отличия. Тот посмотрел на Саню с одной стороны, с другой, присел перед ним на корточки. Из-под бушлата высунулся пистолетный глушитель.

— Ты чей будешь-то, дружок?

— Внук дедушки Мазая, — в тон ему ответил Грязев и назвал свой старый, двухгодичной давности, опознавательный код.

— Да, внучок, промахнулся ты, — посожалел опер. — Не в масть попал.

— А ты пойди-ка, братец, к начальнику, — язвительно посоветовал он. — И его спроси. Может, он знает, кто дед Мазай и зайцы. И циферки мои назови.

— Не хочу, — поморщился тот и встал.

— Придется самому пойти, — вздохнул Саня и шагнул к вагону.

Оба охранника мгновенно оказались с двух сторон, взяли в клещи.

— Положите его в багаж, — распорядился опер. — В Моздоке разберемся.

Грязев сделал сразу два обманных движения, выскользнул из-под стволов и успел перехватить опера, прежде чем он занес ногу на подножку. Прикрылся им, приставив отобранный пистолет к затылку.

— Я же по-человечески просил вас, мужики. Что вы в самом деле?.. Зови начальника. Только не поднимайте шума.

Теперь спецназовцы держали под прицелом обоих, в прорезях масок — большие глаза в холодной решительности.

— Не стрелять! — предупредил опер, что-то почувствовав. — Вы что, суки!.. Начальника сюда!

— Это правильное решение, — одобрил Грязев, по-братски прижимая к себе потеющего опера. — Ребята, уберите стволы.

На крыше вагона что-то услышали, донесся стук железа и снаряжения. Саня резко развернул опера, встал спиной к голой степи: еще один охранник медленно поднимал автомат, стоя на коленях.

— Спокойно, мужики! — погромче сказал Грязев. — Придет начальник, я отпущу этого.

Начальник появился через минуту, резво сбежал по ступеням, остановился в двух шагах — сорокалетний черноглазый усач, по всей вероятности, кавказец.

— Что здесь у вас?.. — начал он на ходу и замолк, стиснув зубы.

Ситуацию оценил мгновенно.

— Да все в порядке, брат, — за всех ответил Грязев. — Твои подчиненные не хотели никак пригласить тебя пошептаться.

— Ну, шепчи, что у тебя за душой, — позволил он. Саня вновь назвал скороговоркой свой код, однако начальник контрразведки расслышал, прищурившись, достал из-под куртки записную книжку.

— Не в масть, — снова повторил опер. — Я наизусть помню…