Чтение онлайн

– Самойлов, выбирай, - потребовал декан.
– Или ты станешь хорошим врачом или паршивым боксёром. Учти, второго Мухаммеда Али из тебя не получится.

Декан слыл среди студентов авторитетным товарищем. За спиной у него была докторская диссертация, чёрный пояс по карате и два инфаркта. Как ни крути, человек с большим жизненным опытом, к нему стоило прислушаться.

Олег и без внушений декана понимал, за областное первенство по боксу в лёгком весе он ещё может побороться, а всероссийское - абсолютно бесперспективно. Карьера вышибалы или телохранителя его не привлекала. Оставалась только медицина. И студент

засел за учебники. Тройки сменились четвёрками, случалось, и пятёрки проскакивали.

Отличником в институте Олег так и не стал. И дело не в анекдоте про красный диплом и синюю рожу. Простой жизненный опыт показывает: Профессиональные ботаники редко добиваются успехов в карьере. Потому что мало накопить гигабайты знаний, надо уметь эти знания применять. Зубрилки в большинстве своём оставались после выпуска серенькими личностями, мало на что способными в реальной клинике. Хорошисты же, не засушившие мозги учёбой, легко осваивали новые специальности и двигались вперёд, энергично расталкивая локтями конкурентов.

После института земляки подсказали, к кому обращаться, чтоб взяли в ординатуру при московской клинике. Землячество - великая вещь! Но только до определённого предела. Когда к тебе на дежурство привозят мужика, у которого целые кости пересчитать легче, чем сломанные, земляки ни ничем не помогут. Самому соображать надо. И Олег соображал, наращивал на скелет теоретических знаний мясо практических навыков.

Военком не был оригинален, когда повесткой поздравил Олега с окончанием ординатуры. В честь очередного климакса в политике армия спешно комплектовала части до штатов военного времени, военкоматы вызывали резервистов, в том числе и медиков, и Олег попал под раздачу. Вечером он, ещё свободный гражданин своей страны, обмывал с коллегами новенький сертификат специалиста, а утром с больной головой и дурным настроением искал "свой" военкомат. Отдавать воинский долг Родине Олегу отчаянно не хотелось. А потом был медицинский батальон в бригаде с труднопроизносимым названием и перевязки в трясущемся от разрывов подвале, ассистирование Вахмистрову, тогда ещё беззаботному матерщиннику и любителю выпивки. Вахмистров оценил способность молодого лейтенанта не теряться, даже когда кровь из рассечённой артерии хлещет в морду, заливая глаза. Итогом знакомства стало направление в Медико-Биологический Институт.

И всё же, куда бы не забросила Олега судьба, он всегда помнил светлый сосновый бор за околицей, сад, в котором яблони сгибались под тяжестью плодов и кирпичный домик с палисадником. Дом его детства. Гоня машину от белорусского Мозыря на юг, Олег возвращался в родные края.

Полесье, и раньше не слишком населённое, после второй Чернобыльской катастрофы обезлюдело совсем. Второй час в пути Олег видел только лес, лес, лес.... По обочинам медленно таяли сугробы, покрытые грязной ледяной коркой. Грязь, нанесённая на проезжую часть с полей, веером летела из-под колёс встречных машин.

Гражданские машины почти не встречались, зато на дороге было много военной техники. Полчаса Олег не мог обогнать колонну МАЗов. Грузовики делали от силы шестьдесят километров в час. Олега так и подмывало утопить педаль газа в пол, но как только врач выходил на встречку, впереди показывалась машина и Олег нырял за крайний грузовик. Сидящие в тентованном кузове солдаты безразлично наблюдали за попытками штатского обогнать колонну.

На перекрёстке колонна свернула и Олег наконец смог прибавить газу.

Олег заехал на заправку. Не зная, как обстоят дела с бензином в Болоте, он решил, приехать в посёлок с полным баком. К машине подошёл работник в фирменном комбинезоне и нагнулся к приоткрывшемуся окну.

– Привет земляк.

Олег с удивлением уставился на рожу, бугристую как у кабана-бородавочника. Среди своих земляков таких уродов Олег точно не знал.

– Какой я тебе земляк, ты чё, парень?

Уродец стащил с неровного черепа шапку-менингитку.

– Присмотрись, Самойленко. Соседей не узнаёшь?

В бородавчатом уродце Олег с трудом узнал Серёгу Ковтуна, жившего через улицу от Самойленок. В детстве они с Ковтуном то ссорились из-за пустяков и дрались, то мирились и вместе лазили через колючку в зону отчуждения, где, как известно, трава зеленее, и малина слаще. Давно это было...!

– Привет, Серый, - Олег вылез из машины и протянул руку для рукопожатия. Перчатку, однако, не снял, не смог пересилить брезгливость.
– Как это тебя разукрасило?

– Это всё Зона, - Ковтун глянул на протянутую руку в перчатке, всё понял, и пожимать её не стал.
– Вы, Самойленки, всегда хитрожопыми были. Сразу подорвались и уехали. А мои родаки что-то выгадывали. Вот нас и накрыло. Из моих только я да сеструха выжили. Ладно, чего тебе залить?

– Двадцать литров девяносто второго.

– Бак сам откроешь или не побрезгуешь, мне позволишь?

– Серый уймись!
– Олег спокойно выдержал пронзительный взгляд уродца.
– Открывай бак и заливай.

Земляки выросли на одной улице, учились в одной школе и покинули родное село с разницей в пару дней. Но Олег, гладко выбритый и хорошо одетый, смотрелся барином рядом с обтёрханным и помятым Ковтуном. Есть от чего взбеситься! Олег понимал своего земляка и почти сочувствовал ему. Он зашёл в помещение заправки, расплатился за бензин. Сквозь витринное стекло врач наблюдал, как Ковтун стоит у машины с заправочным пистолетом в руке. Вынув пистолет из горловины, уродец воровато оглянулся и плюнул на боковое стекло. Решив, что его никто не видит, Ковтун аккуратненько растёр плевок рукавом.

– Давно у вас этот чудик работает?
– спросил Олег у кассирши.

– Да уж пол года, - ответила тётка.
– Заставили взять. Их чуть ли не силком трудоустраивают, чтоб не болтались попусту.

Олег вышел к машине, бросил на сиденье купленный на заправке пакет с соком.

– Серый!

– Чего, земляк?

– Ничего. Ещё раз плюнешь - зубы монтировкой выбью.

Ковтун обнажил подгнившие клыки в жутковатой ухмылке.

– Валяй!

– Жалко тебя, урода. Бывай.

Олег тронулся и выехал на трассу, но как только заправка скрылась из вида, свернул к обочине. Он достал из багажника ворох чистой ветоши и фляжку с медицинским спиртом, который обычно добавлял в бачок омывателя. Олег щедро смочил ветошь, протёр оплеванное стекло и крышку бензобака, за которую брался Ковтун. После встречи с земляком у Олега осталось такое ощущение, будто ему наплевали не на машину а в душу. Врач скомкал использованную тряпку и бросил в кусты, смочил спиртом ещё одну и протёр стекло снова. Конечно, спиртом душу не отмоешь, но всё же, после дезинфекции стало полегче.