Чтение онлайн

С одной из электростанций московской электросистемы был снят и установлен на Челябинской ТЭЦ единственный в стране турбогенератор мощностью в 100 тыс. киловатт. Станция возводилась как оборонный рубеж. И по мере ввода в действие ее агрегатов улучшалось обеспечение электроэнергией предприятий области. Самоотверженный труд энергетиков увенчался успехом. Уже в 1945 году выработка электроэнергии в области выросла в сравнении с 1940-м в 2,5 раза.

Большинство грузов на запад проходило по нашей Южно-Уральской железной дороге. Поэтому на ней сразу же возник «караванный способ движения поездов». Со станции поезда отправлялись друг за другом, на расстоянии видимости сигналов и хвоста ушедшего состава — 200—250 метров. Это позволяло на отрезке 100—200 километров размещать 70—80 поездов. Трудно представить, какая требовалась четкая организация, чтобы составы шли без аварий и точно в срок

прибывали к пункту назначения. При таком уплотненном графике поезда проходили до 800 километров в сутки. Но вскоре навстречу воинским эшелонам пошли поезда с эвакуированным оборудованием и людьми. Положение значительно осложнилось. На дороге сложилась фактически кризисная ситуация. Дело в том, что Южно-Уральская дорога вступила в войну в трудном положении. На ней не были завершены многие работы по реконструкции и строительству новых железнодорожных путей. Недостаточной была пропускная способность выходов с Южного Урала в центр, на Северный Урал, в Сибирь и особенно в Среднюю Азию и Поволжье. Многие железнодорожные станции, локомотивные депо не соответствовали бурно возросшему объему перевозок.

Положение на дороге осложнялось с первых дней войны еще и потому, что более 10 тыс. квалифицированных железнодорожников было призвано в армию. Зимой 1941—1942 годов только в трех депо — Златоуста, Челябинска, Кургана — не хватало 198 машинистов, 173 помощника машиниста и 310 кочегаров. Их место заняли преимущественно женщины. До войны на Южно-Уральской магистрали работало 6766 женщин, а в начале сорок второго — 13990, из них — 5960 — на ведущих профессиях.

В те годы успешно владели профессиями паровоза И. И. Терехина, Р. И. Лепешкова и многие другие. Их локомотивы всегда были в отличном состоянии, работали без межпоездного ремонта, водили тяжеловесные поезда. В труднейших условиях под огнем противника в конце 1941 года из прифронтовой полосы железнодорожники вывезли около 1,5 млн вагонов, или 30 тыс. поездов с оборудованием, материалами и людьми. Многие из них проследовали по Южно-Уральской железной дороге. Грузы с Запада продвигались в большинстве случаев неорганизованно. По дороге некоторые составы попадали под бомбежку. Они рассортировывались, на станциях скоплялось большое количество вагонов. В октябре сорок первого только в районе Челябинска скопилось 6,6 тыс. вагонов с грузом и 21,7 тыс. вагонов были на подходе.

Трудились железнодорожники в труднейших условиях. Строгость и требовательность предельно высокие. Приходилось постоянно выискивать резервы пропускной способности дороги. Это в те годы по инициативе машинистов П. А. Агафонова из Челябинска, М. И. Куприянова из Златоуста, Захарова из Троицка были созданы фронтовые колонны паровозов. Они совершали скоростные рейсы, делая в сутки по 450—500 километров. На дороге организовали 22 паровозные колонны. Машинисты их провели более 9 тыс. тяжеловесных поездов, в которых дополнительно перевезли около 7 млн тонн грузов.

Но чтобы вывести дорогу из столь затруднительного положения, одной творческой инициативы было мало. Требовалось расширить подъездные пути, провести реконструкцию ряда локомотивных депо, капитальный и средний ремонт путевого хозяйства. В 1942 году ГКО принял постановление о ликвидации узких мест на Южно-Уральской железной дороге. В соответствии с ним скоростным методом был построен 40-километровый южный объезд Челябинского узла, сооружены новые грузовые станции Камышная, Металлургическая, Восьмой километр. В конце 1942 года закончилось строительство новой железнодорожной магистрали Карталы — Акмолинск, которая давала выход карагандинскому углю на Южный Урал.

С помощью промышленных предприятий — шефов дороги была расширена ремонтная база, это позволило железнодорожникам своими силами ремонтировать весь подвижной состав и оборудование. К концу сорок второго года удалось несколько ослабить обстановку на Южно-Уральской железной дороге. И уже в первом полугодии сорок третьего самая крупная дорога Урала — Южно-Уральская — значительно увеличила объем перевозок, завоевала первое место во Всесоюзном социалистическом соревновании и получила Красное знамя ВЦСПС и Наркомата путей сообщения.

Труд железнодорожников во время войны был поистине героическим. Не считаясь с огромными трудностями и лишениями, день и ночь, в холод и в жару несли они свою фронтовую вахту. Их труд трудно чем-то измерить и с чем-то сравнить. Было немало случаев, когда приходилось рисковать жизнью, чтобы не задерживать продвижение военных грузов.

И так было всюду, во всех отраслях народного хозяйства нашей страны. Наш край самоотверженно работал на оборону. Наш край по-солдатски приближал Победу.

Как верно и образно сказал о трудовом подвиге своих земляков поэт:

В пороховой окутываясь запах, Идет

на запад наших танков вал. И сам Урал подвинулся на запад, Продвинул пушки к западу Урал. Пройдут года — над веком небывалым Потомки совершат свой поздний суд. Железо назовут они Уралом, Победу назовут они Уралом И мужество Уралом назовут М. Львов

ОТСЮДА — НА ФРОНТ!

ВОЕННАЯ ПРОДУКЦИЯ НА ПОТОКЕ

ОНИ ЗАМЕНИЛИ УШЕДШИХ НА ФРОНТ

ОТПРАВЛЯЕТСЯ ПОСЫЛКА

Что значит перевести налаженное производство обычного «торгового» металла на выпуск качественного металла для танков, авиации и т. д.? Это значит, что надо коренным образом перестроить всю прежнюю технологию, приспособить мартены к выплавке таких сталей, которые в них никогда не варились; создать совершенно новую технологию разлива металла, ввести совсем иной режим проката; создать новые приспособления, внедрить новые методы производства.

П. И. КОРОБОВ,

заместитель наркома черной металлургии СССР [9]

Первая военная задача завода сводилась к следующему: в кратчайший срок смонтировать эвакуированный с юга броневой стан и начать катать броню. Весь технический персонал был мобилизован. Возник ряд проектов, где установить стан. Оказывалось, всюду стан будет мешать нормальному производству.

В моем кабинете разгорелся горячий спор, на каком варианте остановиться. В разгар дискуссии появляется озабоченный заместитель главного механика Николай Андреевич Рыженко. Он, один из наших старых кадровиков, знает каждый угол завода, каждый кран и стан. Рыженко всегда там, где больше всего нужен. Он находил самые неожиданные выходы из трудных положений.