Чтение онлайн

– А вот и неувязочка!

– А мне пофиг ваша неувязочка».

– Это что? Анекдот? Про меня?

Тетка Кирилла, вежливо постучав, отворяет дверь и спрашивает не хотим ли мы чаю. Мы пока не хотим. Мило улыбнувшись, она удаляется на свою территорию.

– Хороший анекдот, – неуверенно сказала я, пытаясь сообразить, пофигист я или нет.

Наверное – нет. Или – да? Мне много что не пофиг кроме любви и денег. Хотя денег мне много не надо. От них одна суета и головная боль. Но без них тоже как-то неуютно. Еще мне не пофиг чужие несчастья, слава богу своих пока

нет. А те что были – в прошлом. Еще мне не пофиг все, что связано с человеческой жестокостью в отношении слабых и животных. И не пофиг, что будет дальше с моим городом. Очень даже не пофиг. Список продолжал расти, вбирая в себя даже воздух, грязный от жизнедеятельности машин.

– Кирилл, по-моему, этот анекдот про тебя.

– Как сказать.

Недомолвки, закрученные по спирали мысли, полный бардак в его голове. Казалось, чего ему надо? Рождение обеспечило ему уровень жизни, доступный немногим. А он все пытается докопаться неведомо до чего. Быть может, смысл жизни ищет? Самое напрасное времяпровождение.

– А я один раз работала. Честное слово. Мы с девчонками машины мыли. Под присмотром моего папы. Он считает, что надо попробовать заработать свои деньги. Весело было. А ты хоть раз работал?

– Мои предки против. Хотя я и не пытался. Еще наработаюсь.

Кто бы сомневался! Наверняка его готовят к другому будущему. Про которое я могу пофантазировать, но увидеть – только в кино про богатеньких буратин.

– И самое важное – научись слушать и слышать, – Кирилл снова заводит свою шарманку.

Если бы он не был таким симпатичным, если бы я относилась к нему чуть хуже, я бы с легкостью послала его куда подальше с его нравоучениями. Если бы… Я просто не представляю, как я смогу без него жить. Просто волшебство какое-то! Вот ничего такого в нем нет. Не красивее многих. И характер такой сложный. Горе мне, горе…

– Ты снова не слушаешь, – упрек не по адресу.

– Я слушаю. А обвинять меня в невнимательности тупо!

– Тупо носиться как угорелая кошка и визжать про свою трагическую непонятость. А эти потрошеные мишки!

– Ага. Лучше? как моя мама, толстеть на килограмм в год и не видеть в жизни ничего интересного. Она – скучная.

– Твой отец так не считает. Наверное, когда они познакомились, она была веселая.

Я такого монстра вообразить не в состоянии. Веселая мама, это как сверхзвуковой бегемот. Обхохочешься.

– Она – эмоциональная калека. Она просто диктатор, придавленный другим диктатором. Ее сестрой. Которая директриса. Она всегда считала маму никчемной. И она теперь никчемной считает меня. А чего, спрашивается, я могла такого крутого сделать? В космос слетать?

– Масло масляное.

– Не придирайся к словам, умник.

Потом была пауза. Третий поцелуй за день. Несколько небрежный, на мой взгляд.

– Вот дома меня постоянно критикуют, а твоя тетка считает, что я прелесть, – похвасталась я.

– Врет.

– Правда! Она сама так мне сто раз говорила!

– Врет. И правильно делает.

– Почему? Разве врать правильно?

– Еще как. Врать надо как можно

чаще. Людям это нравится. Народ просто балдеет, когда ему вешают сладкую лапшу на уши. Поверь, если бы тетка сказала тебе правду, то ты повесилась бы сто раз.

Мне становится не по себе. Я просто не знаю, как реагировать. И есть хочется.

– А дядя?

– Тот врет всегда. Работа такая. Он – враль при погонах. Ты ему тоже как кость в горле.

Признаюсь, я взбеленилась. Особенно когда вспомнила свои советы однокласснику. Мол, привирай, тогда будешь всем нравиться. Вот дура. Хотя я совсем другое имела в виду. В моем понимании привирать – значит говорить приятным людям всякие приятные слова. Просто так, для поднятия настроения. Чтоб им было приятно. Например, похвалить за пустяковое дело. А еще лучше – не за пустяковое. Хвалить надо каждое живое существо хотя бы раз в день. Тогда мир станет лучше, потому что в нем будут жить люди, которым хочется делать хорошие дела. За которые их непременно похвалят. А зачем его родичи врут? Какого рожна им надо? От обиды и несправедливости слезы начали подступать к глазам.

И тут Кирилл изрядно испортил мне настроение:

– Ты все-таки порядочная психопатка. Чуть что, глаза на мокром месте. Хочешь зеркало дам посмотреть? Нос уже краснеет.

Так нельзя разговаривать с девушками. Это неправильно. Неужели не понятно, что он меня обижает?

– А ты – отмороженный на всю голову, – не оставаться же в долгу?

– Ты хоть сама замечаешь, как часто выходишь из себя по любому поводу?

– А ты затаился в себе как пожизненно заключенный.

– Не зря про эмо говорят, что с ними очень трудно выдержать один час!

– Никто терпеть не просил. Я не навязываюсь!

– Вот это и называется исступлением.

– А твое поведение называется отупением!

Так мы в первый раз поругались по-настоящему. Вдрызг. С хлопаньем дверью. Не слишком громко, чтоб тетя не услышала. Хотя я пылала желанием высказать этой коварной тихушнице все, что я о ней думаю.

Всего три поцелуя!

Может, стоило промолчать и не лезть в бутылку? А нос и вправду красный. Он всегда так себя ведет, если плакать хочется. Вот возьму и не пойду завтра в школу. Пускай помучается. Дошла почти до дома и подумала: а вдруг ему по фигу, приду я или нет? А если я не приду, а он даже не позвонит и не спросит, что со мной? И что я тогда стану делать? Зная свой характер, ни за что не сделаю первый шаг к примирению. А вдруг он не понял, что мы поругались?

Вот хрень! И что теперь делать? Позвонить и напомнить, что мы в ссоре? Кретинизм. Не пойти в школу? Чтоб узнать наверняка, волнуется ли он за меня? А если ответ отрицательный?

Неужели я попала в зависимость от противного гадкого мальчишки?

Сдохну, но не подам виду, что он меня волнует.

Сдыхать не пришлось. Вереница эсэмэсок – «прости», «Стасик-карасик», «не забудь про контрольную», «я уже скучаю без тебя», «моя тетка – дура», «целую тебя в нос», «ку-ку!». При чем здесь «ку-ку», я так и не въехала, но улыбалась до ушей.