Чтение онлайн

Увидев, что Томас подходит к ним, Паг спросил:

— Можно поговорить с осужденным?

Гардан, поглаживая короткую бороду, рассмеялся.

— Думаю, я на некоторое время могу отвернуться, но будь краток, сквайр.

Паг оставил Гардана говорить с Роландом и пошел рядом с Томасом к другой стороне двора.

— Ну как? — спросил Паг.

— Просто замечательно, — сказал Томас, высунув язык. — Еще два часа — и меня можно будет хоронить.

— Тебе что, нельзя отдохнуть?

— Каждые полчаса мне пять минут можно постоять по стойке «смирно», —

он дошел до конца, резко развернулся и пошел по направлению к Гардану с Роландом. — После того как мы накрыли твой очаг, я вернулся к столбу, но меча там не было. У меня сердце замерло. Я искал везде, даже, чуть не побил Ральфа: думал, что он спрятал меч мне назло. Когда я вернулся в казармы, на моей койке сидел Фэннон и смазывал лезвие. Остальные солдаты чуть не умерли, сдерживая смех, когда он сказал:

"Если ты считаешь, что уже достаточно искусно владеешь мечом, то тебе, вероятно, хотелось бы провести время изучая, как правильно маршировать в полном доспехе."

— Целый день это наказание. От него выть хочется, — добавил он. — Я помру.

Они прошел мимо Роланда и Гардана, и Паг попытался вызвать в себе сочувствие Томасу. Как и другие, он находил его положение забавным. Скрывая это, он понизил голос:

— Я лучше пойду. Если вдруг появится Мастер Мечей, он может назначить тебе еще день марша.

Томас взвыл, подумав об этом.

— Да хранят меня боги! Убирайся, Паг.

— Когда закончишь, — прошептал Паг, — присоединяйся к нам, если сможешь. Мы будем в сарае, где хранится эль, — Паг отошел от Томас и вернулся к Гардану и Роланду.

— Спасибо, Гардан, — сказал он сержанту.

— Не стоит благодарности, Паг. Наш будущий витязь будет в порядке, хоть сейчас ему и плохо.

Роланд кивнул.

— Я думаю, в ближайшее время он не будет терять мечи.

Гардан рассмеялся.

— Что правда, то правда. Мастер Фэннон может простить на первый раз, но не на второй. Он решил не допустить, чтобы у Томаса это вошло в привычку. Ваш друг самый лучший ученик Мастера Мечей после принца Аруты. Только не говорите этого Томасу. Фэннон всегда наиболее строг с самыми способными. Ну, до свидания, сквайры. И, парни,

— они остановились, — я не скажу никому об «уроке кулачного боя».

Они поблагодарили сержанта и направились к сараю с элем. Голос Гардана, отдающего команды, наполнял двор.

Паг выпил полторы кружки эля, а Роланд заканчивал четвертую, когда, отодвинув доски, появился Томас. Грязный и потный, он наконец избавился от доспехов и оружия. Всем своим видом выражая усталость, он сказал:

— Наверное, скоро конец света: Фэннон меня рано отпустил.

— Почему? — спросил Паг.

Роланд лениво потянулся к полке рядом с мешком (в нем было зерно, из которого скоро должны были сделать эль), на котором он сидел, снял кружку и швырнул ее Томасу. Тот поймал ее и наполнил из бочки, на которой лежали ноги Роланда. Сделав большой глоток, он вытер рот тыльной стороной ладони и сказал:

— Что-то затевается. Фэннон прилетел, сказал,

чтобы я бросал свои игрушки, и в спешке утащил Гардана за собой.

— Может, герцог готовится к отъезду на восток? — спросил Паг.

— Может, — сказал Томас.

Он внимательно посмотрел на друзей и заметил их свежие синяки. — Итак, что случилось?

Паг многозначительно посмотрел на Роланда, давая тому понять, что он должен объяснить Томасу, почему они в таком состоянии. Роланд широко оскалился и сказал:

— Мы тренировались, готовились к предстоящему турниру кулачного боя.

Паг поперхнулся элем и рассмеялся. Томас покачал головой.

— Вы не годитесь друг другу в противники для турнира. Дрались из-за принцессы?

Паг и Роланд обменялись взглядами, и как один прыгнули на Томаса и повалили его на пол; он не выдержал их общего веса. Роланд прижал его к полу, и пока Паг держал его, взял кружку, наполненную до половины элем.

Изобразив торжественность, Роланд сказал:

— Сим посвящаю тебя, Томас, Первый Провидец Крайди! — говоря так, он вылил содержимое кружки на лицо сопротивляющемуся Томасу.

Паг рыгнул.

— Как и я, — сказал он и вылил то, что осталось в его кружке на друга.

Томас отплевался, и смеясь сказал:

— Прав! Я был прав! — борясь с весом, навалившимся на него, он крикнул:

— Теперь прочь! Или надо напомнить, Роланд, кто тебе последний раз расквасил нос?

Роланд очень медленно слез. Оскорбленное достоинство заставило его двигаться с холодной точностью.

— Ты прав, — сказал он, взглянув на Пага, который тоже уже скатился с Томаса, — В то же время, не могу не заметить, что единственной причиной, по которой Томас ухитрился расквасить мой нос было то, что в течение нашей драки у него было нечестное преимущество.

Паг мутными глазами посмотрел на Роланда:

— Какое нечестное преимущество?

Роланд приставил палец к губам и сказал:

— Он побеждал.

Роланд спиной повалился на мешок с зерном и Паг с Томасом покатились со смеху. Пагу замечание Роланда показалось настолько смешным, что он не мог остановиться. Он слышал смех Томаса, и это заставляло его смеяться еще сильнее. Наконец он сел, тяжело дыша. Восстановив дыхание, он сказал:

— Я пропустил ваш поединок. Я занимался чем-то другим, только не помню чем.

— Насколько я помню, ты был в деревне, учился плести сети, когда Роланд только прибыл сюда из Тулана.

Роланд криво усмехнулся:

— Я с кем-то поспорил — не помнишь с кем? — Томас помотал головой, — Короче, я поспорил, а Томас подошел и попытался помирить нас. Я никак не мог поверить, что этот тощий мальчишка… — Томас начал возражать, но Роланд оборвал его, подняв палец вверх. — Да, ты был очень тощим… Я не мог поверить, что этот тощий мальчишка тощий мальчишка из простонародья — осмелится учить меня, только что назначенного члена герцогского двора и, должен заметить, джентльмена, как мне себя вести. Так что я сделал то единственное, что может сделать в таких обстоятельствах настоящий джентльмен.