Убить босса!
Шрифт:
SMITH & SONS
По глазам замерших за столом господ было понятно, что повидать им в жизни пришлось многое, но аналогий произошедшему никто из них не находит. Осколки стекла зеркального витража стены, покрывшие весь стол брызгами размером от квадратного сантиметра до квадратного дециметра, лежали поверх бумаг, фирменных бланков, дорогих авторучек и перевернутых письменных приборов. Перед ними стоял мужчина с сединой в висках и очевидным бесом в ребре, в слегка разорванном костюме от Ponti. Он держал на руках симпатичную девушку
На лицах сыновей адвоката Смита читался ужас. Они понимали, что сделка ценой в 3 миллиона долларов, которую они начали заключать полчаса назад, откладывается, понимали, что за спиной стоявшего перед ними Капитана Америки и его подруги только небо Манхэттена и более ничего. Им, вероятно, хотелось что-то сказать, но они не спешили этого делать в надежде, что первым это скажет кто-то другой.
Но первым заговорил тот, что держал на руках секретаршу. И заговорил он на странном языке, как и положено пернатым его уровня.
Verevka, svoloch, korotka…
Но потом снизошел и до английского:
– Господа, у меня нет сверкалки, как у агентов в чёрном, но всё-таки прошу вас забыть о случившемся. Сейчас мы уйдем, вы придете в себя, и последнее, что останется в вашей памяти, это чайка, сошедшая с курса над Гудзоном.
Прохрустев по столу до самого его конца, мужчина спрыгнул, опустил девушку на землю и потянул её за руку к выходу. Через секунду, как он и обещал, о странном происшествии напоминали лишь осколки стекла на полу и столе.
– Нужно вызвать стекольщиков, здесь ужасный сквозняк, – сказал после долгого молчания председательствующий.
Трое ворвались в кабинет советника президента «Хэммет Старс», когда тот ещё стоял на подоконнике. Его позиция была уязвима, как никогда, но достать его сразу у оставшейся части банды латиноамериканца Бронко не получилось. Ударивший в лицо кислый запах пороха и крови остановил их на пороге, и ещё пять секунд у них отнял раненый боец, ползущий к ним по полу, как таракан. Он умолял вызвать врачей и волочил раздробленную ногу, оставляя на полу широкий багровый след…
Выглянув в окно, один из головорезов Малкольма сделал это скорее машинально, чем повинуясь разумному началу. Увидеть с высоты тридцать третьего этажа два размазанных на асфальте тела дело весьма мудреное и требует если не специальной оптики, то хотя бы примитивной фантазии. Ни того, ни другого у бандита не имелось, а потому его нырок косматой головой в распахнутое окно явился фактом очистки совести.
Однако каково же было его удивление, когда он увидел, что русский, удерживая на руках девку, как Спайдермэн, отталкивается от стены и пытается разбить ногами витраж пятьюдесятью метрами ниже.
Включив соображение, латинос высунулся ещё ниже и обнаружил стальной альпинистский крюк, вбитый в стену. К нему был пристегнут мощный карабин, удерживающий трущийся о стену и тем привлекший внимание, цилиндр. Если бы он был выкрашен в красный цвет, его запросто можно было спутать с огнетушителем.
– Что за чёрт?! – воскликнул латинос, с растерянным видом обернувшись
Эти секунды общего недоумения и спасли жизнь Мартынову и Сандре. В тот момент, когда они разносили в брызги зеркальную стену офиса SMITH&SONS, один из головорезов сорвал с пояса нож, перегнулся и одним движением отсек цилиндр от веревки. Когда Мартенсон произносил свою непонятную фразу о веревке, сетуя на её убогую длину, она просвистела за его спиной, путаясь в клубок, как эфа.
– Вниз, все вниз!! – скомандовал латинос. – Через две минуты тут будет взвод брандмейстеров!..
– А как же я?! – возопил обезноженный бандит, разрывая глотку от гнева и боли.
Не успеть с ним, подумалось сменщику Брон-ко, и он, ничтоже сумняшеся, направил на бывшего соратника пистолет и трижды нажал на спуск. Третий, с мокрыми брюками и разбитой мордой, выразил желание идти своими ногами. Через минуту в кабинете осталось лишь несколько тел, поливаемых сверху тремя душевыми лейками. Вода, оказываясь на полу, смешивалась с кровью, превращала её цвет из черного в розовый и расползалась по всей площади кабинета бывшего советника «Хэммет Старс»…
Перед тем, как в кабинет зайдет один из пожарных, чтобы понять, что происходит – из окон здания не валит дым, хотя пульт автоматической системы безопасности показывает обратное – сюда вбежит обезумевший Кеннет.
Ныряя в углы и заглядывая в шкаф, он будет что-то искать и проклинать всё на свете писклявым, вызывающим жалость голосом. Он сделал всё, о чем его просили, он позвонил, сообщил, сдал… Но почему в награду он получает наказание, которое теперь не в силах отменить даже всемогущий мистер Малкольм?..
Услышав по рации сообщение напарника, он почти зарыдает в голос. Обстановка свидетельствовала о том, что полиция здесь гораздо нужнее, чем пожарные. И нет сомнений, что, в отличие от Кеннета, у детективов будет в десять раз больше времени, чтобы осмотреть кабинет Мартенсона.
Кеннет выбежит из кабинета и удалится в уборную. Там он будет биться головой о стену и проклинать тот момент, когда, войдя в офис Мартенсона, позволил себя приобнять за талию и убедил рассказывать девке то, что, наверное, знает весь штат «Хэммет Старс»… В пункте сорок шестом инструкции сотрудникам «Хэммет Старс» сказано, что сотрудник службы безопасности обязан следить за своим оружием и не допускать его передачи в другие руки…
– Кеннет! – раздался взволнованный голос напарника, приоткрывшего дверь в уборную. – Ты здесь? Полиция…
Глава 4
ЗНАКОМЬТЕСЬ, ГЕНРИ ЧЕСКИ
Это был человек, о котором в его участке не вспоминают без кислой гримасы и чувства внутреннего дискомфорта. Этот сорокавосьмилетний детектив убойного отдела был в состоянии разлохматить чувства любого напарника в течение одного дня совместной работы. И, хотя менять напарников является моветоном, Чески это ничуть не тревожило по той причине, что менял не он, а лейтенант Кросби, и по просьбе как раз напарников Чески.