Учиться, влюбиться... убиться?
Шрифт:
Не успели. Скорчились, захрипели — и все закончилось. Я отсчитала для верности минуту и вышла из укрытия. Вот ты и стала убийцей, девочка Ёлка…
Еще минуту я стояла над трупами, привыкая к мысли о том, что убила людей. Расчетливо. хладно-кровно, безжалостно. Но ничего не чувствовала. Ни тошноты, ни угрызений совести. Глубоко в душе была какая-то пустота, но мне было не до души и не до самоанализа. Я хладнокровно усадила стражни-ков в прежние позы и протянула руку к двери.
— Aasterrex vergertel!
Замок
— Привет, — поздоровалась я. — Как проходит подготовка побега?
— Хреново, — честно признался Терн.
— Эту дрянь пилить — проще гороха наесться! — возмутился Кан. — Два прута за час! Надо еще два, что-бы хоть кто-то пролез!
Я захлопнула дверь и прошла внутрь.
— Кан, ты козел! Ты что, колдануть не мог?
— а накопители у кого?
Крыть было нечем. Я взяла. Пришлось их вплавить под кожу. Больно было — жуть. А извлекать будет еще хуже. Но как иначе их спрятать?
— Отошли все от окна. Кто не отошел — вылетит вместе с прутьями. Dexlitt! Fassarvioksa!
Камень дрогнул и потек расплавленными струйками по стене. Терн и Кан шарахнулись прочь. Обо-ротни бросились к окну и вцепились в прутья. Рывок! Еще один! Еще! Три прута вылетели из гнезд. Теперь в окно могли пролезть сразу двое оборотней. Принцесса привязала к двум оставшимся прутьям веревку, но я покачала головой.
— Привяжи поперек кровати. Еще вылетят ненароком.
Чего мне хотелось — так это лечь и поспать. Сил не осталось. В антимагической точке накопители во-обще пустеют в четыре раза быстрее. Меня тошнило, голова кружилась. В общем, все сорок три удо-вольствия. И в таком состоянии спускаться по стене? В таком состоянии я и по лестнице не спущусь. Интересно, что лучше — грохнуться в пропасть самой, или дождаться, пока тебя туда выбросят солдаты? Все паршиво.
Похоже, оборотень понял мое состояние.
— Простите, — обратился он ко мне.
— Ёлка, — представилась я.
— Ёлка, ты явно измотана. Ты не можешь идти.
А мне идти и не надо, — подумала я. — Мой номер здесь сорок десятый. Коронованные особи в форме, Как выведет, драконы помогут. А мне светят лавры капитана Сорви-головы, который остался при-крывать свои войска. Хотя он-то выжил. У меня такой надежды не будет. Да мне и жить в таком со-стоянии не хочется! Потрачу ВСЮ силу и грохну эту башню. И ура камикадзам!
Но вслух я говорить этого не стала.
— Предлагаешь подождать до утра? И пусть меня выпроводят с почетным эскортом к вашему брат-цу?
— Предлагаю привязаться ко мне. На всякий случай.
— Нет, — тут же оборвал его Терн, почему-то сердито косящийся в мою сторону. — Вами мы рисковать
— Есть, — огрызнулся принц.
— Тогда потом спросите. Когда спустимся.
Больше возражений не было. Кан исчез за окном, за ним принц и принцесса. Я смотрела на веревку, как на врага народа. Терн с сочувствием посмотрел на меня.
— Ты как, очень плохо?
— Хорошо, спасибо, хреново, — ответила я.
Принц с принцессой спускались. Мы ждали. Наконец веревка задергалась. И трое людей-нелюдей бросились в темноту. Я вздохнула и попыталась подняться. У меня даже самостоятельно получилось. Только пол почему-то шатался. Вверх-вниз, вверх-вниз. Хорошо, что у меня нет морской болезни.
— Ну что, полезли?
В коридоре нарастал шум.
— Упс. Кажется, наш поезд ушел.
Терн выругался. Положение было хуже губернаторского. В замке тридцать человек. Нейтрализовала я десятка два. Еще десяток рассеян по замку. Что они устроят, когда обнаружат элвара и ведьму вместо оборотней — догадаться несложно. Разберут на составляющие без наркоза. А потом бросятся ловить уз-ников. А тем еще три часа до драконов бежать. И Терн. Он все-таки принц элваров. То есть его гибели я тоже допустить не могу. Остаюсь я. А что я? Ведьмой больше, ведьмой меньше… Возможно, я даже уцелею и смогу сбежать.
— Оставь мне меч и проваливай, — предложила я.
Элвар посмотрел на меня, как на чокнутую.
— Ёлка, ты с ума сошла?
— Пока еще нет. Можешь предложить что-нибудь еще?
Кто-то затопал по коридору. Через несколько секунд все начнется. Элвар оглянулся вокруг, схватил кресло и подпер им дверь. И вовремя. Через минуту кто-то грохнулся об нее так, что стены задрожа-ли.
— Откройте! — потребовал чей-то голос.
— Сам открой, — предложил Терн. Он отвязал веревку от кровати и выкинул в окно.
— С ума сошел? — спросила я.
— Ёлка, у меня вопрос. Ты сильно вымоталась?
Тон у него был такой, что шутить и ругаться мне расхотелось.
— Достаточно.
— Можешь мне еще немного помочь магией?
— Могу.
Вот чего мне это будет стоить — неясно. Но я справлюсь. Если надо — я все сделаю…
Жить хочется… и чтобы Тёрн жил…
— Немедленно откройте! — потребовали из-за двери. — А то мы вас сожжем на костре, если не открое-те!
— А если откроем — вы нас пряниками угостите? — огрызнулся Терн. Его плащ полетел на пол, а сам эл-вар расправил крылья и снова сложил их.