"Ученье - свет..."
Шрифт:
– Прочтешь, когда будет время посидеть в тишине и подумать, - посоветовал эльф, а затем его взгляд обратился к книге.
– А сейчас я расскажу тебе, как найти и соединить части меча, который способен погубить правителя Деррита...
Анайя привычной рукой конспектировала все, что рассказывал ей эльф. Записала цитаты, которые он отметил, Как особенно важные, и уже начала мысленно прикидывать реальное местоположение артефактов, когда неожиданное заявление старика повергло ее в шок.
– Твоя задача не дать твоим спутникам
– Что?
– Анайя не сразу осознала, что именно он имеет в виду.
– Почему?!
– Меч опасен. И ты сама можешь убедиться в этом, - с этими словами старик бесцеремонно поднял книгу, бросил ее на пол и запустил руку в переплетение толстых корней, придерживая неряшливо задранный рукав мантии.
Он быстро нашел, что искал: белая, каменная половина рукояти изящного меча переливалась даже в слабом свете.
– Возьми в руку, - эльф протянул артефакт девушке.
Анайя неуверенно приняла искусно украшенный обломок и замерла: ее глаза заволокла белая пелена.
Первый звук - стук кузнечного молота, затем детский смех как десятки колокольчиков. Яркое полуденное солнце, базар. Пестрые краски, торги, улыбки. Женщины в ярких платьях, голосистые торговцы, головокружительные запахи специй и свежей выпечки... Жизнь бурлит, и даже на небе нет ни облачка в этот светлый день.
Внезапная вспышка молнии и гулкий громовой раскат заставляют всех замереть. На секунду в небе проявляются очертания изящного белого меча. Одинокий, наполненный ужасом женский крик пронзает напряженное до предела пространство.
Анайя пошатнулась, но устояла на ногах. Перед глазами плясали цветные круги, в ушах стоял отчаянный женский крик.
– Найди другие части артефактов, и они расскажут тебе, что случилось дальше, - дождавшись, пока девушка немного придет в себя, предложил эльф.
– Но эта часть останется здесь.
– Но что я...
– Анайя запнулась, не сумев подобрать слов.
– Вот, - полы мантии, как оказалось, скрывали еще одну половину рукояти. Она походила на настоящую, но не казалась такой роскошной, и от нее не веяло такой магической мощью, которую могла ощутить даже неспособная к магии Анайя.
Девушка с удовольствием обменяла настоящий артефакт на простенькую подделку, и часть смертоносного меча вернулась в тайник под книгой.
– В других хранилищах есть и настоящие, и поддельные части. Маг не отличит одну от другой. Еще раз: твоя задача не допустить воссоединения частей артефакта, - повторил эльф.
– А почему вы...
– "...говорите это мне?", "...вообще рассказываете о настоящих частях артефакта?", "откуда знаете моего отца?". Анайя не успела спросить - эльф с неожиданной силой толкнул ее к выходу.
Анайя возвращалась в лагерь в одиночку, разглядывая часть белой рукояти меча. Она теперь знала, что всего частей -
Бертран размахивал мечом, едва касаясь лезвием молодой коры, магесса мурлыкала простенький мотивчик, расчесывая идеальные даже в путешествии волосы, а Лукас заканчивал складывать припасы в седельную сумку.
– Наконец-то!
– Ингия надула пухлые губы и легко поднялась, отряхивая подол зеленого платья для верховой езды.
– Отлично, выступаем!
– прогремел рыцарь и подхватил с земли блестящий шлем.
– Поешь вечером, - заметив, что Анайя собирается возразить, заявил он, забираясь на крепкого белого коня.
Анайя едва успела поймать яблоко, которое ей бросил разведчик. Виноватый взгляд Лукаса девушку не успокоил. У нее возникло сильное желание бросить это яблоко в шлем рыцаря и послушать, как сильно и долго эта посудина будет звенеть, но решиться на такое Анайя не могла. Вместо этого она низко опустила голову, привычно закрывая волосами лицо, быстро сгрызла яблоко, пока Ингия запихивала в свою седельную сумку большую скатерть, и запрыгнула в седло.
***
Они плелись по раскаленной белой пустыне две недели, а до этого еще три дня пытались выбраться из леса, но город нагов того стоил: многоярусные белые дома-башни с роскошно украшенными куполами вместо крыш жмутся так близко друг к другу, что сливаются в одно большое, величественное строение. Среди белых барханов город больше похож на мираж. Полностью в его реальность можно поверить, лишь вступив в тень, которую отбрасывает самая высокая башня.
Шея Анайи болела: девушка старалась разглядеть все до мельчайшей детали, пока ее спутники жаловались на узость улиц и толпу горожан-нагов. Люди со сплющенными носами и белой кожей, отливающей разными цветами у разных представителей расы, удивленно оборачивались на путешественников, но не торопились выгонять их или задавать вопросы.
Несколько раз возвращавшись, перекрутив старую карту и так, и эдак, путешественники нашли, наконец, заброшенный дом, который служил приютом редким гостям города. Он ничем по виду не отличался от других домов, но на ручке его двери висела яркая красная лента.
Анайя лихорадочно вспоминала то немногое, что знала из отцовских записей об этом необычном народе пустыни, и, как только жара спала и солнце окрасило дома в оранжевый и розовый, выскочила за дверь: пыль внутри старого дома ее не интересовала. Кроме того, именно ее обязанностью стал поиск информации о частях артефакта. Анайя, впрочем, не возражала.
Анайя долго брела по извилистой улице. Сворачивать в переулки опасалась, но не потому, что наги внушали недоверие - боялась заблудиться. Город все больше нравился девушке. Она видела, как широко улыбаются друг-другу наги. Их улыбки, обнажающие туповатые белые клыки, сначала показались Анайе жутковатыми, но девушка быстро заметила добрый блеск в белых глазах горожан, и хищные узкие зрачки совершенно не портили впечатления. Помогало и то, что отец Анайи описывал нагов как светлый и чистый народ.