Чтение онлайн

А ведь Ингрид была добра со мной. Что же сейчас должна чувствовать эта женщина, и как часто вообще случались подобные сцены? На её месте я бы искренне возненавидела и Матиаса и Вивьен. Истеричка и потакающий ей папаша. Отличная парочка. Нужно это прекращать:

— Будет прекрасно, если мы обсудим сложившуюся ситуацию, избежав бессмысленный упрёков, отец.

Я вышла из-за его спины и обернулась, вставая рядом с Ингрид. Направленный до этого только на графиню взгляд на мгновение задержался на мне, прежде чем смягчиться. Крепче сжав зубы, я натянула рабочую

улыбку. Это так ты всё это время смотрел на жену? Серые, водянистые, полные холодного презрения глаза мне теперь точно надолго запомнятся.

— Вивьен, дорогая, я не знаю, что именно здесь произошло, но тебе совсем не обязательно…

— Вот именно, отец, вы не знаете, что здесь произошло. — я говорила спокойно, отделяя каждое слово. Едва ли он сразу поймёт, на сколько по-свински поступил, но, может, хоть маленькое зёрнышко осознания удастся заронить в его пустой голове. — И я не знаю, что на самом деле произошло. И никто, видимо, не знает. Так или иначе, у нас, похоже, совершенно разное представление о ситуации. И если ничего не сделать, мы только наплодим бессмысленных недопониманий.

— После вашей встречи, императрица ясно дала понять, что не желает, чтобы мы обсуждали это с тобой. И до недавнего времени ты тоже не была расположена к диалогу. Так что же изменилось?

Ненадолго потеплевший взгляд стал серьёзным. Граф вздохнул и направился к кофейному столику, усаживаясь на аккуратный диванчик. Молчаливо приняв такое положение дел, мы с Ингрид заняли пару кресел напротив. Судя по выражению лица, Матиас желал получить конкретный ответ.

— Я просто осознала, что была не права.

Признавать чужие ошибки оказалось гораздо проще, чем свои. Так что фраза далась мне на удивление легко, чего не скажешь об обоих супругах. Удивлённо взглянув на меня, они синхронно вскинули брови и, видимо, сделали какие-то выводы. Каждый свои, разумеется.

— Вот оно как. Род Виллар не в почёте у императорской семьи. И нынешняя правительница демонстрирует это гораздо жёстче своих предшественников. — Матиас скользнул взглядом по жене, и Ингрид едва заметно побледнела. Мысленно сделав пометку позже разобраться, откуда возникла такая реакция, я кивнула:

— Всё, озвученное здесь, не уйдёт дальше этих стен. Можете не беспокоиться об этом, отец. Впредь я приложу больше усилий к тому, чтобы не создавать вам неприятности.

Люди слабы в моменты душевных потрясений. Это нормально. И нередко случается так, что переживая тяжёлые времена, человек поддаётся манипуляциям кого-то со стороны. В мире политических дрязг, подковёрных игр и борьбы за власть это просто обыденность. Но что если жизнь потенциальной жертвы идёт тихо, мирно, своим чередом и потрясений, которыми можно воспользоваться, нет? Всё просто. Нужно создать их искусственно.

Только заметив расхождение в имеющейся у нас информации, я уже стала подозревать, что что-то здесь не чисто. Когда оказалось, что обмениваться данными с членами семьи запрещено, подозрения только укрепились. И весь последующий рассказ графа о событиях того дня только подтвердил мои догадки.

—

Поправьте меня, если я ошибаюсь. Императрица, пользуясь шатким положением рода Виллар, потребовала отдать ей в услужение старшую дочь, для так называемого «укрепления связи с носителями магии». Собрание аристократов, не желая потерять её расположение, инициативу поддержало. — под моим прямым взглядом граф недовольно нахмурился и кивнул. — И то, что ни один из ваших потомков склонности к волшебству не проявлял, никого не смутило?

— Очевидно, это всего лишь предлог. — Ингрид по-детски прикусила ноготок. — Мне казалось, она хочет лишить род наследника. Тогда со временем всё, чем мы владеем, перешло бы к императорскому роду.

— Отдай мы ей Вивьен, и плану императрицы не суждено бы было осуществиться. Во всяком случае, пока. — Матиас зарылся пальцами в уложенные чёрные волосы, безвозвратно разрушая причёску. — Но ты говоришь о браке. И это всё меняет.

Я кивнула. Информации катастрофически не хватало. Конечно, работать с ограниченным объёмом исходных данных было не впервой. Мероприятие ли, важное событие, соревнования, открытие выставки — не имеет значения. Представители СМИ, за редкими исключениями, присутствуют первые полчаса. И уже из того, что удалось собрать, будет склеен новостной сюжет или статья для издания. Но в тот момент я бы отдала многое за то, чтобы знать, о чём же именно говорили Вивьен и императрица. Ясно одно: искоренение рода Виллар не было её целью. Не в этот раз точно.

— Ты же не думаешь, что её величество просто захотела срочно женить «любимого сыночка»?

Чуть не схлопотав передозировку презрения от интонации графини, я вопросительно склонила голову. Конечно, была вероятность, что мне должно быть что-то об этом известно. Но делать вид, что что-то знаешь, когда не знаешь ничего, чревато неприятными последствиями. И вообще, это только у студентов на сессии работает.

Заметив мой жест, Ингрид собралась пояснить, но граф её опередил:

— Уже только за эти слова нас всех могут казнить.

— Тогда просто никому не говори, что я так сказала.

— Пресвятая Эни, что за жуткие создания эти женщины? И за что мне досталась самая взбалмошная из них? — Матиас смешно заломил бровки домиком, ища поддержки в моём лице. Поняв, что подыгрывать ему я не собираюсь, он обиженно надулся. Мальчишка. Глава рода, а всё равно мальчишка. — Как бы там ни было, даже упоминать о родственной связи хозяина восточных земель и императорской семьи опасно. Тем более, что чистота его крови всё ещё под вопросом.

— Да-да… — Ингрид закатила глаза. — А теперь мы никогда не узнаем, было ли у него право унаследовать трон. Ведь и его мать и прошлый император уже почили. Знаю я.

— Даже если было право по крови, императрица бы не позволила посадить пасынка на трон. И ни народ, ни аристократия никогда не поддержат кого-то вроде него.

— И чья это заслуга, по-твоему?

— А есть варианты? — граф усмехнулся, выжидающе глядя на жену. — Его репутация говорит сама за себя.

— Просто слухи.