Чтение онлайн

Неудивительно, что мама так хотела уехать отсюда…

Ее охватила грусть, и она сделала глоток чая с лакрицей – горячий напиток слегка обжег язык, и она резко вдохнула, чтобы немного остудить рот. Поставив кружку на стол, втянула запах лакрицы, поежилась, накинула темно-зеленую толстовку и застегнула молнию до самого верха.

Папа опять все испортил! Ну зачем убавлять отопление? Вечно он так!

Кортни снова посмотрела на экран, голубые отсветы плясали на стенах комнаты. Девочка сидела в «Фейсбуке». Читала, искала, постила – смотрела, у кого

что происходит. Куда ни глянь, все писали о трагедии в школе. Сначала она пыталась найти хоть что-нибудь еще среди новостей френдленты, совершенно не хотелось читать об этом, но не удалось, и она закрыла «Фейсбук».

Массовое убийство – вещь, с одной стороны, ужасная, а с другой – завораживающая, поэтому Кортни и сама не заметила, как снова зашла на свою страницу и стала читать, что пишут друзья. Трое нападавших без видимой причины открыли огонь в школе. По слухам, среди них был Шерман Чан.

– Шерман? – вслух воскликнула Кортни.

Не может быть, лихорадочно думала Кортни, она же знает Шермана! Ну, по крайней мере, знает, кто это! Такой весь из себя ботан, юный компьютерный гений, мало с кем общается. При встрече всегда ей улыбался и был очень… очень мил!

Быть такого не может!

Кортни просмотрела сообщения на форуме и нашла список погибших. Первые три имени оказались ей незнакомы: даже странно, школа-то небольшая, а она о них даже не слышала. А вот четвертое… Тамара Марсден! Кортни словно током ударило, она отстранилась от компьютера, как будто пытаясь спрятаться. Дрожащими пальцами она водила мышкой по странице, читая остальные имена. Дойдя до конца списка, она на мгновение замерла, потом задрожала, зажала рукой рот и разрыдалась.

Кортни долго не двигалась с места.

Страйкер и Фелиция вернулись на перекресток Гор и Пендер. Там, за желтым полицейским заграждением, стоял белый фургон с тремя трупами внутри.

Трикси заперли в машине для перевозки задержанных, было слышно, как она кричит и бьется головой о стальную дверь. Такое случалось сплошь и рядом, поэтому Страйкер до последнего держал ее в кузове.

Обсудив план действий с Фелицией, он вернулся к машине и, с трудом отодвинув холодную тугую защелку, открыл тяжелую дверь. Стальные петли со стоном поддались, дверь распахнулась. В нос ударил запах пота и мочи.

– На выход! – приказал он.

Трикси съежилась в углу фургона, продолжая несильно, но ритмично биться головой о стену. Страйкер повторил приказ, но проститутка не отреагировала. Тогда он сам залез в фургон и схватил ее за плечо. Трикси вышла из ступора и нетвердой походкой выбралась из кузова, чуть не упав лицом прямо на тротуар, но Страйкер вовремя подхватил ее.

Проститутка озиралась по сторонам, а детектив внимательно наблюдал за ней. Поняв, что ее привезли в хорошо знакомый ей район, а не в тюрьму, Трикси немного расслабилась и впервые за все это время более или менее внимательно посмотрела на них, потом на фургон, а затем на ресторан:

– Зачем мы сюда приехали?

– Нам нужна

информация.

Трикси помрачнела. Наручников с нее не сняли, поэтому она время от времени дергала руками, пытаясь привыкнуть к неудобному положению. Страйкер взял ее под левый локоть, Фелиция – под правый, и они вместе перевели ее через дорогу прямо к фургону.

Двери машины были закрыты.

Страйкер взялся за одну ручку, Фелиция – за другую. По сигналу Страйкера полицейские рывком распахнули двери фургона, внимательно наблюдая за выражением лица проститутки. Когда Трикси увидела трупы, у нее не дрогнул ни один мускул, а вот когда Страйкер повернул голову старика так, чтобы ей было видно его лицо, проститутка поджала губы и вздрогнула.

«Она его знает, так я и думал», – пронеслось в голове у Страйкера. Фелиция тоже заметила реакцию Трикси.

– Я его не знаю, – произнесла та вслух.

– Не дури! – Страйкер тряхнул ее за плечо. – Кто это?

– А мне-то откуда знать? – покосилась на него Трикси. – Мало, что ли, тут старых пердунов ходит?

– А тебя всегда так передергивает при виде очередного старого пердуна? – спросила Фелиция.

– Ты о чем, девочка? – процедила сквозь зубы Трикси и жалобно посмотрела на Страйкера. – Мне наручники запястья натерли!

– Хочешь покурить? – спросил он, не шевельнувшись, чтобы поправить ей наручники.

– Да я тебя буду по гроб жизни любить, если сигареткой угостишь! – оживилась она.

– Тогда повернись!

Трикси повернулась спиной, Страйкер снял с нее наручники, а потом подошел к машине и достал из бардачка пачку «Кэмела»: он всегда возил с собой сигареты для подобных случаев. Трикси засунула сигарету в рот, он дал ей прикурить и строго глянул в глаза:

– Без глупостей, поняла?

– Даю слово, чувак! – кивнула она, жадно вдыхая дым.

Страйкер дал ей время затянуться еще несколько раз и успокоиться, а потом продолжил:

– Я провел здесь десять лет, Трикси, и ни разу этого парня не видел! Но ты-то тут всю жизнь крутишься, каждую собаку знаешь… Так что будь добра, скажи мне, кто он!

Трикси взглянула на тело старика на полу фургона и, немного задыхаясь, пробормотала:

– Честное слово, не видела я его раньше! Богом клянусь, Богом клянусь!

– Наверное, ты права, – повернулся к Фелиции Страйкер, – поехали, отвезем ее в участок. Можешь пока все оформить?

– Да я с удовольствием, – лучезарно улыбаясь Трикси, провозгласила Фелиция и ушла.

– Значит, слушай сюда, – бесстрастно произнес Страйкер, повернувшись к Трикси, – мы с тобой не первый день знакомы, я слово держу, ты знаешь. Скажи мне, кто это, и обещаю, держать язык за зубами. Не скажешь – отправишься в камеру за то, что крутилась, где не надо!

У Трикси задрожали руки, она глубоко затянулась и прерывисто выдохнула дым. Страйкер тем временем продолжал:

– А еще предъявлю тебе обвинение в оказании сопротивления сотруднику полиции! Продержу тебя, сколько смогу… ну, скажем, недельку, а может, и побольше…