Убийца Гора
Шрифт:
Я коротко кивнул.
— Кроме того, — продолжал Кернус, — мне известно, что вы подобрали на улице одну из моих девушек.
Я невольно напрягся, рука сама легла на рукоять меча.
— Какой, кстати, у неё номер? — обернулся он к стоящему рядом Капрусу.
— Плюс четыре плюс три, — ответил писец-книжник.
Я предвидел какое-либо упоминание о Велле, потому что маловероятно, чтобы Кернус не был осведомлен о моем с ней контакте. Поскольку в день нашей встречи она вернулась в дом Кернуса довольно поздно, я дал ей подробные инструкции по поводу того, как
— Вы возражаете? — поинтересовался я.
Кернус рассмеялся.
— Вовсе нет, — ответил он. — Но наши медики установили, что она не тянет больше, чем на рабыню красного шелка.
— Я бы очень удивился, если бы вы позволили разгуливать по улицам рабыне белого шелка, — заметил я.
Он усмехнулся.
— Конечно, нет, — согласился он. — Риск слишком велик. Иногда в целых десять золотых. — Он откинулся на спинку кресла. — Номер плюс четыре плюс три, — сказал он.
— Девчонку сюда! — крикнул книжник.
Вскоре из бокового входа в зал втолкнули Элизабет Кардуэл, Веллу. Она была одета так же, как тогда, когда я увидел её впервые у городских ворот: босая, с распущенными черными волосами, в желтой короткой тунике и желтом ошейнике. Она быстро подбежала к каменному постаменту, на котором в высоком резном кресле восседал Кернус, и упала перед ним на колени, склонившись в традиционной позе рабынь для удовольствия и низко опустив голову. Я был удивлен тому, с каким мастерством она это сделала — пробежала короткими, быстрыми шагами, на прямых ногах, почти не сгибая колен и едва отрывая ступни от пола, слегка склонив при этом голову набок и изящно разведя в стороны приподнятые и обращенные вперед ладони, — поскольку этот выход, скорее напоминающий танцевальное движение, от многих рабынь требовал длительного и упорного обучения.
Кроме того, я знаю, насколько Элизабет все это ненавидела. Я вспомнил её на Тарианских равнинах, в землях кочевников. Там было мало женщин, равных ей по выносливости и запасу жизненной энергии, способных часами без устали бежать, держась за стремя скачущего в седле воина. Какими же оскорбительными теперь должны казаться ей представления её нынешнего хозяина об изяществе рабыни.
— Подними голову, — приказал ей Кернус.
Она послушно повиновалась, и по её испугу я догадался, что она впервые за все это время смотрит в лицо хозяину дома.
— Сколько времени ты уже у нас? — спросил Кернус.
— Девять дней, хозяин, — ответила
— Тебе здесь нравится?
— О да, хозяин, — сказала она.
— Ты знаешь, какое наказание тебя ждет за ложь? — спросил Кернус.
Элизабет вздрогнула. Она сложила ладони перед грудью и низко, к самому полу, наклонила голову, ожидая удара кнутом. Один из охранников посмотрел на Кернуса, взглядом спрашивая, что делать — бичевать или приковывать?
Кернус отрицательно махнул рукой.
— Подними голову, маленькая рабыня, — сказал он.
Элизабет поспешно взглянула ему в лицо.
— Сними одежду, — приказал Кернус.
Не говоря ни слова, Элизабет встала и сбросила с левого плеча удерживающую тунику петлю.
— Ты очень хорошенькая, маленькая рабыня, — заметил Кернус.
— Благодарю вас, хозяин, — произнесла девушка.
— Как твое имя? — спросил он.
— Номер плюс четыре плюс три, — ответила она.
— Нет, — сказал Кернус, — каким именем ты хочешь, чтобы тебя называли?
— Веллой, — ответила она, — если это приятно хозяину.
— Хорошее имя, — кивнул Кернус.
Она покорно уронила голову.
— Я вижу у тебя клеймо четырех рогов боска, — заметил Кернус.
— Да, — ответила она.
— Это клеймо кассаров, не так ли?
— Нет, хозяин, тачаков.
— А где же кольцо? — удивился Кернус.
Тачакские женщины, свободные и рабыни, носят в носу тонкое золотое кольцо, маленькое и изящное, чем-то напоминающее обручальные кольца землян. Тяжеловесные боски, эти неизменные спутники народов фургонов — как кассаров, так и тачаков, — тоже носят в носу такие кольца, но значительно крупнее.
— Мой последний хозяин Кларк из дома Кларка в Тентисе снял его, — ответила девушка.
— Глупец, — недовольно бросил Кернус. — Такое замечательное кольцо. Это только лишний раз доказывает, что представления этих варваров о красоте и удовольствиях настолько дики, что не поддаются пониманию жителей цивилизованных городов.
Элизабет не ответила.
— Как-то у меня была тачакская девчонка, — продолжал Кернус. — Настоящая дикарка, но я был с ней добр, пока она не попыталась меня убить. Тогда я задушил её вот этой самой цепью. — И он показал на цепь с медальоном у себя на шее.
— Я не настоящая тачакская женщина, — заметила Элизабет. — Я простая девушка с островов к северу от Коса. Я была захвачена пиратами из Порт-Кара и продана погонщику тарнов. Потом меня отвезли и снова продали в Тарии, а затем обменяли на двадцать босков тачакам, где мне надели кольцо и поставили клеймо.
— А как ты оказалась в Тентисе? — поинтересовался Кернус.
— На фургоны тачаков напали кассары, — ответила Элизабет. — Они увезли меня с собой и продали тарианам. — Она на минуту замолчала, словно охваченная тяжелыми воспоминаниями. — Позже меня продали далеко к северу от Тарии, а через год в фургоне для рабов я оказалась на осенней ярмарке под Сардаром, где меня продали дому Кларка, откуда мне вместе со многими другими посчастливилось быть выкупленной домом Кернуса из славного города Ар.
Ответ
1. Библиотека венгерской литературы
Проза:
роман
рейтинг книги
Рассвет русского царства
1. Новая Русь
Документальная литература:
историческая литература
рейтинг книги
Заре навстречу
Проза:
русская классическая проза
рейтинг книги
Тайны исчезнувших цивилизаций
Все загадки Земли
Научно-образовательная:
история
культурология
рейтинг книги
Идеальный мир для Демонолога 5
5. Демонолог
Фантастика:
боевая фантастика
юмористическая фантастика
аниме
рейтинг книги
Историки Греции
Библиотека античной литературы
Научно-образовательная:
история
философия
культурология
рейтинг книги
Избрание сочинения в трех томах. Том второй
Проза:
советская классическая проза
рейтинг книги
Фабр
428. Жизнь замечательных людей
Документальная литература:
биографии и мемуары
рейтинг книги
Психотехника рукопашной схватки
Дом и Семья:
спорт
рейтинг книги