Чтение онлайн

О, вот и туфельки! Что ж, по виду они, вроде, ничего.

Потом Лару усадили к трельяжу, Туана занялась её причёской, а другая девушка развернула сундучок с косметикой и взялась было за кисть. Но осознав, что с нею сейчас намерены сделать и насколько собираются замалевать, Лара решительно воспротивилась и кисточку отобрала.

— Нет-нет! Я всё сделаю сама.

— Но госпожа!

— Нет! Предпочитаю своими руками. — И с интересом наклонилась над содержимым сундучка.

Мда, стоило этого ожидать — много белил, пудры, слишком вызывающие румяна и другие краски… Это больше походило на театральный грим.

Из такого трудновато сделать нюдовый макияж, но Лара намеревалась попробовать. Она долго выбирала среди баночек, потом проверила несколько вариантов мазей на запястье и лишь потом нанесла одну из них на лицо, шею и декольте. Выровняла тон и текстуру, после чего слегка подвела глаза и обозначила линию губ. Критически оценила результат — отлично, а лишнего не надо.

— Вот так…

— Но ведь почти ничего не видно! — охнула служанка, разглядывая Лару удивлённо.

— И пусть. Я хочу так.

Девушка неуверенно кивнула и потянулась подправить причёску. Принесла вуаль и начала прикалывать её.

— Госпожа! — прозвучало из коридора. Дождавшись разрешения, в комнату вошёл управляющий замка, он с гордым видом нёс красивый ларец из слоновой кости, инкрустированной хрусталём. — Подарок для невесты от его высочества. — И поставил ларчик на столик у трельяжа с таким видом, словно сам его дарил, от себя.

— Благодарю, — прохладно кивнула Лара. После чего таким же кивком разрешила полной любопытства Туане открыть подарок.

В большой шкатулке на бархатной подложке лежали драгоценности — тиара, два ожерелья, брошь и серьги. Будущая новобрачная вопросительно посмотрела на служанку — удивительно, но та явно поняла взгляд и энергично подтвердила. Да, всё это нужно надеть, для того и подарено.

Ну что ж, раз надо, значит, надо. Лара позволила надеть на себя всё, что было в ларце, закрепить украшения как положено. И, когда управляющий, снова заглянув, сообщил, что пора следовать в храм, без возражений поднялась и засеменила в непривычных туфельках к лестнице вниз.

Эйтал Миэр

Младший принц с самого утра чувствовал себя муторно и даже себе бы не признался, что дело тут в чистых сомнениях. Да, всё было готово: стол накрыт, в кухне дела спорились, храм украшен и подготовлен, даже двор вымели и убедились, что кони нигде не наложили «подарочков». Но подсознательно он ждал подвоха. Что-то дурное должно было случиться. Эйтал дважды отправлял за управляющим и интересовался, как себя ведёт его невеста. Скандалит? Возмущается? Что-нибудь требует? Нет? А платье согласилась надеть? Спокойно выслушала все указания? А украшения приняла? А брачный договор подписала? Всего пару вопросов задала и попросила добавить единственный пункт насчёт воспитания детей? И только?

Положительные ответы только поставили в тупик. Неужели же иномирянка ни разу не взбрыкнёт? Она же видела его собственными глазами. Он считал, что любой девице должно было хватить единственного взгляда на него, чтоб всё понять. Разглядывая себя в зеркале, он сперва потянулся к парадному парчовому колету, желая указать камердинеру на него. Но потом зло поджал губы и отрицательно мотнул головой.

— Нет. Вот что… Подай мундир и парадную броню.

— Слушаюсь. — Слуга тут же подхватил нужный китель, подставил его, чтоб господину удобно было подать руки. Накинув на плечи, педантично расправил каждую складку — и правильно,

даже под лёгким торжественным панцирем любая из них могла доставить серьёзный дискомфорт. — Позвольте…

Тот доспех, который принц выбрал на бракосочетание, на самом деле полноценной бронёй не был, конечно. Да и смысл являться на свадьбу в полном боевом. Это был один из вариантов торжественного облачения, и, в общем, даже довольно каноничного, в рамках которого дамам надлежало одеться как можно пышнее и ярче, мужчинам же — подчёркивать свою ежесекундную готовность защищать этих самых дам. Традиционная кираса представляла собой по сути короткий сегментный облегченный доспех из кованого золочёного металла и толстой кожи. Наплечники были изготовлены так, чтоб не мешать двигать руками. И всё это было отделано золотыми узорами и накладками, а ещё к панцирю полагался золотой кованый пояс — красиво, символично и бесполезно в схватке.

Но Эйтал ведь не собирался биться. Ему просто противна была мысль изображать из себя то, чем он не является. Да, он не светский вертопрах! Он не умеет вести себя по-придворному, изображать легкомысленного, приятного в общении аристократа, который скользит по поверхности событий, едва одаряя их вниманием. Да, он воин! Ещё немного хозяйственник. Пусть его супружница не обольщается.

Да и ей-то чего капризничать — напомнил он себе в раздражении. Она из немагического мира, где спустя миг после того, как её выдернули сюда, вероятно, должна была умереть. Она не красотка, сразу очевидно: принц не присматривался, но заметил, что женщина измотана и потрёпана жизнью, видно, что, скорее всего, простолюдинка. Она его не поразит.

Подумал об этом и успокоился. Такому, как он, вполне подойдёт простушка-жена, пусть она и иномирянка с магическим даром. И хорошо, что страшненькая. Может, не так скоро поймёт значимость женщин, подобных ей, в окружающем мире. Хоть какое-то время будет вести себя приемлемо. Ну, а он потерпит её непривлекательность, глупость и наверняка склочный характер, который проявляется у всех крестьянок, оказавшихся в спальне высокопоставленного господина. Какое-то время потерпит. Ради рождения сына.

— Ты готов? — В его гардеробную уверенно заглянул Ульрих, уже разодетый в великолепный тёмный колет с золотыми накладками на воротнике-стойке, и бархатный парадный плащ. — Я слышал, ты предпочёл традиционный стиль, решил соответствовать.

— Когда они успели разнести новость?! — удивился Эйтал, вопросительно взглянув на камердинера. Тот сдержанно изобразил недоумение, мол, прошу прощения, господин, но понятия не имею, я точно не сплетничал, поскольку такой возможности не имел — пребывал рядом с вами, не отходил ни на шаг.

— Да не успели, успокойся. Сам догадался, что ты будешь упрямым до конца. — Брат похлопал младшего по плечу. — Ну, а я буду под стать.

— Ты даже в традиционном военном колете выглядишь, словно только с бала, — поморщился Эйтал.

— А ты зато словно только с поля боя! Даже страшно принюхиваться… Решил сразу напугать супругу?

— На черта мне стараться ради дурнушки из простых? Думаешь, она бы оценила великосветский наряд?

— Ты, брат, неисправим.

— Постой-ка! — Эйтал оглядел его с ног до головы. — А что ты тут делаешь? Вроде, мы договаривались, что я представлю семье жену уже потом, в столице.