Твари
Шрифт:
— Так точно. Ясно, что мразь эту сегодня обязаны мы уничтожить. И уничтожим. — На лице капитана взбухли желваки. — У нас к этим сволочам счет личный.
Зинченко вздохнул.
— Так-то оно так, Алексей. Но смотрите, ох, смотрите, ребята, чтобы к этому счету никого сегодня не добавилось. Мы-то с тобой этого гада не только на картинке видели. И на что он способен — тоже знаем.
— Ну негодяи, беспредельщики! — Мостовой швырнул трубку на рычажки.
— Не хотят? — поинтересовался Голышев.
— И не хотят, и не дадут. Чрезвычайное положение в городе не объявлено,
— Поступок, конечно, не самый гражданский, — заметил Дивеев, — однако по букве закона они, как ни крути, правы.
— Но мы ведь не задаром у них собирались спирт забирать! — МЧС-ник гневно смотрел на шефа ФСБ, словно тот был в сговоре с жадными водочниками.
— Ну, это еще вопрос: когда, а главное, как за этот спирт им заплатили бы, — начальник штаба иронически усмехнулся. — Они же ребята тертые.
— Утром деньги — вечером стулья, — кивнул Дивеев. — И при любом раскладе — деньги вперед.
— Алексей Борисович, — Мостовой уже улыбался, но улыбкой, которая «тертым ребятам» ничего хорошего не сулила. — Мы, конечно, вывернемся. У нас и выхода другого нет, как вывернуться. Но вот какое предприятие выдержит по десять-пятнадцать пожарных инспекций в месяц…
— Так вы бы ему так и намекнули, — фээсбэшник развел руками. — Я серьезно. Сейчас ведь время — фактор самый драгоценный.
— А что ж ему намекать? — Генерал от МЧС хмыкнул. — Он и сам не первый день замужем. Решил, видимо, что мускулишек хватит и нас на три буквы послать.
— С химией хотя бы без проблем? — Голышев обращался к пожарнику.
— Никаких проблем, товарищ генерал. Эти попроще оказались. И понятливее. Отгрузят хоть сейчас.
— Уже хорошо. — Руководитель штаба задумался. — Вячеслав Алексеевич, теперь насчет мускулишек. Если они у товарища действительно есть, да еще и такие, что начальник территориального управления МЧС ему до лампочки, значит, рука его длинная как минимум до Смольного дотягивается. Так что пусть его оттуда и образумят.
— Понятно, Дмитрий Павлович. Сейчас свяжусь.
— А уже потом, — Голышев говорил по-прежнему спокойно и размеренно, — когда со всем этим кошмаром покончим, вы уж постарайтесь — так, как и обещали. По десять-пятнадцать инспекций. Хотя закрыть, если очень нужно, можно будет и после одной-двух.
— На это у меня память хорошая, не заржавеет, — заверил его Мостовой. Он вынул из кармана мобильник и, на ходу набирая цифры, двинулся к выходу из RV.
— Половина одиннадцатого, — сказал начальник штаба, глядя на часы и качая головой. — Надо бы запускать бригады на закрытые квартиры. Готовить подъезды к распылению репеллента.
— Но ведь распылять его ваши ребята начнут не раньше, чем подготовят спиртовой раствор для закачки в стояки? — заметил Дивеев. — А с этим раствором проблема еще и наполовину не решена.
— Верно, Алексей Борисович. Но распечатывать квартиры можно уже и сейчас. Хотя бы на этом время сэкономим. Потом
В дверях возникла фигура Мостового. Он улыбался, засовывая мобильник в карман.
— Надо понимать, утрясли? — спросил начальник штаба.
— В две минуты. Тут же селекторный звонок мускулистым и несознательным — так, чтобы и мне слышно было. Да что вы, сказали. Мы же в любой момент, сказали. Нас, сказали, неправильно поняли. И даже людей, сколько надо, дадут — на заправку машин. Так что пожарки можно отправлять прямо сейчас.
— Значит, отправляем. — Голышев кивнул пожарнику. — А платит кто?
— Никто, я думаю, — сказал Дивеев. — Это, скорее всего, будет подарок от сознательного гражданина. — Он усмехнулся и добавил: — И ведь для него такой подарок, что для нас с вами сигаретой поделиться.
— Зачем же было кобениться? — нахмурился начальник штаба.
— Из принципа, — пожал плечами фээсбэшник. — Знаете, как оно у таких ребят? «Мой не короче твоего».
— Будет короче, — с угрозой произнес Мостовой. — Ничего, дайте срок. Укоротим. Всерьез укоротим.
Двадцать пять галлонов. Без малого сто литров. Плюс сам контейнер. Приличный вес, подумал Бардин. Как МЧС-ники эти чушки на крыши будут затаскивать? Да уж, наверное, сообразят как-нибудь, лебедками или еще чем-то… Времени, конечно, и на это уйдет будь здоров. Здесь вон с половины грузовиков спустили — и то полчаса спалили незаметно. Однако американцы — спасатели, не подопечные наши — работают толково. Неспешно, но как-то эргономично, слажено. Переходники какие-то прилаживают, заправляют ранцевые баллоны. Распределились грамотно. А мои уже и театр похерили. Даже вида не делают, что в той же команде. Остальных, кстати, это не особо заинтересовало. Скорее всего, и они в курсе. Спасатели — они ведь, и это очевидно, друг друга знают. Да и за время перелета могли понять, кто по делу летит, а кто… погулять вышел.
Но это, конечно, несправедливо. Потому что и Йосик с Колей тоже по делу все-таки. И я с ребятами — по делу. Причем наше дело — выяснить, какое у этой парочки дело во всем этом деле. Вон сколько дел одно в другом получается — что твоя матрешка. Самый русский сувенир. Только Made In USA.
Подполковник подошел к одному из грузовиков, рядом с которым стоял редуктор для перекачки репеллентов в ранцевые баллоны. Несколько спасателей в костюмах химзащиты начали надевать ранцы.
— Ну как? — поинтересовался у одного из них капитан МЧС.
— Тяжеловато, но пойдет, — ответил тот. — Если бы просто поверх камуфляжки, а то еще в этом скафандре… Да ничего, притерпимся. — Поправив лямки на плечах, он взял в руки пистолет-распылитель, от которого к баллону шел гибкий серебристый шланг.
— Justturnthistaphere, — стоявший рядом американец постучал пальцем по крану на патрубке, — andsqueezethetrigger. That'sall.
МЧС-ник с ранцем покосился на своего капитана. Тот пожал плечами.
— Повернешь этот краник, — перевел Бардин, — и можешь давить на курок. Все дела.