Чтение онлайн

Он опробовал поочередно разные ключи из своего комплекта, пока не наткнулся на такой, который завел двигатель. Джо понравился здоровый звук работающего мотора. Эта форма регрессии, так же, как и бумажник из настоящей воловьей кожи, показалась ему переменой к лучшему: современным средствам транспорта, совершенно беззвучным, не хватало этого ощутимого, реального проявления мощи.

«Теперь сцепление, — подумал он. — Слева, в глубине. Нажать педаль сцепления до пола, потом рычагом включить скорость». Он попытался проделать это и услышал жуткий скрежет металла

по металлу. Видимо, он не до конца выжал сцепление. Он попытался еще, и н;а этот раз ему удалось включить скорость.

Машина неуверенно двинулась с места; она дергалась и дрожала, но все же ехала вперед. Медленно проезжая по улице, Джо почувствовал прилив оптимизма.

«Попробуем теперь найти этот чертов аэродром, — подумал он. — Прежде чем будет слишком поздно; прежде чем мы окажемся в эпохе двигателя типа «Гном», с цилиндрами, торчащими наружу».

Спустя час он оказался на аэродроме, поставил машину и принялся разглядывать ангары, рукав, указывающий направление ветра, и старые бипланы с деревянными винтами. «Что за зрелище!» — подумал он. Воскрешенные реликты минувшего тысячелетия, не имеющие связи со знакомым ему реальным миром. Фантастические видения, на мгновение заблудившиеся в поле зрения, скоро и они исчезнут — задержатся при жизни не дольше, чем продукты современной техники. Как и все другие, они будут сметены процессом дегенерации.

Он вылез из машины и, чувствуя тошноту, направился к главным зданиям аэропорта.

— Какой самолет я мог бы нанять на эту сумму? — спросил он первого попавшегося человека, раскладывая на столе перед ним всю свою наличность. — Мне нужно как можно быстрее попасть в Де-Мойн, и я хотел бы вылететь немедленно.

Лысый мужчина, с крашеными усами и в очках, молча посмотрел на банкноты.

— Эй, Сэм! — крикнул он, повернув свою круглую голову, похожую на яблоко. — Иди, взгляни на эти деньги!

К ним подошел другой мужчина, одетый в полосатую рубашку с просторным рукавами, хлопчатобумажные брюки и полотняные туфли.

— Фальшивые деньги, — сказал он, едва взглянув на них. — Банкноты для игры. На них нет ни Джорджа Вашингтона, ни Александра Гамильтона. — Оба мужчины внимательно разглядывали Джо.

— У меня есть «ла салле» 1939 года, она стоит на стоянке, — сказал Джо. — Я отдам ее, если меня доставят в Де-Мойн любым самолетом, который сможет туда долетать. Интересует вас такое предложение?

— Может, Огги Брент? — сказал после долгого раздумья лысый мужчина в очках.

— Брент? — спросил, подняв брови, работник в хлопчатобумажных брюках. — Ты имеешь в виду его «Дженни»? Этому самолету более 20 лет. Он не долетит даже до Филадельфии.

— Тогда, может, Макги?

— Но он сейчас в Ньюарке.

— В таком случае — Сэнди Джесперсен. Его «кюртисс-райт» способен долететь до штата Айова. Раньше или позже. — Он повернулся к Джо. — Идите к ангару номер три и поищите красно-белый биплан марки «кюртисс». Вы найдете там низенького толстого человека, который будет возиться с ним. Если он не отвезет вас, никто другой

с нашего аэродрома не возьмется за это. Разве что вы подождете до завтра, пока не вернется Макги со своим трехмоторным «фоккером».

— Спасибо, — сказал Джо и вышел из здания. Быстрым шагом он направился к ангару номер три, уже издалека видя красно-белый самолет.

«По крайней мере, совершу это путешествие не на ДН — учебном самолете времен последней войны, — подумал он и тут же задал себе вопрос: — Откуда я знаю, что «Дженни» — это прозвище самолета ДН? Боже, — думал он, — в моем мозгу появляются эквиваленты разных понятий этого периода. Ничега удивительного, что я смог вести «ла салле»; я всерьез начинаю психически приспосабливаться к этому времени».

Рыжий низенький толстый мужчина протирал промасленной тряпкой колеса своего биплана. Заметив приближающегося Джо, он встал.

— Мистер Джесперсен? — спросил Джо.

— Точно. — Мужчина разглядывал его, явно заинтригованный его костюмом, который не прошел регрессивного преобразования. — Чем могу служить?

Джо объяснил, чего хочет.

— Вы хотите дать машину «ла салле», новую «ла салле», за перелет до Де-Мойна? — Джесперсен задумался. — Точнее, туда и обратно, ведь я должен буду вернуться. О’кей, я посмотрю эту машину. Но ничего не обещаю.

Они вышли на стоянку.

— Что-то я не вижу здесь никакой «ла салле» 1939 года, — подозрительно сказал Джесперсен.

И он был прав. «Ла салле» исчезла. Вместо нее Джо увидел маленький «форд» с брезентовым верхом. Машина была очень старой, как ему показалось, 1929 года. И почти ничего не стоила — он видел это по лицу Джесперсена.

Ситуация стала явно безнадежной. Он никогда не доберется до Де-Мойна. А это, — утверждал в своем рекламном ролике Ранситер, — означало смерть, такую же, как у Венди Райт и Ала.

Теперь это только вопрос времени.

«Лучше умереть иначе», — подумал он. Потом вспомнил об «Убике», открыл дверцу «форда» и сел за руль.

На сиденье рядом с ним лежала бутылка, которую он получил по почте. Он взял ее в руки…

…и увидел нечто, что, в сущности, его не удивило. Бутылка, так же как и машина, отступила во времени. Теперь это была плоская, лишенная швов, фляжка — такие бутылки отливали в деревянных формах. Действительно, она была очень старой: пробка из мягкой жести казалась сделанной вручную, как пробки, производившиеся в конце XIX века. Изменилась и этикетка: подняв бутылку, он прочел отпечатанные на ней слова:

«ЭЛИКСИР «УБИК». ГАРАНТИРУЕТ ВОЗВРАЩЕНИЕ УТРАЧЕННОЙ МУЖЕСТВЕННОСТИ И ИЗГОНЯЕТ ИСПАРЕНИЯ ВСЕХ ВОЗМОЖНЫХ ВИДОВ.

ТАКЖЕ ПОМОГАЕТ МУЖЧИНАМ И ЖЕНЩИНАМ, ЖАЛУЮЩИМСЯ НА ИСЧЕЗНОВЕНИЕ РЕПРОДУКТИВНЫХ СПОСОБНОСТЕЙ. УПОТРЕБЛЯЕМЫЙ ТОЧНО ПО ИНСТРУКЦИИ, СТАНОВИТСЯ БЛАГОТВОРНЫМ ЛЕКАРСТВОМ ДЛЯ РОДА ЛЮДСКОГО».

Дальше что-то было написано мелкими буквами, ему пришлось прищуриться, чтобы прочесть.

«Не делай этого, Джо. Есть другой способ. Пробуй дальше, и найдешь его».