Чтение онлайн

— А кого знаете?

Этот вопрос всегда вводил его в ступор — так произошло и на этот раз и он, открыв машинально рот, закрыл его.

— А с какой целью интересуешься? — вдруг услышал он и с удивлением перевел глаза на Корейца — Кореец говорил спокойным и казалось ленивым тоном, и расслабленно стоял, засунув руки в карманы.

— Ну, может общие знакомые есть, — ответил высокий в некотором замешательстве, тот, что пониже, стоял молча и прихлебывал пиво — наверное, со стороны их беседа производила впечатление спокойной дружеской встречи и он подумал о какой-то

неправильности и нелепости происходящего.

Он успокоился, первый шок от неожиданности миновал и он ждал какого-то сигнала или указания Корейца для того, чтобы как-то действовать, но тот спокойно стоял и казалось, абсолютно расслабленно разговаривал.

— Вы сами-то кто? — спокойно продолжил Кореец и неожиданно улыбнулся.

— Мы? — переспросил высокий. Из NNN — ой школы, — и махнул рукой в непонятном направлении. — В кино идем, подумали, может выручите нас, не хватает немного. И даже уточнил — десять копеек.

Один билет стоил полтинник — и десять копеек действительно были незначительной суммой, отсутствие которой, впрочем, могло на самом деле сделать поход в кино невозможным.

К его удивлению, Кореец побренчал мелочью, извлек из кармана гривенник и протянул его высокому.

— Держи. Сеанс скоро начнется, не опоздайте.

Высокий взял гривенник с ладони Корейца и открыл рот, чтобы что-то сказать, но Кореец продолжил:

— Меня зовут Пак. Но друзья называют меня Кореец.

Подошедшие парни переглянулись — трудно было сказать, слышали они когда-нибудь про Пака «по прозвищу Кореец» или нет.

Он ничего не понимал. Происходящее казалось ему каким-то бредом и не укладывалось у него в голове. Он сделал шаг вперед и натолкнулся на ладонь Корейца, упершуюся ему в грудь в тот момент, когда Кореец продолжил:

— А это как раз мой друг. И вот он меня знает. А я знаю его.

Это было смешно, и он улыбнулся. Парни переглянулись еще раз и тот, что пониже, отбросив в сторону допитую бутылку, которую до этого держал в руках, примирительно сказал:

— Ну, спасибо, мы пойдем, а то и правда опоздаем, — и протянул руку.

Кореец посмотрел на его руку и никак не прореагировал. Свои руки он к этому моменту опять засунул в карманы и не сделал ни малейшей попытки вынуть их обратно.

Они молча стояли — наблюдая, как двое развернулись и ушли в сторону кинотеатра и стояли так еще несколько минут. Ушедшие парни ни разу не обернулись, и он задал себе вопрос, а может быть им действительно так необходим был этот гривенник, подаренный им Корейцем.

Когда они повернулись, чтобы снова продолжить свой путь, Кореец неожиданно остановился и негромко произнес.

— Запомни, Бро. Предотвращенный бой — выигранный бой. Меня можешь не спрашивать — я тоже не знаю, для чего им нужны были деньги. И если они собирались в кино, то откуда бы у них нашлись деньги на бутылку пива. Не знаю. Возможно, если бы я был один, все сложилось бы иначе, но я решил, что это неплохой урок. Для тебя.

— В жизни, — продолжил Кореец, — порой очень сложно разобраться, что правильно, а что неправильно. И даже что хорошо, а

что плохо. Главное — это поступать так, как тебе кажется правильным. В этот самый момент. Делай то, что в данной ситуации должен. А уж там что будет — то будет.

— А я уж начал думать, кто из этих двоих дерево, а кто обезьяна, — улыбнулся он.

Они негромко засмеялись и шли некоторое время молча. Он ощущал, как внутри все успокаивается, хотя нервное ожидание возможного боя еще не прошло бесследно.

— И еще, — сказал Кореец тихо. — Я тебе раньше много говорил о том, что является самым важным — применительно к тому, чем мы с тобой занимаемся. Так вот — конечно, то, что я называл важным — важно, но самое важное — это запомнить и понять следующее:

— Все, абсолютно все — и победа и поражение — у нас вот тут, — и он постучал пальцем по его лбу. В голове. И если ты это поймешь, то победить тебя будет нельзя.

Он открыл рот, чтобы возразить, но Кореец не дал ему возможности вставить слово:

— Да, тебя можно будет избить, покалечить даже, но победить — нельзя. И сила физическая — это чепуха по сравнению с силой духа.

— Слушай, ты это о чем? Ему показалось, что Кореец несет какую-то чушь — «нельзя победить» показалось ему полнейшей глупостью — какая-то там сила духа…

— Ну, я понимаю силу мускулов. Сильная рука, слабая рука. Сильный удар — за счет сильной руки. И слабый за счет…Кореец не дал ему закончить предложение:

— Твое дело сейчас — запоминать. Это понятно? Поймешь ты то, что я тебе говорю — или не поймешь — неизвестно. Может быть, никогда не поймешь. А может быть и поймешь, и поймешь очень быстро, от многого зависит, — туманно закончил свою мысль Кореец

— Действительно, не понимаю, — ответил он со смущенной улыбкой.

— Да я сам иногда не все понимаю, — буркнул Кореец и напомнил — фильм фильмом, а домашнюю норму должен еще успеть сделать.

— Будет сделано, — весело ответил он, помнишь, как в фильме боцман классно доску разбивал и ногой и рукой? Как он там всех направо и налево…

Кореец засмеялся:

— В кино еще и не то покажут.

И они попрощались до следующего дня.

Звонок в дверь раздался рано утром.

Он был один, родители были на работе, а бабушка еще накануне уехала к его тетке, поэтому он был предоставлен самому себе.

Кореец улыбнулся с порога и поставил на пол сумку — на вид тяжелую, в которой что-то громыхнуло в тот момент, когда она коснулась пола.

— Иди, позавтракай, — сказал он, когда они обменялись рукопожатиями.

— Да я не особо голодный, — несколько смущенно ответил Кореец.

— Я же не спрашиваю тебя, голодный ты или нет, верно? — весело спросил он, улыбнувшись. Поэтому отказываться нельзя. Вот если бы я спросил — «хочешь ты кушать или нет» — тогда другое дело. Логично?

— Куда уж логичней, — пробормотал Кореец, направляясь на кухню.

— Слушай, а ты сам-то почему ничего не ешь? — поинтересовался Кореец с набитым ртом.