Шрифт:
Рядом зарычало чудовище. Оберон вздрогнул, но сразу же успокоился. Это была всего лишь механическая повозка. По дороге с космодрома делегация Буяна застряла в автомобильной пробке. Бесконечная застывшая лавина машин начиналась далеко впереди и исчезала в сиреневатой дымке, скрывавшей город.
— Приехали! — молодой водитель, представитель встречающей организации, обернулся к пассажирам. Простоватая мальчишеская физиономия расплылась в дружелюбной улыбке. Вампирскую сущность парня выдавали лишь красные глаза и крупные клыки. От него, словно в насмешку, сильно
— Что ты хочешь сказать? — спросил Оберон.
— Так пробка же! — удивляясь непонятливости инопланетных гостей, жизнерадостно повторил вампир. — Часа три простоим. Здесь на виадуке по утрам так всегда. Зачарованное место.
— Сейчас без двадцати девять. Регистрация участников начинается в девять и заканчивается в десять тридцать, — Сель вытащил из папки листок с программой. — Если мальчишка не врет, нам не успеть.
— У меня пленарный доклад в одиннадцать, у вас троих — секционные бои в час. И коммуникатор перестал работать, — владыка Светлолесья потряс черную коробочку и витиевато выругался по-эльфийски. — Надо было отправиться с Боннваном.
Сель мысленно согласился с хозяином. Действительно, стоило последовать примеру старого целителя. Боннван, белый маг Пятиозёрья, не доверяя земной технике, отбыл с Буяна индивидуальным порталом прямо в зал регистрации.
Саламандр, лидер и вдохновитель команды, решил сэкономить силу. Его право: именно Огневик настоял на участии буянцев в турнире. Никто не знал, зачем Хозяину пустынь понадобился магический контракт с Землей. Не испытывал особого энтузиазма и сам Сель. Представитель Института Истории, внедренный в эльфийское Светлолесье для наблюдения за сохранением этнической самобытности аборигенов, к контактам с Землей он не стремился. И если бы не приказ Оберона…
Между тем, владыка Светлолесья внимательно уставился на шофера:
— В город ведет только одна дорога?
— Да нет, — парнишка насмешливо ухмыльнулся, демонстрируя роскошные клыки. — Есть еще федеральная трасса. Там пробки поменьше.
— А что же ты, — угрожающе начал Оберон, но тут в разговор вмешался Саламандр:
— Откуда тут вообще взялся вампир? Нас ведь строго предупреждали, что появление магических существ на Земле, кроме участников турнира, запрещено. Как и применение магии.
— Все правильно, — охотно подтвердил красноглазый.
— А что тогда тут делаешь ты? — на когтях Саламандра опасно задрожало пламя.
— Угадай с трех раз, — расхохотался вампир и беззвучно исчез, оставив в салоне старенького болида мерзкий чесночный след.
— Кьяра, — Сель наконец сложил детали головоломки. — Конкуренты! А мы-то, дурачки, правила нарушить боялись.
— Они, как видишь, не побоялись, — Огневик метнул пренебрежительный взгляд на спутника эльфийского Владыки. На покрытом крупной чешуей лице ясно читались враждебные мысли. Где Оберон отыскал такого уродца? Зачем включил эльфа с белыми птичьими крыльями в команду? Других боевых магов не нашлось?
— «На себя бы посмотрел, крокодил бесхвостый», — мысленно огрызнулся Сель. Владыка Неба порой поругивал опера-телохранителя
Ненависть к хозяину буянских пустынь на мгновение заставила телохранителя забыть о подлой выходке соперников. Затем мысли вновь вернулись к турниру.
Если представителям Буяна не удастся принять участия в финальной схватке, команда Кьяры без борьбы подпишет контракт с Землей на монопольное оказание «парапсихологических услуг». Так в Департаменте колоний стыдливо называли пользование магическими талантами, которые неожиданно проявились у земных переселенцев в нескольких новых мирах.
Первоначально в конкурсе участвовали команды почти двадцати планет. В финал вышли только две: Буян из системы Ярилы и Кьяра из системы Орка. Победителей пригласили на Землю для последних состязаний. В финальный турнир входили два доклада руководителей делегаций с научным обоснованием «парапсихологических достижений» — оргкомитету хотелось выбрать лучшее объяснение для заказчика. Затем, во время практической демонстрации силы, трем участникам команды предстояло сразиться один на один с соперниками за приз в трех номинациях: боевой магии, целительства и творения.
И вот делегация из системы Орка, опасаясь мощи соперников, решила получить приз без борьбы. Тоже неплохо — для него, эльфа-историка.
Потянулось томительное ожидание.
— Может, связаться с оргкомитетом? — предложил Сель, просто чтобы нарушить молчание.
— При помощи мыслесвязи? — буркнул Саламандр, встряхнув зачарованный коммуникатор. — И кто нас здесь воспримет? Без магии-то!
Все верно. Без магии они даже не смогут сдвинуть с места вонючую механическую повозку, когда «пробка» наконец рассосется.
— Ну…, - начал молодой эльф. Его внезапно осенило. — Там ведь должен быть Боннван. Уж он нас обязательно услышит. Пусть это нарушение правил, но, наверное, хуже не будет.
— Верно. Попробуем? — Оберон бросил вопросительный взгляд на Огневика.
После многолетней борьбы Светлолесья с пустынными демонами и тяжелых потерь с обеих сторон, двое владык недавно заключили хрупкий мир. Участие эльфов в турнире стало одним из его условий — контракт с Землей был мечтой Саламандра. Проявлять инициативу Владыка эльфов не собирался. Он не понимал, что движет Огневиком: меньше всего Хозяин пустынь походил на бескорыстного филантропа.
Да и что могла предложить буянцам Земля? Чтобы получить истинную силу, в отсутствие магического поля, темному магу пришлось бы истребить две трети населения планеты, подпитываясь болью и смертью. Светлым магам Земля не сулила вообще ничего — эмофон любви и радости на планете измерялся ничтожными долями маны. В таких условиях энтузиазм Огневика наводил на мрачные подозрения: контракт с Землей пустынник каким-то образом собирался использовать против Светлолесья.
— Ну, если других предложений нет, — Саламандр неохотно принял чужую идею. — Попробуем.