Ублюдок

Взрыв прогремел в полдень. Разорвал лесное безмолвие и мгновенно стих.

Лань испуганно вскинулась, скакнула вбок и пропала в гуще леса. От неожиданности Шамир вздрогнул и разочаровано зашипел. Перехватил копье поближе к острию и попятился обратно в заросли папоротника. Охота не удалась. День насмарку. Как, видимо, и спокойная жизнь.

«Имперцы?! – полыхнула первая мысль в голове охотника. – Прошлое настигло? Да, я знал, что от него не сбежишь, но…».

Взрыв. Шамир не ожидал

такого. Особенно в землях Вольных Городов. Однако, видимо, грязная лапа Императора Хонгбао добралась и сюда. Иначе как объяснить этот грохот? Так взрываются лишь имперские гренады да палят эти трубы на колесах. Пушки, кажется, так имперцы называют эти приспособления. Их новейшие изобретения последних двадцати лет. Опаснейшие вещи, помогающие Императору Хонгбао с легкостью покорять города и тяжелой поступью завоевателя шагать по своему континенту. Теперь, видимо, захватчики преодолели океан, добрались сюда.

Шамир наблюдал и слушал. Дышал через раз и не двигался. Копье наготове, Ву сжата в тугую пружину и ждет лишь момента, чтобы хлынуть из Источника. Однако шли минуты, а взрыв не повторялся. Тишина. Ни криков, ни походного шума. Войска Императора Хонгбао не перемещаются бесшумно. Их за многие лиги слышно. Вестники хаоса, разрушений и слез. Нет. Тут что-то другое. Вот только охотник никак не мог понять, что именно.

Время ползло невероятно лениво. Шамир думал. Неторопливо. Он не давал воли эмоциям, лишь холодный расчет и все варианты развития дальнейших событий. Которых было немного. Правильный – вообще один.

Эта часть лесов принадлежит деревне Цеюнь. Этими охотничьими тропами ходит Шамир. Ходят и его товарищи. В деревне – близкие люди и теплый бок Хейори. Там – те, кому Шамир небезразличен. Впереди, возможно, те, кто имперскими жерновами перемолотил его лучшие годы и превратил в хладнокровного убийцу. Если на эти земли и, правда, пришли имперцы, то необходимо срочно уводить людей. Но сначала нужно все выяснить.

Так же Шамира толкал вперед долг Мастера Цин-Гун. Хотя им охотник официально уже не являлся. Однако одно единственное правило, которое Шамир не смог забыть, не давало покоя. Защита простых людей. Эффект уголька, который горит, греет других, но, потухнув, становится не нужным.

«Глупец! – с улыбкой подумал Шамир».

И бесшумно побежал на звук взрыва.

Густые кусты, еловый лапник, тугая паутина. Западная тропа осталась по правую руку. Шамир мчался по зарослям, где ходили лишь дикие звери. Если рядом враг, то охотник его первым обнаружит. Он знает эти места как свои ступени Развития. В случае чего сможет затаиться, обмануть, следить, напасть или завести в топи. Сделает все, что потребуется.

Охотник бежал, прислушиваясь, осматриваясь и даже принюхиваясь. Алхимическим порошком, который имперцы используют для своих гренад, не пахло, и это воодушевляло. Может Боги в этот раз смилостивились? Может, даровали удачу? Отвели беду? Шамир не верил Богам.

А лес все так же безмолвствовал.

Шамир на секунду остановился, быстро осмотрелся. Сориентировался на источник взрыва, подкорректировал курс

и помчался дальше. Вскоре охотник, наконец, почувствовал запах. Нет, это был не алхимический порошок. Вокруг просто воняло Ву. Такой сильной концентрации он еще никогда не чувствовал. Будто один из старших Путей лопнул и выплеснулся в мир.

Прямо на бегу, охотник оценивал разлившуюся вокруг энергию. Быстро пришел к выводу, что Ву не враждебна. Наоборот. Она выплеснулась словно жест отчаянья, будто единственный вариант на спасение.

Шамир побежал медленнее. Чаще завертел головой. Тишина. Спокойствие. Лес продолжал жить своей привычной жизнью. Будто ничего и не произошло.

Концентрация разлитой Ву усиливалась. Охотник был на верном пути. Где-то тут и прогремел взрыв несколько минут назад.

Вскоре Шамир оказался на месте. Впереди показалась поляна. Трава примята, кусты поломаны и скручены мощнейшим вихрем дикой энергии. Именно здесь это и произошло.

«Боги! – подумал охотник. – Что же это за Путь такой? Эральд Мурелан? Похоже».

Шамир не торопился выходить на поляну. Возможно, там ловушка. Хотя, для кого? В этой-то глуши. Однако никуда не пропавшие инстинкты Мастера Цин-Гун предостерегали. Инстинкт самосохранения. Это нормально.

Выждав пару минут, охотник, наконец, двинулся к поляне. Медленно и аккуратно ступая, он не издавал ни звука. Поднырнув под низкими лапами высоченной ели, Шамир нырнул в заросли папоротника и замер на самой границе поляны. Его не видно, зато он видит все.

На первый взгляд – никого. Лишь остатки Ву витают в пространстве. Однако, присмотревшись повнимательнее, охотник увидел в траве нечто. Или кого-то. Крохотное тело, лежащее в примятой траве.

Шамир осторожно привстал, не высовываясь из своего укрытия, и с опаской уставился на свою находку. Ребенок. Лет четырех на вид. Густые черные волосы. Одет в пестрое подобие рубахи. На груди намалевано красно-синее существо с белыми глазами, пускающее из рук толстую паутину. Синие штаны. На ногах яркие башмаки с толстой, неудобной подошвой.

Мальчик не двигался. Он то ли спал, а то ли был без сознания. Может, умер. Шамир снова присел, отступил обратно в заросли. Крепко задумался.

Тут явно произошло что-то необычное. Море энергии разлито вокруг. На поляне – ребенок, одетый в необычную одежду. Такую в этих краях точно не носят. Да еще и какой-то паутинный демон изображен на рубахе. Странно. Слишком странно. И опасно.

После долгих раздумий Шамир, наконец, решил подойти поближе к мальчику и осмотреть его. Охотник бесшумно покинул свое укрытие и, пригибаясь, побежал к распростертому телу. Остановился рядом с ребенком, внимательно огляделся и только после этого приступил к осмотру.

Живой, дышит. Просто без сознания. На вид – обычный человек. На коже нет и следов клейма или татуировок. Значит не из секты. Демонических проявлений тоже не наблюдается. Дух, по ощущениям, слабый. Это даже еще не Цин. Хотя очень близко к нему. Что странно в таком возрасте. Но ничего необычного. Таланты встречаются везде и часто.