Чтение онлайн

Нечай пожал плечами:

– Ничего я не видел. И не слышал ничего. Особенного.

– Да? – хмыкнул боярин, – а еще раз пойдешь?

– Нет, не пойду, – Нечай равнодушно покачал головой.

– А что так? – Туча склонил голову на бок.

– Не хочу. Делать мне больше нечего, что ли?

– А за три рубля?

– И за три рубля не пойду! – Нечай усмехнулся.

– А за десять рублей золотом? Пойдешь? – Туча Ярославич придвинул к нему лицо, нагибаясь через стол.

– Я не жадный. Мне столько денег без надобности, – рассмеялся Нечай.

– Ладно, –

боярин качнул головой, – на неделе мы облаву на оборотня устроим. Мои егеря пойдут, но нам загонщики нужны. Не хочешь с нами?

– Нет, не хочу. Мало без меня мужиков?

– Смотри… – Туча Ярославич нахмурил брови, и Нечай понял, что перебрал, – может, ты оборотня боишься? А?

– Да нет, не боюсь, – оборотня Нечай на самом деле не боялся: то, что пряталось в лесу, оборотнем не было.

– Правда? Или бахвалишься?

Нечай снова пожал плечами.

– А если не бахвалишься, слушай, что я тебе скажу. Есть у меня задумка. На Микулу оборотень напал, когда он от моей усадьбы в Рядок возвращался. После полуночи. Вот я и хочу, чтоб кто-нибудь по той же тропинке прошел, а мы с егерями – следом, шагах в ста. Если он снова нападет, тут мы его и возьмем! А? – Туча подмигнул Нечаю.

– А что, кроме меня, больше дурака не нашлось? – хмыкнул Нечай.

– Да больно ты мне приглянулся! Ведь только скажи кому надо, что есть, мол, у меня в Рядке человек один, не ищет ли кто такого? А?

Нечай сжал зубы и опустил голову.

– Вот то-то. А пойдешь – десять рублей дам. Это если просто пройдешь, и оборотень не покажется. А если возьмем его – дам двадцать пять рублей.

– Матери? На похороны? – широко улыбнулся Нечай.

– Может, и так, – серьезно ответил Туча, – так что поехали со мной, в усадьбу. Напою, накормлю от души…

– Микулу вы тоже от души накормили перед тем как в лес отправить? – ухмыльнулся Нечай. Может, и не врала вдова, и не было никакой незамужней бабы? Ведь привез же ей боярин деньги.

– А это, братец, не твое дело, – прошипел Туча сквозь зубы, снова нагнувшись к нему через стол, – рылом не вышел вопросы мне задавать.

Благоразумным было бы промолчать, но хмель гулял в голове у Нечая, и он не удержался:

– Чем же это рыло мое так тебе не приглянулось?

– Ондрюшка, – Туча Ярославич повернулся к своему «гостю», – покажи ему, чем мне не приглянулось его рыло.

Ондрюшка – молодой и пронырливый парень – с готовностью вскочил с места, подбежал к Нечаю сзади и, ухватив его за волосы, тщетно попытался ткнуть Нечая лицом об стол. Староста предусмотрительно встал со скамейки, и когда Нечай поднялся, опрокидывая ее назад, на пол грохнулся только Афонька: над столом мелькнули его белые портки из-под задравшейся рясы. Нечай с разворота ударил Ондрюшку локтем в живот и добавил по щеке ребром ладони, отчего тот отлетел в угол избы.

– Батюшки светы… – Афонька, придавленный скамейкой, не понял, что произошло, корячился на полу и путался в рясе.

Нечай стиснул кулаки, ожидая нападения с трех сторон, но Туча Ярославич неожиданно расхохотался

и жестом остановил старосту, готового кинуться на Нечая.

– Хорош! – выдавил он сквозь смех, – гордый, значит? Гордых у нас не любят.

– Да пьяный он просто, – проворчал староста, поднимая скамейку и протягивая руку святому отцу.

Нечай тяжело дышал, раздувая ноздри, и не мог понять, чего ожидать в следующую минуту. Не стоило грубить боярину, и с Ондрюшкой драться не стоило… За столько лет можно было выучиться. Усмириться…

– Ондрюшка! – гаркнул Туча Ярославич, – чего скорчился? Не нравится? А я сколько раз говорил – слабоват ты телом! Любой мужик тебя за пояс заткнет.

Он снова посмеялся. Ондрюшка посмотрел на Нечая волком, но мстить не решился – вернулся на место, злобно зыркая по сторонам. Афонька осторожно сел на скамейку, не смея высказаться.

– А ты садись, – кивнул Нечаю Туча, – в ногах правды нет. Ишь… гордый! Ты гордость свою не очень мне показывай, я таких гордых знаешь сколько пообломал? Десяток батогов – и гордости как не бывало!

Нечай подумал, что и его ломали люди посерьезней, чем Туча Ярославич, и десятка батогов оказалось маловато. Впрочем, злость прошла, только руки подрагивали, и он нехотя сел на место.

– Вот то-то… – покачал головой боярин, – чай допьем и поедем.

– Пожрать перед смертью? – буркнул Нечай.

Брови боярина снова сошлись на переносице, но он передумал сердиться и хохотнул.

– А что, страшно?

Страшно Нечаю не было: то ли от хмеля, то ли оттого, что в оборотня он не верил. Гораздо серьезней ему представлялись последствия собственных выходок. Одно дело показывать характер, когда нечего терять, кроме шкуры на спине, и совсем другое – когда рукой подать до теплой печки. Нет, никакая гордость не стоит того, чтобы вернуться в ад, из которого он вышел. И из двух зол – смерть или возвращение – Нечай без сомнений предпочел бы смерть.

– Может, я сначала домой зайду, с матерью попрощаюсь? – спросил он в ответ.

– Да стемнеет скоро, по темноте ехать опасно – кто его знает, оборотня этого? – равнодушно пожал плечами Туча Ярославич.

Вот как? Сам, значит, боярин по лесу ночью ездить опасается, даже с сопровождением, а Нечаю обратно до Рядка идти после полуночи в одиночестве за десятку – в самый раз. Был бы оборотень – Туча бы не боялся. Что оборотень сделает с пятью верховыми? Нет, боярин знает, что это не оборотень.

– Вы поезжайте, а я вас догоню, – предложил Нечай, – а лучше приду к полуночи. Что мне делать у тебя так долго?

– Ну, выпить, поесть хорошо – занятий много, – Туча Ярославич задумался.

– Нет уж, выпить я и здесь могу, да и поесть тоже.

– Как знаешь. Но если не придешь – завтра силком сволокут, так и знай.

– Да приду я, куда денусь… – вздохнул Нечай.

– А ну как оборотень тебя по дороге ко мне загрызет, а? – боярин захохотал.

– Ну, что ж… тогда я без десяти рублей останусь, – улыбнулся Нечай ему в ответ, – а ты завтра другого дурака найдешь.