Чтение онлайн

В тот момент, когда Екатерина Фоминишна должна была найти у себя на столе шикарный букет цветов с небольшой запиской от одного бывшего ученика гимназии имени Равноапостольного князя Владимира, я, чудом отделавшись от непонятно почему приставшего ко мне, словно банный лист, Николая — охранника и бессменного водителя близняшек, дожидавшегося их у школы, расстрелял громовского бойца на очередную пачку сигарет и, оседлав «Лисёнка», рванул в Часцы, где расположился полигон Московского лёгкого бронеходного полка. Чёрта с два бы меня, конечно, кто-то пустил сюда без предварительной договорённости,

но, к счастью, Вердт находился здесь, вместе с вверенным ему подразделением, а потому, едва рыжий замер на небольшой стоянке перед КПП, как Вячеслав, поднырнул под полосатый шлагбаум и, буквально стащив меня с седла мотоцикла, радостно облапил.

— Ей — ей, Слава! Я не твоя дама, незачем меня так приветствовать! — Вывернувшись из рук улыбающегося гвардейца, проворчал я. Тот на миг опешил, но потом до него дошёл смысл моих слов…

— Тьфу на тебя, дитя порока! — Хохотнул Вердт. — Я просто рад тебя видеть. Ты себе не представляешь, насколько удачно складываются обстоятельства! Помнишь, разговор о моих однополчанах, любителях стрельбы? Так вот. Сегодня, весь полк на полигоне. До часа дня откатаем «обязаловку» для проверяющих, а потом… Солдат в казармы, а у офицеров свободный день.

— И?

— Кто-то обещал мне помочь «укатать» некоторых зазнаек, помнишь? Сегодня, просто замечательный день для этого. — Вячеслав довольно потёр ладони. Ишь какой шустрый…

— Хм… а кто-то, помнится, обещал мне дать возможность погонять на боевых платформах… — Задумчиво протянул я. Вердт с готовностью кивнул.

— Не вопрос. Пара легких «коробочек» останется здесь до самого вечера, чтобы любой из офицеров имел возможность потренироваться, так что, здесь проблем не будет. А теперь, если мы договорились, вперёд! С нетерпением жду момента, когда смогу полюбоваться на сдувшиеся физиономии кое — кого из однополчан… Нет, всё-таки, как удачно, что ты решил заглянуть именно сегодня.

— Вот, кстати, — вспомнил я, когда Вердт передал дежурному на КПП мой пропуск, и мы оказались на территории полигона. — Ты же говорил, что раньше января никаких полковых выездов на полигон не планируется… Что-то изменилось?

— Да, чёрт его знает, Кирилл. — Отмахнулся мой знакомый. — Нас уже неделю дёргают. Каждый день мотаемся туда — сюда, отрабатываем взаимодействие, повышаем выучку… в общем, дым коромыслом. Сегодня, вот, для завершения картинки, не иначе, сюда пригнали. С утра тут от генералитета было не продохнуть, такую показуху им устроили… как говорит наш полковник: «мама, не горюй». Вымотались все, конечно, изрядно… Ну ничего. В час, колонна уйдёт в часть, солдатам отдых до утра, а мы погуляем… благо, медики у нас не из последних, так что от усталости валиться не будем, точно…

Только тут я заметил покрасневшие, с лопнувшими капиллярами глаза Вячеслава и его нервные движения. Такое бывает, если не спишь пару суток… Ни фига ж себе их гоняли!

— Э — э, Слава, так, я, наверное, не вовремя… — Покачал я головой. — Может, лучше в другой раз?

— Оставь, Кирилл. — Легкомысленно отмахнулся тот. — Ерунда это всё. Полчаса в боксе, под присмотром Митрофаныча, и мы будем в полном порядке. Хоть в атаку, хоть в бордель. А уж пострелушки устроить,

и вовсе плёвое дело…

Я недоверчиво покосился на Вердта, а тот, поймав мой взгляд, вдруг посерьёзнел.

— Нам нужна разгрузка. Не просто завалиться спать до утра, а хорошенько расслабиться. Пьянку полковник запретил, выезды в город тоже… А тут твой звонок с просьбой. Кое-кто припомнил моё обещание насчёт стрелка, офицерское собрание тут же постановило устроить небольшое состязание, в общем, как-то так… — Вердт развёл руками.

Соревнование стрелков, да? Пьянка запрещена? А как тогда называть то, во что превратилось это чёртово состязание в момент, когда один из соперников поставил на кон первый ящик шампанского?! Чёртовы гусары! И зачем же я так нажрался?!

Утро следующего дня было… тяжёлым. Мало того, что юный организм ответил чудовищным стрессом на выпитые вчера две бутылки шампанского… позорище! Так ещё и похмелье не заставило себя ждать. А уж как опешила Ольга, примчавшаяся, едва узнав о моём отчислении и обнаружив своего наречённого лежащим пластом на диване в гостиной и лупающим красными глазками. Сначала, Оля решила, что моё спокойствие, всего лишь следствие похмелья, но когда я пришёл в себя и даже не подумал выразить беспокойства об отчислении, она… скажем так, сильно удивилась.

— Кирилл, тебя что, это совершенно не волнует? — Спросила Оля с недоумением, наблюдая за тем, как я с прорезавшимся диким аппетитом налегаю на омлет. В ответ я только пожал плечами. Ну да, не говорить же с набитым ртом? — Но как так можно, Кирилл! Неужели ты не понимаешь, что без сертификата об окончании школы, в жизни никуда?

— Оленька, я всё прекрасно понимаю, но объясни мне, недалёкому, с чего вдруг ты решила, что я не собираюсь получать сертификат? — Прожевав очередной кусок омлета, проговорил я.

— Где?! — Всплеснула руками Ольга. — Да после отчисления из этой гимназии, на тебя будут косо смотреть в любой школе! И ещё не факт, что примут… Кирилл!

— Ты ещё посетуй на то, как я дошёл до жизни такой. — Ухмыльнулся я, а когда Оля, всерьёз рассердившись, уже открыла рот, чтобы вывалить на меня всё, что она думает о моём легкомыслии, перебил её, не дав сказать и слова. — Я не собираюсь поступать ни в какую школу, просто потому, что обучение в них грозит закончиться так же, как и в гимназии князя Владимира. Отчислением. В этом, я уверен почти на сто процентов. Потому, уже на этой неделе я подам документы в городской совет образования и после Нового года сдам выпускные экзамены… экстерном. Поверь, знаний у меня хватит. Ясно?

— Хм, здраво. — Поразмыслив, чуть успокоилась Ольга. — Но почему ты уверен, что тебя отчислят из любой школы?

— Ну, если той твари, по чьему приказу тебя похитили, удалось уболтать директора гимназии, то с другими, не столь… защищенными боярским авторитетом директорами, подобный финт ушами провернуть будет ещё проще. Не находишь?

— Логично. — Признала Ольга, но вдруг встрепенулась. — Кстати, давно хотела спросить, почему ты так уверен, что похищение было попыткой надавить на тебя, а не на отца?