Чтение онлайн

Теперь, после нервного напряжения этих дней, к ней снова вернулась способность мыслить и чувствовать. Оживленная толпа, звуки музыки, огни, легкий ветерок, поднимающийся с реки, и, наконец, стремление всего живого к любви и к счастью взволновали Селию.

«Конечно, если мужчина целует вас, то это ведь еще не любовь, — робко возразила она своим мыслям, — но… он так горячо целовал меня — так целовал!..»

Она не могла продолжать дальше даже мечтать. Воспоминания вызвали в ней целую бурю переживаний, она вся затрепетала, и сердце ее забилось, как раненая птичка.

О

да! Он целовал ее и до боли крепко сжимал в своих объятиях, но эта боль была ей приятна.

«Но ведь это любовь, — твердила она, задыхаясь, — чувствовать так, знать, что ради этих поцелуев ты готова на все: на страдания, на пытку. Нет, жизнь не так ужасна и пуста, когда есть такие воспоминания! Потому, что мы встретимся еще — мы непременно встретимся — не теперь, а когда все будет налажено, решено. Но тогда»…

Она готова была петь от радости. На пути домой, в автобусе, эта внутренняя радость прорвалась наружу, и она начала тихонько напевать. Но вскоре ей стало стыдно такого ребячества, и она замолчала.

Теперь, когда ее мечты так чудесно вернули ей Дикки, такого удивительно живого и близкого, что-то все время пело в глубине ее сердца. Ничто не могло заглушить этого пения, хотя она и осознавала, что ничему, кроме печали, не должно быть места в ее душе.

Даже дома печальный вид Рикки не мог омрачить ее тайной радости. Рикки принес ей ужин: яйца и кофе.

— Я должен ухаживать за вами, — сказал он, — мистер Лорри всегда говорил мне: «Ты должен смотреть за маленькой мисс Селией».

Он был так невероятно одинок, что Селия, пока ужинала, задержала его у себя. Он молча принялся наводить порядок в комнате, бесшумно двигаясь из угла в угол.

После ужина Рикки убрал поднос, и Селия легла спать. И снова в темноте ночи, озаренной лишь звездами, она ощутила всем своим существом совершенно такой же сладостный трепет, как тогда, когда Дикки целовал ее. Не в силах бороться с охватившим ее волнением, вся дрожа, она зарылась лицом в подушку.

Рикки, с дергающимся лицом и горящими фанатичным огнем глазами, стоял перед Селией. На ладони его дрожащей руки лежала крупная жемчужина.

— Жемчужины мистера Лорри другого цвета и вообще отличаются по величине, — сказал он. — Значит, в комнате был еще кто-то, мисс Селия! Значит, я все-таки прав! Я ведь говорил вам, что мистер Лорри не мог застрелиться. Это на него совершенно не похоже. Он бы нашел какой-нибудь другой выход. Когда я был с ним, я видел, как он выпутывался из более сложных обстоятельств. Вы ведь не думаете, что он струсил? Я не могу поверить, чтобы он испугался. А теперь, в доказательство моих слов, я нашел эту жемчужину. Я сейчас же отнесу ее инспектору Твайну.

— Дайте ее мне, Рикки, — сказала Селия спокойно.

В глазах Рикки вспыхнуло подозрение, но он все же протянул Селии жемчужину. С неясным ощущением страха Селия взглянула на нее; это была прекрасная черная жемчужина из запонки, выпавшая из оправы. Где она видела такую же? Внезапно она вспомнила: в ночь смерти Лоринга она заметила две точно такие жемчужины у Хайса!

«Множество мужчин носят запонки из черного жемчуга», — подумала

Селия, но гнетущий страх, охвативший ее вначале, не оставлял ее.

— Где вы нашли это, Рикки? — спросила она.

Рикки весь насторожился, как охотничья собака, делающая стойку при подозрительном шуме.

— Полиция опечатала ту комнату, — ответил он, — но они не знали о том, что известно мне: о маленькой двери около камина и ходе под камином, который мне когда-то показал мистер Лорри. Я целые дни проводил в этой комнате в тщетных поисках каких-нибудь улик. И только сегодня я нашел эту жемчужину. Я не заметил ее раньше только потому, что она такая темная.

— Откуда ведет ход? — спросила Селия.

— Из винного буфета, что под лестницей. Две ступеньки внутри его — это начало хода, — ответил Рикки.

Селия спрятала жемчужину в сумочку. На немой вопрос, застывший в глазах взволнованного Рикки, она мягко сказала:

— Не беспокойтесь, Рикки, я отдам ее вам, когда инспектор Твайн будет здесь.

Немного позже, когда Рикки куда-то ушел, Селия подошла к буфету. Отперев его, она сразу увидела ступеньки, о которых ей говорил Рикки. Она зажгла спичку и, осмотревшись внутри буфета, заметила над своей головой большой крючок. Откинув его, она открыла небольшую дверцу и минуту спустя очутилась в той самой комнате, где нашли тело Лоринга.

Кругом царила глубокая тишина. Склонив лицо почти в уровень с полом, она принялась шарить руками вокруг, в надежде найти то, что ей было нужно. Не найдя ничего, она попробовала поискать с помощью головной шпильки в щелях под панелью. Под окном она наткнулась на что-то твердое и выковыряла из глубокой щели круглую оправу от запонки, сделанную из платины.

Она подняла ее. Посередине была выгравирована монограмма «Р. Б.». Вернувшись к себе, Селия примерила оправу к жемчужине, она точно подходила к ней. Эти маленькие буквы «Р. Б.» угрожающе глядели на Селию. Ей стало страшно. Почему? Ведь у многих людей могли быть такие же инициалы! Но Селия знала только одного человека, имя которого начиналось этими двумя буквами — Роберт Брекенридж.

Внезапно она решила поговорить с Хайсом.

— Милорда нет дома, — ответил ей лакей.

— Мне необходимо его видеть по важному делу. Я подожду. Лакей ввел ее в маленькую комнату с окнами, выходящими в небольшой сад, освещенный лучами заходящего солнца.

«Ах, как хорошо!» — подумала Селия, вдыхая аромат цветущих роз, вливавшийся в окно.

Она оглядела комнату: вдоль стен стояли книжные шкафы, а в углу — старинный письменный стол, на котором находилась большая фотография в лакированной, черной с золотом, раме.

Селия подошла ближе, чтобы лучше разглядеть карточку. Из рамки на нее взглянуло спокойное лицо леди Виолы Трент. Внизу на фотографии была подпись: «Моя любовь всегда с вами — Пенси».

Волна противоречивых чувств захлестнула Селию. Внезапно охваченная гневом, с пылающими щеками и ярко горящими, как темные звезды, глазами, она резко отвернулась и столкнулась лицом к лицу с Хайсом, который бесшумно вошел в комнату.

Их взоры встретились. Селия держала в руках карточку леди Виолы.