Чтение онлайн

– Наслушавшись твоих ослиных теорий о голых футболистах, я не собираюсь спорить с тобой.

Фэб никогда не считала себя вспыльчивой, но сейчас ее кулак взлетел вверх и она ударила его под ребра со всей силой, на которую была способна.

Он издал тихое "ого" и недоверчиво оглядел ее. Она вернула ему взгляд, не в состоянии поверить в то, что произошло. Этот человек выворачивал ее наизнанку, но то, что она позволила ему так далеко зайти, еще больше разозлило ее. Красный туман поплыл перед ее глазами.

– Ты глупый, свиноголовый, прямолинейный болван!

Я скажу тебе, что со мной не так. Меня оседлал и не дает сделать ни шагу главный тренер, который эмоционально и умственно сравним с шестилетним ребенком!

– С шестилетним ребенком?
– медленно проговорил он.
– Тогда послушай меня...

Замахиваясь, чтобы ударить его, она больно ушибла локоть, и сейчас снова стукнулась больным местом, втыкая указательный палец в его грудь.

– Нет! Это ты послушай меня, недоделанный гангстер, и слушай меня внимательно. Я была в раздевалке не потому, что мне хотелось распустить хвост, но потому, что тебе удалось довести мою футбольную команду до такого напряжения, что никто из игроков не был уже в состоянии удерживать футбольный мяч.

– Ты действительно полагаешь...

– Вы, мистер профессионал, может быть, и блестящий стратег, но ваши знания психологии равны нулю.

– У тебя нет ни малейшего понятия...

– Всякий раз, - она все тыкала пальцем в его грудь, сопровождая этим жестом каждое резкое слово, - всякий раз, ты слышишь меня, как только я захочу обратиться к моим игрокам в моей раздевалке, я буду это делать. В любое время, как только почувствую, что они слишком напряжены, слишком задерганы, слишком зажаты, чтобы делать работу, за которую я плачу им немыслимые деньги, я буду стоять перед ними и заниматься стриптизом, если это понадобится. Я буду делать все, что посчитаю нужным, чтобы быть уверенной, что "Чикагские звезды" способны совершить то, для чего они предназначены. Именно это я и помогла им совершить сегодня вечером. То есть одержать победу в футбольном матче! Я, мистер Свиная-кожа-вместо-мозгов, являюсь владелицей этой футбольной команды, а не вы. Я ясно выразилась?

Наступила долгая пауза. Щеки ее горели, сердце бешено стучало. Она была испугана собственной вспышкой и подобралась, приготовясь к неминуемому возмездию, но вместо того, чтобы взорваться, он казался смущенным.

– Ммм-да.

Она перевела дух.

– Это все, что ты способен сказать?

Самолет попал в полосу турбулентности, швырнув его на нее. Ее глаза широко раскрылись, когда она почувствовала, что он полностью возбужден.

Глядя растерянно и слегка смущенно, он поднял обе руки кверху:

– Это произошло неумышленно. Я знаю, что ты пыталась отстоять свою точку зрения, и я слышал каждое твое слово. Правда слышал. Но ты продолжала дергаться, пока говорила, а самолет стало трясти, и.., я не знаю. Это просто произошло.

Ее злость улеглась.

– Я не в том настроении, чтобы заниматься этим.

– Как и я. Умом, во всяком случае: Но что касается физического...

– Я не хочу этого слышать.

Тряска между тем продолжалась, раздражая

их сомкнутые тела. Он насколько мог отстранился от нее и откашлялся.

– Ты.., гм.., серьезно пытаешься доказать мне, что считаешь, будто ты.., гм.., что благодаря тебе мы победили "Гигантов"?

Кротость его тона сбила с нее спесь.

– Нет... Не совсем... Конечно, нет. Ну, пожалуй, немного... Частично. Да, определенно отчасти.

– Понимаю.

Он опустил голову и оперся обеими руками о раковину умывальника, находившуюся сзади нее. Его волосы пахли сосной и еще чем-то пряным после вечернего душа. Она ощутила обеими ягодицами прикосновение его больших пальцев. Самолет продолжал трястись, ее груди прыгали, толкаясь сосками в его ребра.

– Ты непредсказуема, - продолжал говорить он, - ,а я не люблю сюрпризов.
– Его подбородок касался ее волос.
– Если ты считаешь, что в моей методике тренировок имеются промахи, тебе следовало сначала поговорить об этом со мной.

– Ты прав, теоретически.
– Ее голос звучал глухо, словно шел издалека.
– Но случается так, что я тебя просто боюсь.

Он прихватил губами растрепавшийся локон.

– Я тебя тоже.

– Ты? Боишься меня?
– Она недоверчиво улыбнулась.
– Это правда?

– Правда.

Ее улыбка исчезла, как только она увидела, как он смотрит на нее. Она облизнула губы.

– Я...

– Жарко?
– Он тянул и тянул гласную, и ее завораживал его хриплый голос. Она задохнулась.

– Тепло.

Он улыбнулся улыбкой испорченного мальчишки-южанина, легко вызывая в ее воображении бесконечные влажные ночи.

– Нет, не тепло, мэм. Жарко.

– Возможно...

– Мне тоже.

Сквозь одежду она ощущала его тело. Он возбуждал ее.., и пугал. Он заставлял ее чувствовать себя так, словно она была сомнамбулой до встречи с ним.

Его руки обхватили ее ягодицы.

– Ты и я. Мы...

– Пылаем, - слетело с ее губ.

– Да.
– Он уронил голову и приник к ее губам поцелуем.

Потом он ударился локтем о зеркало, когда поднимал ее. Их поцелуй превратился в неистовое оральное соитие, и тому виною, конечно же, была теснота.

С хриплым ворчанием он посадил ее на край умывальника и загнал ее свитер и лифчик под горло. Она уцепилась за пряжку его ремня.

Ноги ее были широко раздвинуты, и она ничего не могла с этим поделать. Он прихватил губами ее правый сосок, твердый, как кончик карандаша. Скользнув рукой по поверхности живота, положил ладонь на промежность.

– Никогда впредь, - проворчал он, лаская ее через шорты, - не надевай их снова.

– Нет...

– Женщине ни к чему это.
– Он расстегнул шорты, дернув "молнию" книзу.

– Да.
– Расцепив пряжку, она вытаскивала полы рубашки из его брюк.

– И никаких трусов.

Он скользнул рукой в развал ткани. Мокро. Горячо. Она припала лицом к его обнаженной груди. Она трогала языком кончики его шелковистых волос.

– Здесь, - хрипло пробормотал он.
– Внутри...