Чтение онлайн

Дверь распахнулась – на пороге снова возник бородатый людоед по имени Остап.

– А вот и я! – сказал он, с довольным видом потирая ладони. – Отвлекают тут, понимаешь, по пустякам всяким… Ну да ладно. Давай продолжим, что ли?

Людоед приблизился к Тарасу, сидящего у пня. Ухмылка медленно сползла с лица, поросячьи глазки нахмурились. Тарас проследил за взглядом людоеда, и увидел лежавшую рядом перерезанную веревку.

Рука Остапа дернулась к топору, в это же мгновение Тарас ударил тесаком. Людоед взвыл дурным голосом – широкое лезвие глубоко вонзилось в бедро. В лицо Тарасу брызнула кровь, красные потоки заструились по ноге, стекая в

высокий сапог, на мясницком халате расплылось огромное пятно.

Лезвие с противным чавканьем вышло из плоти. Остап рухнул на пол, как срубленный дуб. Тарас в одно мгновение разрезал путы на ногах и вскочил на ноги, сжимая в руке окровавленный тесак. Людоед скрючился на полу, глотка разрывалась бешеным воплем. Обе ладони сжимали покалеченное бедро, меж пальцев обильно струилась кровь, на белом кафельном полу растеклась красная лужа. Тарас заметался по комнате, как воробей по сараю, вот-вот кто-нибудь услышит крики и тогда ему конец. Остап орал все громче, словно ему прожигали внутренности раскаленным железом.

И тогда Тарас решился. Колени опустились в лужу крови рядом с раненым, пальцы обеих рук крепко сжали рукоять тесака. Людоед посмотрел с ужасом, дернулся, и вопли сменились сдавленным хрипом – лезвие на всю глубину вошло в толстую глотку. Во все стороны забили кровавые фонтаны и бурунчики, хрип перешел в бульканье. Ногти Остапа заскребли по полу, грудь приподнялась, из глотки вырвался последний, судорожный вздох, и наступила гнетущая тишина.

Ослабевшие пальцы отпустили рукоять, Тарас в ужасе поскорее отполз от трупа подальше. Сердце колотилось, руки ходили ходуном. Тарас, как загипнотизированный, смотрел на труп с торчащим в горле тесаком. Глаза Остапа, понемногу затягивающиеся мутной пеленой, невидяще уставились в потолок. Волосы и борода слиплись в темно-красные сосульки, халат на груди и бедре пропитался огромными пятнами. На полу вокруг тела разлился целый кровавый пруд.

Тарас, сжавшись в комок, просидел на полу около пяти минут, ожидая, что сейчас в комнату влетит полчище убийц в белых масках с номерами, и изрубят его на мелкие куски. Но тишина за дверью немного успокоила, он медленно поднялся, и, шатаясь как упившийся студент, подошел к умывальнику в углу комнаты. Ржавый вентиль повернулся с натугой, из крана полилась слабая холодная струя. Тарас, двигаясь как зомби, подставил сложенные лодочкой руки.

Вода целыми пригоршнями лилась на голое тело, Тарас дрожал от холода, ногти остервенело соскребали с кожи чужую кровь. Все мысли крутились вокруг трупа, лежащего позади. Впервые он отнял жизнь у человека, да еще таким зверским способом. Тарас не мог прийти в себя – ведь он теперь убийца. Убийца!

Помывшись, он вытерся грязным и рваным полотенцем, висящим на гвозде рядом с умывальником. Стараясь не глядеть на труп, пробежался взглядом по комнате в поисках хоть какой-нибудь одежды. Не обнаружив ничего подходящего, обмотал полотенце вокруг бедер, вмиг став похожим на пациента, сбежавшего из психушки.

Тарас на цыпочках подошел к двери, ухо осторожно коснулось полотна. С той стороны по-прежнему не доносилось никаких звуков. Дрожа от страха, потянул ручку на себя. Дверь медленно приоткрылась, Тарас глянул в небольшой проем. Взгляд уперся в газовую плиту, на конфорке стояла большая кастрюля, тихо и ровно горело синее пламя. Никто не бросился на Тараса, желая отсечь голову или другую часть тела, и он рискнул открыть дверь пошире.

Комната оказалась небольшой кухней – плита, покрытый грязной клеенкой стол, покосившиеся

стулья и пара навесных шкафов. Пахло стряпней, Тарас, вдохнув запах мяса, содрогнулся – уж ни человечина ли?

Кухня оказалась проходной, он юркнул в темный дверной проем. Попал в длинный коридор, заставленный ящиками и прочим хламом. Тарас двинулся через полумрак, уже увереннее, но все равно вздрагивая и замирая при каждом шорохе. Ноги преступали через рассыпанный на полу картофель и лук, один раз плечом задел мешок, тот завалился, мелкой дробью застучали горошины. Тарас с едва бьющимся сердцем простоял на месте, застыв как муха в янтаре, но на шум никто не явился.

Вскоре коридор закончился. Осторожно переступив через последние коробки и мешки, Тарас вышел на ярко освещенную площадку. Посередине возвышалась массивная колонна, вокруг змеей обвилась узкая лестница, крутой спиралью уходящая наверх. Тарас, придерживая сползающее полотенце, поднялся на один шажок. Прислушался. Тишина.

Босые ноги осторожно переступали со ступеньки на ступеньку, некоторые недовольно поскрипывали. Тарас поднимался все выше, лестница снова вывела на круг площадки. Ступеньки уходили дальше, но он решил узнать, что за белой дверью – единственной в круглой стене. Вслушиваясь в тишину, Тарас медленно опустил ручку, щелкнул язычок, петли чуть скрипнули, и тут же словно в смущении замолкли. Дверь плавно отворилась.

Комната занимала пространство между двумя кругами стен – большого и маленького. Тарас оказался в мягком и приятном свете ламп, увидел длинный ряд аккуратно заправленных коек. Изголовья упирались в стену, между постелями возвышались хрупкие деревянные перегородки. Удивленный Тарас двинулся по часовой стрелке, минуя пустые кровати с белоснежными пухлыми подушками. Через десяток шагов он остановился – пространство между перегородками скрывала занавеска. Кончики пальцев ухватились за тонкую ткань, осторожно отодвинули, Тарас приблизил лицо к щели.

На кровати лежал мужчина. Туловище обмотано окровавленными бинтами, глаза закрыты, на суровом лице залегли жесткие складки. Грудь медленно вздымалась и опускалось в такт едва слышному дыханию. У кровати чернела пара высоких шнурованных ботинок, над изголовьем висел черный плащ, а на прикроватной тумбочке лежала белая маска. Тарас стоял, как зачарованный, не в силах отвести от раненого взгляд.

Чары разрушили звуки открываемой двери и голоса. Тарас в набедренной повязке на голое тело заметался возле кроватей, как дикарь, совершивший скачок во времени из каменного века в современность, и не понимающий, куда его занесло. Голоса зазвучали громче, послышались быстрые шаги. Тарас кинулся на пол, попытался протиснуться под одну из кроватей, но щель оказалась слишком узкой. Вскочив на ноги, в панике юркнул за занавеску, оказавшись рядом с кроватью раненого. Спина осторожно прислонилась к перегородке, глаза зажмурились. Тарас замер на месте, пытаясь привести в норму участившееся дыхание.

Шаги приближались, голоса послышались отчетливее. Говорили двое, Тарас уловил обрывки фраз:

– … когда мы с ним разделаемся. Ну а потом будем ждать новых. – Голос звучал жестко, с холодным оттенком.
– Хотя, если честно, я не горю желанием. На этот раз попались живучие, даже пару людей уложили. Нам после такого необходим отдых.

– Я с вами полностью согласен, но здесь помочь ничем не могу, - ответил другой голос, более мягкий и приятный.
– Если будет принято решение запустить в туннель новую… хм… партию, то об отдыхе можно забыть.