Чтение онлайн

– У тебя нет отца? – снова колкая фраза. Пытается задеть.

– Сирота, - вру напропалую я. Не хочу с ним разговаривать.

Остальные прислушиваются и не встревают. Увидела, как улыбнулся Кирилл и Вова. Сзади кто-то усмехнулся.

– А фамилия?

– Вам для чего?

– Интересно.

– Астахова, - все-таки лениво сообщаю я.

– Понятно, - отвечает и опережает меня, скрываясь за рядом машин.

Зачем спрашивал, непонятно. Меня это насторожило. Нездоровое любопытство, ни дать не взять. Надеюсь он не задумал ничего плохого…

Через минуту мы уже

все стояли в холле большого дома и наконец, скрывались от жары. Солнце поднялось и палило нещадно. Нас встречали их испанские партнеры по бизнесу. Предстоял очень тяжелый день с обсуждением пунктов договора, где прописаны все условия поставки оборудования для нового завода и его открытие на территории РФ.

Я влилась очень быстро и отвлеклась от дурных мыслей. Так всегда было. Работа помогала.

3 глава

Переговоры текли медленно. Испанцы оказались еще теми делателями мозгов. К каждому пункту цеплялись. И все им не нравилось. То оборудование их сторона предоставляет очень много, а российская мало, то бутылки не той формы, как они выпускаю вот уже более 130 лет.

Но тут наши взялись основательно. Русский народ не испанцы, и какой формы у нас будут бутылки решать исключительно нам. Но тогда испанцы вписали новый пункт о том, что оборудование для изготовления стеклянной тары покупает полностью российская сторона.

К концу, я была настолько вымотанна, что еле языком передвигала. Мы пробыли там почти до 7 вечера, единственный раз прервавшись на кофе с печеньем. Больше нас ничем не угостили. День завершился, а переговоры нет.

Наши предполагали, что так получится, а вот я была совсем не готова. Я никогда столько не переводила. Юристы, технологи, учредители. Оборудование, изготовление стеклотары, температура хранения. Я в словарь сегодня заглянула больше раз, чем за предыдущие пять лет. Но я справилась и, если честно, гордилась собой. Это опыт, а я всегда относилась к этому с уважением.

Завтра предполагался еще один день и я очень надеюсь, что он будет завершающим в переговорах. Я не выдержу три дня напряженного перевода. Их столько много, а я одна. Говорить было уже сложно. Надеюсь голос не сорву окончательно. Перекрикивать возмущенные и повышенные голоса мужчин было очень сложно и неприятно.

Испанцы предложили легкий перекус на деревянной веранде с которой открывается прекрасный вид на виноградные поля. Солнце уже катилось к закату, когда мы вышли наружу и расселись за круглым столом.

Некоторые из партнёров с испанской стороны удалились, остались только двое. Заместитель генерального директора и его помощник. У "верхушки" были дела. Они извинились и попрощались до завтра.

Заместителя звали Марио, а его помощника Антонио. Они видели, как я вымоталась и жалели, иногда переходя на английский. Но из наших английский знал только Рокотов Влад, он же «губы». К концу дня я уже запомнила большую половину из нашей группы.

Рокотов вообще был очень интересный персонаж. Говорил мало, вперед никогда не лез. Сидел всегда сзади или в конце овального стола. Я сначала не замечала его, от слова совсем, как будто его и не было с нами, но иногда к нему обращался

Манулов за советом или просто спрашивал: «что думаешь»? и Владислав начинал коротко и четко излагать свою точку зрения по этому вопросу. Так несколько пунктов в договоре мы выбили для себя на своих же условиях.

Я никогда не переводила Рокотова напрямую, его слова тут же повторял Манулов и переводить приходилось его. Влад никогда не выходил на прямой контакт с испанцами. Я отметила это не сразу, так как Влад сидел за моей спиной, но стала обращать после второго или третьего раза, когда Манулов обратился к нему за советом.

Это необычно сидеть в полном зале людей, но знать, что за твоей спиной тоже сидит человек. Иногда я чувствовала, как он смотрит мне в затылок. Не знаю, как это объяснить, просто чувствовала, что рассматривает, от этого становилось не по себе.

За столом на веранде я села между Мануловым и Рокотовым стараясь вообще не смотреть по сторонам. Пока Антонио раздавал указания служащим, что принести, я тихонько выпорхнула из-за стола и отошла в дальний конец мансарды, чтобы позвонить Олесе. Мы всегда предупреждали друг друга, если задерживались. Тем более ехать еще слишком далеко.

– Привет, ну как ты? – выпалила мне Олеська.

Вчера я не успела ей рассказать с кем работаю и на кого, а сейчас при всех не могла.

– Привет. Я задерживаюсь по работе. У меня новые клиенты и мы только закончили переговоры.

– Как? Я думала мы сходи на карнавал.

– Лесь, не могу. Я даже не знаю, когда приеду. Ехать около трех часов.

– Кир, а завтра?

– Нет, тоже никак. Завтра опять поедем сюда же.

– А что у тебя с голосом? – взволновано.

– Посадила. Пришлось перекрикивать 10 взрослых мужиков. Это ужасно.

– Держись милая. И выпей горячий чай, ладно?

– Я постараюсь, если вина не впихнут быстрее.

Олеся рассмеялась.

– Ну, вино нам никогда не помешает, тебе тем более. А что в группе ни одной женщины?

– Нет.

– Так, Кира, завтра говоришь, что одна не справляешься и берешь меня с собой, ладно?

– Ага, как ты себе это представляешь? – рассмеялась я.

Олеся в отличии от меня очень любила мужские компании и чувствовала себя среди мужчин, как рыба в воде. Ей дарили огромные охапки цветов, приезжали на дорогих машинах, и она с удовольствием принимала ухаживания. Иногда встречалась с кем-то недолго, ездила в отпуск, и я никогда не осуждала ее за это. Главное, что она по отношению ко мне честна.

– Кира, - подошел ко мне Володя и аккуратно тронул за плечо, - мы там без тебя немного не справляемся.

– Дайте минутку, сейчас подойду.

– Хорошо, ждем.

Володя вернулся к нашим, а я скороговоркой зашептала в трубку.

– Все, Лесь мне пора, люблю целую, буду поздно.

– Целую, дорогая.

– Не жди меня, ладно? Ложись спать.

– Хорошо. Счастливо.

Я все еще облокачивалась на перила мансарды, когда вышла девушка из обслуживающего персонала и вынесла поднос с сырной нарезкой и рыбой, а следом шел парень, который нес по две бутылки булого и красного вина. А уже за ним шла девушка с бокалами.