Убить зону
Шрифт:
К тому же можно быть уверенным: после объявления такого нешуточного приза в Зону полезут и совсем безбашенные стрелки со стороны, которые про Буку и знать-то ничего не знают.
И тут Мауса словно кольнула изнутри простая до оторопи мысль: если неведомые заказчики не пожалели миллиарда — выходит, они действительно боятся угрозы со стороны странного парня из Зоны! Значит, все это и вправду не бред воспаленного воображения Буки, не ночные фантазии, а вполне реальная угроза!
Значит, кто-то действительно испугался за Зону. Что исчезнет с лица Земли это место, где можно жить и играть
В наступившую паузу ворвались отдаленные автоматные очереди. К ним добавились гулкие хлопки дробовика и тут же — низкий рокот взорвавшейся гранаты. Маус прислушался. Стволов пять-шесть. Бьют длинными очередями, промежутки между ними короткие — значит, палят не прицельно. По всему — стреляющим приходится несладко. В подтверждение его мыслей донесся приглушенный раскатистый рев. Ещё пара беглых очередей — и все стихло.
— А может, не стоит и беспокоиться? — разглядывая бандита, как бы рассуждая с самим собой сказал майор. — Подопечные Доктора — они сюда никого не подпустят. А ведь еще полно аномалий — Болото, как-никак.
Бандит нахмурился, гаденькая улыбочка пропала с его лица. Он произнес — нагло, с расстановкой:
— А когда это сталкеры тварей боялись?
— Какой ты сталкер, шкура?! — прорычал Маус, сжимая кулаки. Майор жестом остановил его.
— Нормальный, — отозвался Валун. — По понятиям живущий. Так вот что я скажу: нас будут жрать одного за другим, а мы будем лезь и лезть, пока эти твари не подавятся! Ты не думай: как мы на Болото отмычек толпами погоним, мутанты блевать от обжорства станут. Но свое мы возьмем!
И тут тихо, словно привидение, вынырнул из темноты Бука, стремительно приблизился и навис над изумленным бандитом.
— А вот он я! — ледяным голосом проговорил он. — Тебе нужна моя голова — так возьми ее!
Валун вдруг сжался в какой-то жалкий комок, съежился и закричал отчаянно, высоко:
— А, пустите меня! Пустите, не хотел я, не хотел! Не виноват я ни в чем, просто наболтал с перепугу! А, пустите, суки, изверги! Пустите меня, душегубы!
С бандитом, по всему, приключилась истерика. Или же это было очередное пускание пыли в глаза, напускной припадок — просто чтобы оставили в покое. На непривычных людей такие зековские закидоны могут произвести определенное впечатление. Но, видимо, не на майора Самохина. Тот спокойно поднялся, отряхнулся, не спуская глаз с катающегося и орущего бандита и коротко, с ноги въехал с самый центр композиции. Истерика захлебнулась тихим воем.
— Повторить? — поинтересовался майор.
Валун притих окончательно. Замер, скрипя зубами от боли и ненависти. Маус с Петлей быстро зафиксировали бандита. Монах принес и поставил рядом с ним железную кружку с водой, пододвинул ее стволом «вертикалки», положил рядом кусок хлеба с сыром из хозяйских запасов. Уже покинув сарай, Маус вроде бы услыхал, как Валун шепотом вымаливает у Монаха отпущения грехов или чего-то еще в этом роде. Что ответил Монах, так и осталось неизвестным. Во всяком случае, тот вышел последним, прикрыл дверь и задвинул массивный
Они снова сидели в большой комнате, вокруг деревянного стола, и никто больше не ощущал ни уюта, ни защищенности на территории Болотного Доктора: во-первых, куда-то подевался он сам, а во-вторых, за окнами ревели и бесновались потревоженные монстры. Оставалось надеяться, что мутанты все-таки не станут ломиться в дом самого Болотного Доктора.
Маус краем глаза наблюдал за майором. С момента бурного знакомства он несколько остепенился, однако и сейчас сталкер ничуть не сомневался ни во властности, ни в амбициозности этого человека. Единственное, в чем он изменился, — стал лучше управлять своими эмоциями. По крайней мере, вспышек, подобных недавней «бычке», вроде не предвиделось. Но и сейчас он заговорил первым:
— Я полагаю, охотники за головами еще не контролируют ситуацию в полной мере. Думаю, можно найти путь для прорыва — и уйти с болот.
— Куда уйти, и главное — зачем? — мрачно спросил Маус. — За Букой будут охотиться по всей Зоне.
— Я никуда не уйду, — мрачно сказал Бука, разглядывая свой ПДА. Красная точка горела в центре — как влитая. — Я должен довести до конца свое дело.
— Но ведь тебе все равно нужно найти Марево? — вкрадчиво сказал майор. — Значит, нужно идти — и искать его.
— Куда идти? — поинтересовался Монах. — Всякое скитание должно иметь цель.
— Во всяком случае, уйдем мы с Антоновым, — сказал Самохин. — Я отвечаю за судьбу погибшей миссии, и не допущу, чтобы последний оставшийся в живых сгинул в болотах. Кому-то придется выступить перед комиссией…
— Я никуда не пойду! — решительно заявил Антонов. — А если пойду — то только с Букой. Вы не понимаете, майор, это парень сам по себе — более важное открытие, чем этот чертов контейнер с чертовым «Зет-восемь»!
Майор замер в недоумении. Что-то ломалось в его сложившихся представлениях о том, что и как должно складываться в жизни, как должны реагировать на его слова и приказы те или иные люди.
— То есть вы хотите сказать, Антонов, что в нарушение контракта отказываетесь подчиняться своему непосредственному военному руководству? — угрожающе произнес Самохин. — Я правильно понял?
— Совершенно верно, — твердо сказал Антонов. — А если этому парню действительно удастся вернуться в прошлое и предотвратить катастрофу — одно это будет стоить всех открытий, сделанных в черте Периметра. Да и вообще — за всю историю человечества.
Майор мрачно посмотрел на Антонова, перевел взгляд на остальных. Устало опустил голову. Отчего-то на этот раз его не тянуло в перепалку. По всему было видно — устал, выдохся вояка. Что неудивительно после всего, что с ним приключилось.
— Делайте, что хотите, — вяло сказал он. — Есть еще что выпить?
Монах выставил на стол припрятанную бутыль с остатками настойки. Разлили понемногу, стали потягивать, предаваясь невеселым раздумьям.
В стороне от других, сидя на лавке, Бука мрачно смотрел на экран своего ПДА. Красная точка не давала ему покоя. Что же такого он не сделал еще, отчего не открывает ему Монолит это проклятое Марево?!